Гонец в преисподнюю, стр. 8
— Земельная управа…
Некоторые управы имели собственные огороженные дворы с воротами. Те, что поменьше, обходились без дворов.
— Простите моё скудоумие, Таданага-сан, но как все служащие дзайбан-бугё умещаются в загородной усадьбе? Я имею в виду, когда доводится туда переезжать? Тут ведь их — уйма!
Дзайбан улыбнулся, что случалось с ним нечасто.
— Здесь служат не только наши соотечественники. Большинство низших должностей и часть должностей средних рангов занимают уроженцы Окинавы. Разумеется, тщательно отобранные и заслужившие доверие клана Симадзу.
Немыслимая глупость! Стыдитесь, господин старший дознаватель! Мог бы и сам догадаться. Мне ведь тоже предстоит нанимать местных.
— Благодарю за пояснения!
— А вот и ваша управа.
Каменная ограда. Ворота без створок.
Над воротами — герб службы Карпа-и-Дракона.
На миг я уверился, что каким-то чудом перенёсся обратно в Акаяму! Одноэтажное здание под красной черепичной крышей. Центральный вход, два крыла. Ведущие ко входу ступени. Высокие двери тёмного дерева. Бронзовые кольца сияют на солнце…
— Мы сегодня въехали в парадные ворота, — предупредил дзайбан. — Они по большей части для красоты. Не беспокойтесь, вам не придётся всякий раз заезжать с главного входа и тащиться через всю администрацию. Стражников на эти ворота тоже можно не ставить. Для ваших служащих, а также для посетителей, если такие явятся по делам фуккацу, есть отдельные ворота. Они со стороны порта, вернее, портовых складов. Улочка там тихая, безлюдная, никто не побеспокоит. Я потом покажу. Или спросите кого-нибудь, тут все знают, где это.
— Да, спасибо.
Я моргнул. Здание управы никуда не делось, но отчего-то сделалось меньше. Нет, не сделалось, — это я запоздало оценил его размеры. Точная копия нашей управы в Акаяме, только уменьшенная копия. Крылья здания короче, ступеней меньше… Ага, и нижняя треть стен — каменная, как и везде тут.
— Теперь я вас покину, Рэйден-сан. Осматривайтесь, обживайтесь. Не мне вас учить, что делать. Конюшня — вон там. Видите? В городе тоже есть общественные конюшни, но лошадей лучше оставлять здесь.
— Я понял.
— И последнее. Кроме жилья в загородной усадьбе, вам и дознавателю Барудзироку в постоянное владение выделен дом в городе, недалеко отсюда. Вам не следует всякий раз тратить время на поездки туда-обратно.
Два дома? У меня теперь два своих дома?!
— Тысяча благодарностей! — выдохнул Широно, опередив меня.
— Десять тысяч благодарностей!
— Сто тысяч! Хвала князю Сацуме!
Я пожалел, что не сказал того же. А повторять за своим подчинённым было неудобно.
— Как я уже говорил, — дзайбан был серьёзен, — служащие дзайбан-бугё должны ни в чём не нуждаться для успешного выполнения своих обязанностей. Это один из принципов клана Симадзу, а значит, и мой принцип. Позже зайдите в главную управу, спросите Миякэ Акихиро, распорядителя зданий. Он выделит вам сопровождающего, чтобы показать ваше городское жильё. За домами присматривает прислуга, они в полном порядке.
— Не сомневаемся!
— Если ваша жена, Рэйден-сан, будет выезжать в город за покупками, она при необходимости тоже может заночевать в городском доме. Но жить там постоянно я бы ей не рекомендовал.
— Я вас понял.
— Очень хорошо. Удачного начала службы!
3 Преемственность, как она есть
Здание управы отличалось от того, что в Акаяме, не только размерами. Строители — настоящие мастера! — очень старались скрыть эту разницу, и у них неплохо получилось. Дерево дверей было тёмным от природы, — специально подбирали! — а не от времени. Бронзовые кольца тщательно начистили, вот только отполировали их не тысячи ладоней, а суконка наёмного работника.
Справа от входа — кабинет секретаря. Двери раздвинуты, на столе видны письменные принадлежности и стопка рисовой бумаги. Идеальный порядок. Так и кажется, что из кабинета сейчас выглянет секретарь Окада.
Никто не выглянул.
