Поколение М, стр. 47

Это всё были заказы чистые. Но дальше поступила первая заявка на «мясо»: технично завалить вконец оборзевшего полковника ОБХСС. По-простому его грохнуть было нельзя — вышел бы шум на всю страну, мусора перевернули бы небо и землю.

Несмотря на очень большие деньги, двадцать тысяч долларов, Клычов от мокрухи отказался, и тогда заказчик показал досье на полковника. Он был урод, каких мало. На даче у него имелся подвал, где неплательщиков сажали на цепь и мордовали, иногда запытывали до смерти. У особо упрямых даже похищали детей. С концами. Ни разу не вернули.

Клычов провел с самим собой разъяснительную работу. Чего я нос ворочу? В Афгане подрывал людей, которые вообще ничего не сделали, просто защищали родину. А тут стопроцентный вурдалак, без него воздух станет чище.

Короче взялся. Но сначала свои ребята проверили — правда ли про подвал и прочее.

Исполнено было культурно. Мусор гонял с дачи по Новорижскому шоссе на ста пятидесяти. Кто его с таким номером тормознет? Бензин заливал всегда на одной и той же заправке, по понедельникам. Там ему и посадили на колесо микрозаряд. Активировали дистанционно в заранее выбранном месте, на повороте. Лопнула шина, бывает. Джип слетел с трассы, прокатился кубарем чуть не сто метров. От полковника и двух сидевших с ним ментов, таких же сук, остался фарш.

С того случая у Фирмы началась новая жизнь, а Серго Чистый обрел очень широкую известность в очень узких кругах. Он имел дело только с теми, за кого поручились надежные люди. Это первое. И второе — за что получил прозвище: брал «мясные» заказы только на законченных ублюдков. Притом если у ублюдка нормальная семья, дети — отказывал. Завел в Фирме специальный отдел проверки. Через него проходил каждый заказ.

Если бы не это, Фирма гребла бы деньги экскаватором. Но ничего, и так хватало. Страна большая, законченных ублюдков в ней много, и на каждого точит зубы Кисмет. Со временем все привыкли к клычовской причуде, даже относились к ней с уважением, с беспредельщиной не совались. Кроме того у Фирмы и лично у Серго Чистого сложилась репутация: если эти взялись — исполнят на уровне.

Узость «мясного» бизнеса Фирма компенсировала широким ассортиментом услуг. Во-первых, кроме подрывной группы появилась стрелковая — для заказов попроще, без наворотов. Во-вторых, открылось совершенно легальное дочернее предприятие — служба телохранителей, с собственными подготовительными курсами. В-третьих, отдел техсредств: аппаратура наблюдения-контрнаблюдения, компьютеры, телефония. Отдел проверки помимо основной работы брал подряды на всякую расследовательскую работу: собрать информацию о конкуренте, аккуратно попасти кого-нибудь, заглянуть в сейф и прочее.

Имелись и задумки на будущее, в плане новых направлений работы.

В финансовую сторону Клычов не влезал, на то имелся грамотный зам. В организационную тоже не особо, на то тоже был свой зам. Сергей лично курировал технически нестандартные подрывы — по старой памяти, из любви к профессии. А также разрабатывал стратегию. Много читал по специальности, самообразовывался.

В Америке в тридцатые годы существовала секретная фирма «Мёрдер Инкорпорейтед». Брала контракты на мокрые дела у всех американских банд и выполняла их на высоком профессиональном уровне. Заказчикам очень удобно: ни следов, ни хвостов, и результат гарантирован. Фирма платила киллерам зарплаты, их семьям при утрате кормильца — пенсии. В общей сложности выполнила почти тысячу заказов. А потом запалилась и сгорела.

Кое-что из этого опыта Сергей взял на вооружение, главным образом по части конспирации. Но учел финал «Мёрдера» и внес модификации.

Главную проблему — что нормальные люди не хотят вляпываться в криминал, особенно кровавый, — он решил, поделив сотрудников на три категории: «черную», «серую» и «белую». «Черных» только четверо — два подрывника и два стрелка, все в прошлом служили в Спецгруппе. «Серые» в «мясных» делах не участвуют. Максимум ведут подготовку, но знать, почему и зачем, им не полагается. Кто поумней, сам дотумкивает, но вопросов не задает. Плюс к «серым» относятся сотрудники «второй бухгалтерии», несколько «слухачей», мастер по сейфам и тэ дэ. А основной контингент — «белый», ни о чем таком вообще ни сном, ни духом. И у самой Фирмы, и у ее дочек море всякой легальной работы.

