"Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ), стр. 1261

Марчук велел Карницкому стоять с краю поляны так, чтоб чужак мог его видеть, а сам обсуждал с Молотами и магом, как лучше схватить иноземца и убить его. Но за остаток дня из шара никто не высунулся.

На следующий день тоже.

На третье утро маг высунул нос из шатра, глянул на хмурое небо, сказал, что к полудню начнется дождь и будет идти не меньше суток. Непогода вряд ли бы остановила орденцев, но помешать всё же могла, потому Марчук решил действовать первым.

Он вышел на поляну, медленно приблизился к шару и показал незаряженный пистоль. Хвала Спасу, он забрал его не у Карницкого, а у одного из Молотов. Показал, отступил на пару десятков шагов, положил пистоль на траву и отошел еще, выжидая ответа. Раз уж чужак хочет меняться, так почему бы этим не воспользоваться? Потому и выбрали в качестве мены пистоль, ведь именно на него чужак указал в первый раз.

Орденцы не знали, разгадал ли иномирец их замысел. Вроде бы речь здешнюю он не разумел, говорил-то на чуждом языке. Летунов за эти пару дней видели всего парочку, и те пролетали мимо, не задерживаясь над лагерем. Взрывчатку и прочее оружие прятали в коробках да в шатрах. Марчук надеялся, что чужак ждал торга, а не нападения.

Молоты попрятались за деревьями, готовые выскочить в любую минуту. Маг, выполнив свою задачу, тоже сидел неподалеку, желая лично узреть последствия ворожбы.

Карницкий замер в стороне с заряженным пистолем. Он понимал, что от его единственной пули толку будет мало, но вдруг именно этой пули и не хватит в конце? Они же до сих пор не знали, один ли чужак в шаре или их несколько.

Время словно замерло. Адриану захотелось достать хронометр и посмотреть, движутся ли на нем стрелки.

Пшшш…

С шипением на шаре образовалась глубокая трещина, кусок скорлупы, как и прежде, отодвинулся, и показался чужак. Тот ли, что в прошлый раз, или иной — сразу и не скажешь. Тот же невообразимый рост, та же худоба, та же ломаная и придавленная походка.

Чужак остановился в шаге от своего шара, помедлил, выжидая, пока три выпорхнувших вместе с ним летуна не проникнут в лес. Эти летуны выглядели иначе, чем прежние — потяжелее да поопаснее. Один завис в воздухе неподалеку от Карницкого, и тот решил, что выстрелит сначала в него.

Затем чужак двинулся к Марчуку. Когда между ними остался десяток шагов, иномирец снова застыл, коснулся шлема, показав свое пепельно-серое безносое лицо, а потом заговорил:

— Ты… здесь… торговать?

Адриан дернулся от писклявого неживого голоса, а потом сообразил, что речь чужака ему понятна. Каждое слово! Неужели чужак за пару дней выучил их язык? Как? С кем? Откуда?

— Да, торговать. Меняю пистоль на что-то вроде прошлой вещицы, — спокойно ответил Марчук и, не меняя интонации и громкости, добавил: — Сейчас.

Карницкий вскинул пистоль и пальнул в ближайшего летуна. Эхом отдались и другие выстрелы. Из леса выскочил самый быстрый из Молотов, промчался к шару, зашвырнул в него связку и тут же дал деру. А Марчук вытащил из-за спины заряженный арбалет, спустил тетиву и рухнул вниз. Болт, бесславно ударившись о светло-серый доспех, упал к ногам чужака.

Иномирец вскинул руку, направил ее на Марчука и…

Тут прогремел взрыв. Деревья вокруг на миг побелели. Из отверстия на шаре вырвалась огненная плотная струя и ударила в спину чужака, швырнув его к лесу. До Карницкого донеслась волна жара, и он качнулся вместе со стволами и ветками, но устоял на месте. Уши словно набили ватой, и закружилась голова. Перед глазами плыли черные пятна, и на миг показалось, что он сейчас упадет, но удержался, вцепившись в ближайшую березу. Как тогда чувствовал себя Марчук, бывший ближе всех к шару?

Адриан, хлопая себя по уху, чтобы вернуть слух, неуверенно вышел из-за дерева и направился к наставнику. Молоты во главе с Чехоней уже повыскакивали на поляну, держа в руках пистоли.

