Ненастоящий Отец – Чжан Мин (СИ), стр. 85

Сюэ оказалась рядом со стопкой книг и долго рассматривала размашистые иероглифы на обложках. От них исходило ощущение тайны, учености и чего-то существующего за пределами грязных переулков. Почти все книги походили друг на друга по внешнему виду; два отверстия у корешка, а листы скреплены веревкой, местами проступали пятна и разводы, но руки Сюэ сами тянулись к ним. Вскоре она уже листала пожухлые страницы и с интересом изучала картинки, если попадались.

Тем временем Минчжу почти уткнулась носом в прилавок с кинжалами, метательными ножами и иглами. В ее глазах они выглядели волшебно, чарующе, каждая линия, переход от темного метала к блестящему лезвию, узоры, добавленные мастером оружейником, ощущались невероятно красивыми. Рукояти, выполненные из разных материалов, радовали глаз, по-разному ощущались, если погладить пальчиком.

— Ох, — Минчжу прижала ладошками щеки, будто пыталась сдержать собственные эмоции и тихо прошептала, — Как красиво! Почему тут ниточки? Хм?

— Нитки чтобы управлять ими, пока нет своей духовной Ци, — услышав ее шепот, ответил пузатый продавец.

— О! — только и могла произнести девочка.

— Сколько? — нахмурился Чжан Мин, краем глаза наблюдавший за ними.

— За книги десять, за набор кинжалов тридцать.

— Сдается мне твои клиенты не очень-то любят читать. Больше пяти я бы не дал за эту кучу бумаги, — покачал головой Чжан Мин, — Метательные кинжалы вообще расходный материал, как стрелы, один раз воспользовался, считай выкинул.

— Хм… — прищурился хозяин лавки, — Давай так, за все твое барахло, даю те стопки бумаги, набор кинжалов и шестьдесят монет серебром, в довесок вон то яйцо.

— Зачем мне яйцо?

— Скажем так, оно либо стоит целого состояния, либо не стоит ничего. Вдобавок хочу уже от него избавится, — пожал плечами торговец, — Его постоянно берут, но всегда возвращают. Никто не знает, как заставить его вылупиться, — кивнув в сторону коротышек добавил, — для кого-то забава.

— Семьдесят пять монет и рукам, — вздохнул Чжан Мин, понимая, что переиграть хитрого торговца все равно не выйдет.

— Чтоб ты знал, это яйцо пытались оживить разными способами, от кровавых, до самых нелепых, — предупредил он, положив продолговатый предмет голубоватого цвета на прилавок, — Но вдруг вам повезет.

— Что хоть за зверь? Это точно яйцо, больше похоже на кокон. Если смотреть ближе я могу различить тонкие нити…

— Может яйцо, а может шутка, могущественного практика. Теперь это ваша проблема.

— Вот же… — к сожалению Чжан Мин не знал другого места, где так легко покупали краденые вещи, пришлось согласиться на условия пузатого скупщика.

С тем же равнодушием на лице мужчина, кряхтя вылез из-за прилавка, шаркающей походкой дошел до кинжалов и под трепещущим взглядом Минчжу бросил Чжан Мину покупку. Девочка почти прыгнула следом, а уже чрез мгновение оказалась рядом с отцом, переминаясь от нетерпения с ноги на ногу.

— Брат Чжан, кто они вообще? Почему ты покупаешь им все эти штуки? — не удержался Лу Пяо.

— Так надо, брат Лу. Нам просто нужно вывести их с рынка, и ты больше их не увидишь. Потом я куплю тебе кувшин вина, как обещал. Понял?

— Эм… кажется… наверно, — почесал голову Лу Пяо.

— Книги заберете сами, — бросил скупщик.

Чжан Мин молча завернул яйцо в тряпицу и сунул на дно охотничьего короба, совершенно не беспокоясь о его сохранности, так как на ощупь оно больше походило на кусок камня, только холоднее. Сложил две стопки книг туда же, сверху бросил кожаный ремень с аккуратно вставленными в него ножами. Сгреб с прилавка семьдесят пять серебряных монет в кошель, после чего убрал его за пазуху.

— Пора возвращаться, — сказал он. — Мы сделал то, зачем пришли.

Хотя ему очень хотелось побродить по черному рынку, посмотреть другие товары, из-за детей Чжан Мин не рискнул оставаться здесь дольше необходимого. Покинув лавку скупщика, он сразу повел всех на выход с торговой улицы. По пути Чжан Мин бросал взгляды на прилавки, надеясь найти нечто ценное, но чуда не произошло. Пилюль на глаза ему не попалось, а про остальные товары он ничего не знал.

