"Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ), стр. 1294

— Не понимаю, почему столь опытный и умелый Стрела до сих пор бегает по лесам. Он давно дорос до чина командора. Куда глядят в вашем Старополье? Он и учебник по попаданцам написал отменный, хоть сейчас в питомники отправляй, и с аристократами управляется любому на диво, недавно целую группу душекрадов выловил. Так что готовься, Карницкий! Вряд ли твой наставитель вернется служить в Старополье.

Показывать зерцало Карницкий отправился вновь в усадьбу графа Кречетникова. Судя по всему, Руднев всё же о чём-то договорился с графом и выменял сие представление на какие-то важные для Ордена услуги. Адриан ни на мгновение не сомневался, что вне званых ужинов происходят не менее важные беседы, заключаются устные договоренности, на которых решается, куда ему стоит пойти, а кого он обидит своим невниманием. Так как Карницкий не собирался вести светскую жизнь после суда, то его эти вопросы не волновали.

Паника Куликова сразу в дом не пустили, о чем было оговорено заранее. Юный маг выждал в карете, пока не закончится ужин, после которого обычно допускались скоморохи, артисты и орденцы-простолюдины, и лишь после этого зашел.

Для представления подготовили небольшой круглый стол в центре зала. Паник вошел и враз оробел, увидев столько людей в дорогих нарядах, с блестящими каменьями на шее и руках, а уж миловидные белолицые девицы с кругленькими плечиками и лукавыми взглядами вовсе заставили забыть бередскую речь. Карницкий понял, что друг в беде, и поспешил к нему на выручку. Куликов настолько оробел, что даже не сразу узнал Адриана.

— Милостивые государи и государыни, осмелюсь представить вашему строгому суду преданного орденца, мага-изобретателя и моего друга Паника Куликова! — воскликнул Карницкий, чтобы дать время опомниться магу. — Недавно наши лучшие умы создали особое устройство, которое может находить иномирцев среди честного люда.

Вялые после сытного ужина господа встрепенулись и потянулись к столу, окружив его со всех сторон, впрочем, шустрые девицы успели подбежать раньше и заняли лучшие места.

— Я всего лишь Стрела, — продолжал Адриан, — и не очень разбираюсь в подобных механизмах, поэтому расскажет и покажет вам сам Паник Куликов.

Маг, отыскав опору в старом приятеле, сглотнул, прочистил горло и положил на стол большую тяжелую шкатулку из темного дерева с торчащими сбоку рычажками.

— Это устройство не совсем правильно называть механизмом, — тихо начал он, но после подсказки Карницкого заговорил громче: — Тут есть и механистические элементы, и магические, так что оно находится посередине между механизмами и амулетами. Называется оно «Триединое зерцало для распознания чужеродного естества», или попросту триарий. Впрочем, чаще всего его называют зерцалом, ибо это слово проще запоминается.

Милон Жарцов протиснулся вперед и пожирал глазами Паника. Видать, его душа неудачливого изобретателя возжаждала новых знаний.

— Для начала спешу предупредить уважаемую публику, что триарий пока не до конца проверен, не способен отыскать иномирцев особой разновидности и пока существует всего в одном образце. Других таких попросту нет.

Куликова заранее предупредили, о чем можно говорить, а о чем лучше промолчать. Если вдруг его понесет, Карницкий должен остановить мага и ловко переменить тему.

— Первый параметр, который мы будем измерять, — это уровень магии. Сейчас я открою первую створку.

Паник щелкнул рычажком, поднял крышку над первым отсеком, где обнаружилось небольшое круглое зеркальце с мутной поверхностью, а затем повернул что-то еще. И вдруг по зеркальцу из середины пошли круги, словно кто-то начищал его изнутри, пока оно не стало прозрачным и ясным, каким и должно быть.

Господа отшатнулись назад, девицы заахали от восторга и испуга. Жарцов наклонился над столом так, словно хотел понюхать, чем пахнет устройство.

— И… что это значит? — спросила самая отважная, а вернее, самая любопытная девица, та самая Варвара Незлобина.

— Если пошли круги, значит, триарий нащупал магию поблизости.