Чужак не двигался. На его доспехах выделялось обугленное пятно, но было видно, что дальше огонь не прошел. Один из Молотов выстрелил в пятно — пуля отскочила в сторону, не сумев пробить броню. Тогда Чехоня стволом своего пистоля повернул шлем набок, и через прозрачный неразбившийся щиток все увидели уродливое лицо чужака. Из его глаз, носовых щелей и рта текла густая черная жидкость.

— Мда, — проговорил Чехоня, — удачно как сложилось.

Его слова доносились до Карницкого словно издалека. Адриан подошел к Марчуку, потряс его за плечо, тот пошевелился, с натугой приподнял голову — его лицо было полностью в земле. Аверий сплюнул, перекатился на бок и с силой сморкнулся, вышибая из ноздрей забившуюся грязь. Из правого его уха текла струйкой кровь.

— Чу-чужак? — хрипло спросил он и поморщился от боли.

— Вроде сдох, — громко ответил Чехоня, — но наверняка не скажу. Надо бы его из доспехов вытащить.

— Не надо вытаскивать! — крикнул маг, поспешая из леса. — Болт! Положите на его доспехи болт!

Молоты переглянулись меж собой и заржали, как кони. Карницкий же огляделся, отпинул разлетевшиеся куски дерна и нашел арбалетный болт Марчука.

— Этот?

— Да! Дай сюда!

Маг жадно выхватил болт, осмотрел его и положил на доспехи чужака.

— Теперь надо подождать. Через несколько минут должно подействовать. А вы, господа, отнесли бы господина Марчука в лагерь. Ему бы сейчас к лекарю…

Чехоня распорядился об этом, а сам остался ждать на месте. Через полчаса послышался щелчок, и на доспехах появилась трещина.

— Я так и знал, — обрадовался маг. — Когда заканчивается энергия, броня становится бесполезной. Видишь? Это наше новое изобретение! Оно высасывает энергию и само перестает работать, когда заканчивается объем. Две утки одним камнем! А у нас появляется энергия для наполнения амулетов. Это ли не великое открытие? И это у нас, в Белоцарске! Даже на Хребте пока так не умеют!

Карницкий смотрел на ликующего мага и видел в нем тот же запал, что и в его приятеле Панике. Видать, все маги немного сумасшедшие!

После раскрытия доспехов Молоты быстро отколупали кусок и несколько раз выстрелили в тело чужака, не проверяя, жив тот или нет, а после сожгли тело вместе с летунами. Остатки железяк сложили в короба, чтобы закопать их подальше от этого места.

С шаром было расправиться сложнее, поэтому часть Молотов осталась на месте. Им поручили разобрать его на куски и увезти.

Тролан мерил шагами командный центр. Связь с командиром корабля оборвалась, как и с челноком, и с дронами. Механик направил несколько зондов к месту посадки Вексары, но те были уничтожены еще на подлете. Только оставив зонд на достаточной высоте, он сумел получить снимки.

Он увидел опаленный челнок, выгоревшую полосу травы и с десяток копошившихся аборигенов, которые что-то там делали.

Вексара мертва. Командир корабля мертв! Или захвачен в плен! Возможно, ранен!

Надо действовать!

Но как?

Подсознательно Тролан понимал, что должен вывести из анабиоза десантников или старшего помощника командира, должен отправить на поверхность планеты отряд, чтобы те выяснили судьбу Вексары. Или им нужно было бросить эту планету и отправиться на поиски следующей. Но он не мог принять это решение!

Такие серьезные вопросы должен решать командир. Задача механика — поддерживать корабль в рабочем состоянии. Сейчас всё работает исправно. Командир сказала оставаться на борту, и Тролан остался. Но этого мало! Нужно либо улететь, либо будить других членов экипажа. Но это не в компетенции механика.

Вексара не должна была улетать одна. И не должна была оставлять Тролана одного. Это неправильно!

Так что же делать?

Еще раз проверить бортовую связь. Направить вниз больше зондов для расследования. Нет, он может лишь управлять теми зондами, что уже запущены. Зонды — ценные приборы, и распоряжаться ими может командир корабля или другие офицеры, но никак не механик.

Космический корабль делал виток за витком вокруг планеты.