На город давно опустилась ночь. За пределами черного рынка царила полная темнота. В этой части города фонари не зажигали, лишь изредка то тут, то там из окон домов струился свет. Чжан Мин взял детей за руки и, хотя Лу Пяо немного удивился, вопросов больше не задавал.

— Вижу тебе тут понравилось, — заметил он, — Если надумаешь заглянуть снова. То не забудь, что черный рынок открывается не каждый день и иногда меняет место.

— Да, но та лавка-то не переедет, — ответил Чжан Мин, — Думаю у скупщика можно узнать подробности.

— Верно, старший брат. Ты хорошо соображаешь, — он остановился и бросил быстрый взгляд на детей, — я тогда пойду в трактир. Приходи потом. Нам ведь еще нужно…

— Я приду, — прервал его Чжан Мин, — Благодарю брат Лу. Увидимся.

Проводив взглядом Лу Пяо, он повел девочек к усадьбе пожилого наставника. По дороге домой Чжан Мин почувствовал растущее беспокойство дочерей. Чем ближе они подходили к усадьбе, тем сильнее напрягались. Перед воротами Минчжу крепко схватилась за подол халата отца и не выпускала из рук, а Сюэ упрямо сдвинула брови, будто готовилась к драке.

Не успели они постучать, как тяжелая створка скрипнула и широко отворилась, будто ждала их возвращения. За порогом стояла служанка Хэй Сюнь в мужской одежде и с очень хмурым видом. С первой встречи Чжан Мин чувствовал, что не нравился ей, но подобное его не беспокоило и не удивляло.

«Все хорошо пока она заботится о девочках», — подумал он, а вслух спросил, — Господин Цзи Шэнь еще не лег спать? Могу я с ним поговорить?

— Он вас ждет, — ответила сдержанно служанка.

В гостиной перед низким столиком сидел хозяин дома и читал старинный свиток, сделанный из бамбуковых палочек. Увидев гостя, он отложил его с сторону и жестом пригласил Чжан Мина сесть. Некоторое время они молчали, пока Хэй Сюнь наливала чай, а Сюэ с Минчжу сели рядом с отцом, нервно перебирая пальчиками.

— Так, о чем вы хотели поговорить? — улыбнулся Цзи Шэнь, подняв чашку и вдохнув богатый аромат чая.

— Спасибо, — машинально кивнул служанке Чжан Мин, — У меня к вам очень невежливая просьба и, если бы не обстоятельства я бы не стал спрашивать, — он посмотрел на Минчжу, сидевшую рядом. — Могу я сегодня остаться у вас. Только на одну ночь.

— Не нужно вежливости. Прошу, будьте гостем, — тут же согласился старик.

— Если вы не против я бы поспал на соломе в конюшне. — продолжил Чжан Мин. — Привык. В доме мне не заснуть.

— Такое обращение с гостем, позорит меня как хозяина, — покачал головой старик.

— Понимаю. Но я человек простой, поэтому скажу прямо. Кхм… От меня разит после долгой дороги. За сегодня я слишком устал, даже умываться нет сил, и хотел бы просто упасть и поспать. Сеновал отлично подойдет.

— Раз таково желание гостя, — понимающе кивнул Цзи Шэнь. — Хорошо.

«Не сомневался, что он согласится», — думал Чжан Мин отпивая чай из изящной фарфоровой чашки. — «Этого старика я вижу третий раз в жизни. Хоть он добр к девочкам, я для него посторонний мужик. Не могу просить его о большем, но мне спокойно, что девочки под его присмотром». — он задумчиво посмотрел на детей, — «У них жизнь… которой я не могу дать. Может без меня им действительно лучше?»

После недолгих разговоров с хозяином дома, Чжан Мин по настоянию дочерей пошел посмотреть их комнату, где хранились все сокровища: фиолетовое растение, книжка с картинками, набор красивых речных камушков Минчжу и история на четырех листах Сюэ. Так как дети ничего особенно не успели ему рассказать, Чжан Мин не придал значения странному цветку, просто похвалил их за старания и погладил по голове. Из охотничьего короба он достал две стопки книг и под восторженным взглядом младшей дочери, набор метательных кинжалов.

— Не балуйся с ними. Они острые. Попроси дедушку научить тебя, — строго предупредил он, а потом пожелав спокойной ночи отправился на конюшню.