— Неужели ты говоришь, что среди нас иномирец? — громыхнул сам граф Кречетников, только что не светясь от восторга. Как же! Такой скандал. Об этом весь Белоцарск будет судачить до самого суда.

— Вовсе нет, — замахал руками Паник, — я говорю, что среди нас маг. И это ваш покорный слуга.

Он поклонился.

— А в скольких шагах этот триарий может нащупать мага? — спросил Жарцов.

Куликов ответил, не задумываясь:

— До трех шагов примерно.

— Ты мог бы отойти на несколько шагов и снова проверить этим триарием?

Паник глянул на Адриана и неуверено сказал:

— Если господин Карницкий будет так любезен и нажмет на нужные рычажки, это можно будет устроить.

Всем государям и государыням быстро страсть как любопытно, есть ли среди них маги или, того пуще, иномирцы, потому они быстро уговорили Адриана. Паник на ухо объяснил, что в каком порядке нажимать и крутить, сам же вновь вернул все рыжачки на место, закрыл крышку и отошел на пять шагов. Карницкий медленно проделал все нужные действия, и по мутному зеркальцу вновь пробежали круги, только намного медленнее, чем в первый раз.

— Значит, среди нас есть маги? — вскричала полная женщина в летах.

Паник вернулся к столику и попытался что-то сказать, но Карницкий успел раньше:

— Вовсе нет. Среди нас есть люди, способные стать магами. Но тут как с грамотой — даже если у человека есть глаза, но нет наставителя, он никогда не выучится читать.

— А вдруг он нас заворожит? Или нашлет порчу? — истерично продолжала вопить та женщина, не слушая объяснений Стрелы.

Карницкий громко хлопнул в ладоши, от чего вздрогнули все, а тучная женщина от неожиданности замолкла.

— Я сам маг, — в тишине сказал Паник Куликов, — притом считаюсь весьма даровитым. Но ни я, ни мои наставители не знают, как привораживать людей или насылать на них порчу.

Карницкий подхватил его речь:

— Присутствующие государи и государыни несомненно все люди образованные и знают множество вещей, недоступных простому народу. А значит, вы не верите в деревенские суеверия о черных колдунах и злых ведьмах. Магия — это сложная и запутанная наука, в которой мы делаем только первые шаги. Способность к магии не означает, что этот человек умеет ворожить или пользоваться своим даром.

После такого вопить о ворожбе и порче значило расписаться в собственной безграмотности и вере в старушечьи сказки. Впрочем, та женщина отошла подальше, яростно нашептывая что-то своему супругу.

Когда все успокоились, Паник продолжил рассказ:

— Второе зерцало находит тех, кто пришел из механистического мира. Я не стану вдаваться в скучные и сложные подробности, а сразу покажу, как это делается.

Вокруг стола всё еще происходила непонятная суета. Кто-то пытался втиснуться поближе, кто-то наоборот желал отойти в сторону. К примеру, Карницкий заметил, как эльданка попросила господина Пищалина проводить ее к окну, потому как в толпе ей стало душно. Сегодня эльданка снова надела платье с вырезом, но на этот раз целомудренно прикрыла шею и грудь тонким кружевом. Вроде бы всё прикрыто, но через узоры проглядывала кожа, а главное — Карницкий помнил, что где-то там была та самая заманчивая ложбинка, и казалось, что ее можно рассмотреть даже через кружево. Неужели эльданке приглянулся Пищалин с его неснимаемой перчаткой?

— Слада, ну ты куда? — пропищала рядом Варвара, намертво вцепившись в руку подруги. — Неужто нелюбопытно? Погоди!

Куликов закрыл первую створку, щелкнул несколькими рычажками, открыл вторую, а там под тонкой слюдой лежал молочно-белый плоский кружок. Еще одно нажатие, и края кружочка начали темнеть, словно их опаливал невидимый огонь.

И снова послышались восторженные и удивленные восклицания благородных господ.

— Неужели среди нас есть люди из механистического мира? — спросила Варвара, выпустив наконец руку Слады.

Жарцов же перебил ее:

— Видимо, это зерцало определяет, есть ли среди нас люди, способные к механизмам. И я как раз тот самый человек!