От другой потенциальной опасности — что в ходе каких-нибудь серьезных разборок попадешь под удар, направленный на заказчика, — страхует равноудаленность. Серго Чистый ничей. Не игрок, а инструмент. Всем нужный, но никому не принадлежащий.

Поэтому врагов у Клычова не было. Но необходимые предосторожности он всё равно соблюдал. Затем и шесть хаз. В какой следующей будет ночевать, он никому заранее не сообщал. И сам не знал. Утром бросал кость. Какой номер выпадет, туда и переезжал. Сзади всегда машина прикрытия, обязательно. Кисмет Кисметом, но береженого бог бережет.

Здесь, на Лубянке, хвост тоже прикрывала тачка с охраной. Машины были совершенно одинаковые, с темными стеклами. Номера перевесить с одной на другую — одна минута. Иногда Клычов ехал впереди, иногда сзади.

Играла «Пятая симфония» Малера. Водитель Кучум и охранник Филин (не прозвище, фамилия) от классики привычно страдали, Сергей мыслями то уносился далеко-далеко, то — когда кто-то приближался к ресторану — возвращался на землю.

Видел, как Савчук на драных «жигулях» привез Лолу Октябреву. Поморщился, вспомнив, как драл ее за пыльными кулисами, пытаясь вообразить, что это Лида.

Понемногу, один за другим, подтянулись остальные. А Лиды всё не было.

Закончилась симфония. Время было почти десять. Сергей уже хотел толкнуть Кучума в плечо — едем отсюда, и тут она появилась. Вышла из бежевого «мерина». Клычов думал, что следом вылезет Славка Дружинин, но автомобиль уехал.

Лида остановилась перед дверью, не торопилась войти. Словно давала Сергею себя рассмотреть. Решить, пойдет он за ней или нет.

Видно ее было плохо, уличный фонарь не горел, но у Филина при себе всегда ПНВ.

Профиль Лиды в кружке окуляра был, как в медальоне, подсвеченный неземным зелено-голубым сиянием. Хватило одного мгновения, чтобы Клычов решил: пойдет. Еще и фотографию со стены вспомнил — судорожно сглотнул.

Ну и вообще. Шестерка он, что ли, просидеть здесь битый час, на виду у пацанов, и потом, поджавши хвост, уехать?

Сказал Филину:

— Захожу.

Хотел вылезти, но Филин свои обязанности знал — не выпустил.

— Не положено, Сергей Петрович.

Сходил в ресторан и пропадал жутко долго — так показалось Клычову. Вернулся, заглянул в окно.

— В зале нормально. Пойду зайду с черного хода.

Опять пропал. Наконец связался по рации:

— На кухне и в служебках нормуль. Я на всякий случай тут постерегу. А вы идите, можно.

Клычов пересек тротуар, дернул дверь.

Прихожая с зеркалом и вешалкой. Еще одна дверь.

Вдохнул поглубже. Вошел.

Что-то заорала Жанна Мышкина. Он не услышал. Смотрел на Лиду, она — на него.

На ее лице возникла улыбка — та самая.

И будто не было ни десяти лет, ни двадцати. Он — мальчишка, смотрит на принцессу, не может отвести глаз.

Но Лиду заслонила подошедшая Октябрева. Сказала, что очень рада. Смотрела снизу вверх то ли тревожно, то ли вопросительно.

— Ага, — ответил Клычов. — Я тоже рад.

Ужасно хотелось взять ее за плечи и отодвинуть. Но подкатила еще и Жанна. Потянула за рукав, отвела к окну. Не отпихивать же.

— Так это твой лоб был? Который сюда заглядывал?

Она посмотрела в окно на черные машины. Присвистнула.

— И тачки тоже твои… Да ты, Сережа, серьезный кадр. Я про тебя кое-что слышала, но не думала, что ты до такой степени при делах.

Он насторожился.

— Что ты про меня слышала?

— Что у тебя охранная фирма.

— А-а. Ну да.

Жанна почесала переносицу, что-то прикидывая.

— Слушай, а давай ты мой бизнес тоже поохраняешь. Времена такие, что без этого стремно. Может, по старому знакомству скидку дашь.