Некрасивая невеста (СИ), стр. 34
В потускневших глазах Эстер заблестели слезы обиды. К счастью, Седрик не успел их увидеть, так как Адам взял ее под руку и спешно вывел из комнаты. Они покинули дом через выход для слуг. Уже в коляске Адам достал из внутреннего кармана какой-то прямоугольный предмет, завернутый в бумагу, и протянул ей.
- Это тебе. Скарлетт отвела меня в гостиную, пообещав привести тебя, чтобы я отдал тебе этот подарок в честь свадьбы с Седриком, но, как оказалось, преподношу я его своей невесте.
Эстер развернула бумагу и увидела знакомый портрет. Адам все таки сумел изобразить ее в том синем платье. Все пазлы сложились. Коробка, шар, портрет.
Все, что ей осталось, так это воспользоваться машиной времени и вернуться в свою прежнюю жизнь. Какой смысл оставаться в прошлом и выходить замуж за того, кого не любишь, если можно очутиться дома и все решать самой? А это не ее жизнь, и не ей ее проживать.
Всего один укол.
Так мало, и так много. Так легко, и так сложно.
Но, что бы она сейчас не решила, больше всего ей не давал покоя один вопрос.
- Адам, спасибо тебе за подарок. Вышло очень похоже, - как и положено поблагодарила она его за портрет, сделала паузу, а потом перешла к главному: - Я хочу спросить тебя. Ради кого Седрик устроил фиктивную помолвку? Какую женщину он хотел добиться?
Вместо ответа Адам отвел глаза и сделал вид, будто не слышал ее. Он не горел желанием раскрывать все тайны друга, но Эстер не собиралась отступать. Она продолжила его спрашивать.
- Я знаю ее? Он встречался с ней во время нашей помолвки? А я с ней общ…
Вдруг Эстер сама себя оборвала на полуслове.
Господи, какая же она дура! Идиотка! Тупица! Даже слепому понятно, что это Скарлетт! Ведь это она подставила ее, организовав встречу с Адамом! Это она сказала ей, что ее ждет Седрик и ей нужно его поцеловать! И это она привела его в гостиную!
Эстер резко зажмурилась, почувствовав себя вдвойне дурой, идиоткой и тупицей. А еще посмешищем. Ей манипулировал не только Седрик, но и его пассия. Они оба использовали ее в своей игре и насмехались над ней. И они оба шли к одной цели, используя для этого страшную простушку. Какие же сволочи окружали ее все это время!
Адам так и не ответил ей на вопрос, но Эстер больше и не настаивала. Она отвернулась к окну и всю дорогу смотрела на улицу, желая как можно скорее вернуться в свой двадцать первый век.
Дома Барнеби услышал новость, которая чуть не сбила его с ног.
- Мистер Дэвис, я прошу руки вашей дочери, мисс Эстер. Этим вечером случилось непредвиденное и мы обнаружили друг к другу взаимную симпатию. Герцог Лавкрафт, как и некоторые гости леди Фриман, оказались свидетелями наших нежных проявлений чувств, и Седрик уступил мне Эстер, не желая мешать нашему счастью. Если вы согласны отдать за меня вашу дочь, в самом ближайшем времени я объявляю о нашей помолвке. Но перед этим переговорю с Седриком, чтобы решить, как минимизировать ущерб от этой новости.
- Что? - стоял Барнеби с таким растерянным видом, будто не понимал смысл слов. - Герцог уже разорвал помолвку? Эстер больше не его невеста? Она теперь ваша невеста? Но как же так?! - Чем больше он говорил, тем эмоциональнее становился его голос. - Я не понимаю, как теперь объяснить свету такое непостоянство моей дочери? Как после случившегося ее примут в обществе? Это же скандал! Теперь имя моей семьи будут трепать во всех домах Лондона!
- Я понимаю, что обстоятельства нашей помолвки выглядят не лучшим образом, - попытался успокоить его Адам, - но это единственный выход. После свадьбы мы на год или два уедем за границу, а вернемся когда все забудется. Поверьте, репутация Эстер пострадает в меньшей степени если она выйдет за меня замуж, чем если останется брошенной невестой.
- В таком случае, я требую, чтобы свадьба состоялась как можно скорее! - безапелляционно заявил Барнеби. - Только так можно хоть как-то спасти репутацию моей дочери! Не хватало еще, чтобы и вы бросили ее перед алтарем!
- Месяц вас устроит? - тут же предложил Адам.
Мистер Дэвис поднял вверх указательный палец.
- Месяц! И ни дня дольше!