Пусто, тихо. Лишь наши с Широно шаги гулко разносятся по зданию, эхом затихая в отдалении. За кабинетом секретаря — приёмная. Лакированные доски пола, циновки для посетителей. Потолок разделён балками, выкрашенными в чёрный цвет, на белые прямоугольники. Две стены украшены росписью — бамбук весной и листва осенью, друг напротив друга. Две другие — чистая штукатурка, ожидающая прихода своих времён года: птиц над летней рекой и снежных шапок на зимних утёсах. Четыре двери: направо — в крыло дознаний, налево — в архив. Через третью дверь вошли мы с Широно. Четвёртая, в дальнем конце приёмной, ведёт в личные апартаменты старшего дознавателя Сэки…
Нет!
В личные апартаменты старшего дознавателя Рэйдена.
Тишина такая, будто я оглох. От этой звенящей тишины Широно, похоже, сделалось неуютно. Нарочито громко топая, он с решимостью истинного героя двинулся к двери, ведущей в крыло дознаний. Заглянул в коридор, не спеша зайти. Я бы тоже заглянул, но широкая спина Широно перекрыла мне весь обзор.
— Пять дверей, — сообщила спина. — Пять кабинетов.
И уточнила, не пойми зачем:
— Если считать по обе стороны.
Дома в крыле дознаний кабинетов было одиннадцать. Ну да, зачем здесь столько? Здесь и пяти-то много!
— Я займу крайний, — уведомил меня Широно. И затопал прочь по коридору.
Можно было не сомневаться, что он займёт дальний кабинет по левой стороне. Именно там в Акаяме располагался мой собственный кабинет. Получив повышение, Широно занимает кабинет своего бывшего начальника? Хотя почему это бывшего? Я по-прежнему его начальник! И я тоже займу кабинет своего бывшего начальника.
Преемственность, как она есть.
Я развернулся к двери, что вела в приёмную главы управы. И замер на пороге. Ещё один зал — чуть поменьше общей приёмной. В дальней части — помост. Доски покрыты лаком, по краю — чёрная кайма. На помосте — раскладной походный стул. В углу — сложенная ширма. Картина на стене. Она в точности повторяла изображение в приёмной господина Сэки: радужный карп в брызгах и пене упрямо стремился против течения.
Без сомнения, Сэки Осаму потратил уйму времени, консультируя распорядителя строительства и художника, чтобы управа в целом, и кабинет начальства в частности, выглядели в точности как в Акаяме. Стоило ли так стараться ради меня, недостойного?
Господин Сэки считал, что стоило. Кто я такой, чтобы оспаривать его мнение?
К горлу подкатил комок. Понадобилось усилие, чтобы его проглотить. Я глубоко вдохнул, выдохнул. «Торюмон Рэйден! — услышал я, как наяву, сварливый голос Сэки Осаму. — Вы кто? Вы глава службы Карпа-и-Дракона на Окинаве. Нет, во всём королевстве Рюкю! Извольте, чтоб вас, соответствовать!»
Я поднялся на помост.
Я пересёк его.
Я открыл дверь в свой кабинет.
Когда-то скромный кабинет младшего дознавателя в конце коридора казался мне пределом мечтаний. Что же говорить о кабинете старшего дознавателя?!
Просторно, чисто, строго. Приятный запах свежего дерева. Стол, подушки для меня, циновка для посетителей. Шкафчики и полки для документов и письменных принадлежностей. Письменные принадлежности наличествовали, документов пока не было.
Всё необходимое, ничего лишнего.
Хотя нет, насчёт документов я ошибся. На столе лежал сложенный веер — прямо хочется заплакать от умиления! — и стопка бумаг. Три бамбуковых футляра со свитками.
Что тут у нас?
Общее уложение об организации и устройстве государственных служб.
Внутреннее уложение по организации службы Карпа-и-Дракона.
Наставление по проведению дознаний.
Наставление по должному оформлению материалов дознаний.
Образцы ведомостей по учёту: служащих управы, зарегистрированных и раскрытых дел, выписанных грамот о фуккацу, получаемого жалования, выдачи служебной одежды, иных предметов и материалов…
Иные предметы и материалы? Ладно, успею разобраться.
Кроме наставлений и уложений, на столе обнаружилась копии рисунков служебных татуировок — от младшего дознавателя до старшего. Писцам, стражникам и татуировщику управы татуировки не полагались, а секретарь и архивариус имели ранг, приравненный к дознавателям.