Мужчины еще немного обсудили предстоящие планы, а в конце пожали друг другу руки. Адам пообещал приехать завтра с новостями о том, как прошла его встреча с Седриком, на которой они решат, каким образом всем сообщат о новой свадьбе мисс Эстер с мистером Чедвиком.
Прощаясь с Адамом, Эстер прощалась с ним навсегда.
В отличии от Седрика он не просил ее проводить его, чтобы остаться с ней наедине. Он действовал как настоящий джентльмен, ограничившись лишь поцелуем ее руки. Но в данном случае так было даже лучше. Пусть вся романтика этих отношений достанется другой Эстер.
Перед тем как в последний раз подняться в свою комнату, Эстер поцеловала Барнеби в щеку, поблагодарила его за заботу и крепко обняла. Он не стал ругать ее за легкомыслие, а лишь поцеловал в лоб и сказал, что желает ей обрести счастье с графом Чедвиком. Он заверил ее, что всегда будет на ее стороне.
В своей комнате Эстер попрощалась и с Бет, когда та помогала ей переодеться ко сну. После ее ухода Эстер достала коробку от колье, свой портрет и шар. Как все это потом окажется в доме Адама, она понятия не имела, но это была уже не ее забота. За все будет отвечать другая владелица тела.
Эстер откинула крышку на шаре и поднесла палец к выемке.
Еще секунда, и она окажется дома.
Глава 35
Глава 35
Прошла одна секунда, вторая, третья, но Эстер продолжала держать палец над выемкой. Что-то останавливало ее от последнего шага. В ней горело негодование на Седрика и неудовлетворенное чувство справедливости - что если она перенесется в будущее, то он останется безнаказанным. Ему все сойдет с рук. Никто его не осудит, так как для всех он будет пострадавшей стороной. Более того, он сможет преспокойненько жениться на своей гадине Скарлетт и жить с ней припеваючи, а другая Эстер не только подвергнется позору, но даже и слово против ему не скажет.
Разве не должны злодеи быть наказаны? Разве не должны они ощутить горькие последствия от своих коварных игр?
Так почему бы ей не задержаться и не свершить правосудие над этими подлыми обманщиками? Время до свадьбы еще есть. К тому же, кто знает, может Адам окажется настолько обаятельным ухажером, что она сможет снова влюбится в него. Целовалась же она с ним и никакой разницы почти не почувствовала.
Эстер отняла палец от выемки и закрыла крышку. Нет! Если она и отправится домой, то не сегодня. Теперь у нее есть миссия, и она обязана ее выполнить!
Эстер убрала шар в потайное место и легла в кровать. Накрывшись одеялом, она начала часто моргать и решительно поджимать губы, отчаянно пытаясь скрыть за всей этой воинственной бравадой страх больше никогда не увидеть Седрика.
Как бы сильно он не обидел ее, не задел ее чувства и не ранил ее, она не перестала его любить. Сердце сжималось от боли. Ей было плохо. Очень плохо. Слезы то и дело подкатывали к глазам, и она боролась с ними до последнего. В итоге, даже здесь она оказалась неудачницей. Никакие заграждения не были способны удержать этот поток, и те полились как из ведра.
Уткнув лицо в подушку, Эстер дала волю чувствам и разрыдалась в полный голос.
Эстер с нетерпением ждала приезда Адама. Ждал его и ее отец.
Барнеби не находил себе место и каждые полчаса спрашивал, не пришла ли записка от мистера Чедвика, так как боялся, что Адам испугается пересудов и тоже передумает брать в жены его дочь. Эстер же хотела узнать, что придумал подлец Седрик, чтобы объяснить всем их разрыв.
Адам не прислал записку, но подъехал на лошади к дому Дэвисов в первом часу дня. Он не стал никого долго томить и, как только его проводили в гостиную и усадили в кресло, перешел к главному:
- Седрику удалось договориться с гостями леди Фриман о том, чтобы они пока ничего не рассказывали о случившемся, но это лишь временная мера. Сегодня вечером мы отправимся в дом Седрика и он сам сделает объявление о нашей помолвке. Это лучший выход из ситуации. Седрик продемонстрирует гостям, что ради наших чувств уступил тебя мне и самолично поздравит нас с обручением. Эстер, тебе придется унять свой гнев, поехать со мной и притвориться, что относишься к Седрику как к другу. Ты должна вести себя с ним приветливо и показывать, что раскаиваешься из-за того, как поступила с ним. Ты сможешь переступить через свою гордость и изобразить сожаление?