Ненастоящий Отец – Чжан Мин (СИ), стр. 72

Один из нищих не выдержал напряжения, с криком вскочил на ноги и бросился к двери, пытаясь пробежать мимо Чжан Мина, но в следующий миг ему в живот прилетел кулак, не уступающий железному молоту. Беднягу отбросило к стене, где он потерял сознание, чуть не выплюнув свои внутренности.

Все случилось меньше, чем за один вдох, поэтому трое других нищих успели только вздрогнуть от резкого звука удара. Они медленно повернули головы и со страхом уставились на неподвижное тело своего приятеля. По щекам у них покатились слезы сожаления, даже если их сегодня не убьют, то сильно покалечат. Для людей, живущих на улице, быстрая смерть иногда лучше, чем медленная от болезней и голода, но жить очень хотелось.

— Помилуйте, господин! — хором взвыли нищие.

— Где мои дочери? Куда вы их дели?

— Н-никуда! Клянемся! Они сбежали!

— Значит вы хотели им навредить? Верно?

— Н-н-нет! Никогда! Мы бы не посмели! Другие хотели им навредить, но сами пропали… Все пропали…

— Но дом вы все равно заняли? Так? — будто приговор произнес Чжан Мин, — Девочкам теперь некуда вернуться…

— Не-е-ет! Пощадите, господин!

Вопли нищих привлекли внимание жителей трущоб и перед домом довольно быстро собралась толпа зевак. Скоро голоса затихли, некоторое время доносились лишь звонкие шлепки и глухие удары, а потом дверь отворилась и из нее вышел бродяга весь перемотанный тряпьем, волоча за волосы два бессознательных тела. Будто не замечая толпы, он бросил их на дороге перед домом, после чего неторопливо вернулся внутрь и вытащил тем же способом оставшихся.

Нищие все еще дышали, но походили больше на свиные отбивные, опухшие и изломанные, чем на людей, только один из них находился в сознании, трясясь от страха. Люди безмолвно наблюдали за кровавой сценой, боясь вмешаться. Никто не узнал в нем бывшего соседа. Окрепшее тело, могучая спина, руки, где перекатывались крепкие мышцы не имели ничего общего с тощим сутулым пьяницей.

Одетый лишь в разодранные штаны и с длинными спутанными волосами Чжан Мин даже среди жителей трущоб выглядел ужасно. Он походил на настоящего горного разбойника. Люди гадали откуда взялся свирепый человек и зачем пришел. Такие громилы обычно искали деньги, но с нищих нечего брать кроме вони.

— Я, Чжан Мин, вернулся! — прорычал человек, и все ахнули от удивления.

— Ах! Что с ним случилось? Его прям не узнать!

— Он с войны? Глянь-ка, весь изранен!

— Злой, как черт!

— Наверно дочерей ищет!

— Последнее время их нигде не видно, — переговаривались люди.

— Скажите всем! — снова заговорил Чжан Мин, — Отец девочек вернулся! — он обвел толпу грозным взглядом, — Если кто-то посмел их обидеть, лучше бегите из города. Вы пожалеете, что на свет родились!

Глядя на четырех окровавленных нищих у него под ногами, люди ощутили всю весомость угрозы. Совсем недавно их сосед унижался выпрашивался деньги где только мог, а его сутулая фигура крутилась рядом с дешевыми трактирами, а теперь даже израненный он выглядел грозно, пугающе. Знакомый голос больше не звучал льстиво или жалобно, а уверено громыхал, рычал зверем. Те, кто прежде плохо отзывались о его дочерях, спрятались за спинами толпы, другие пятились к ближайшей подворотне, а потом бежали со всех ног.

— Господин Чжан! — вперед протолкалась женщина, — Как я рада вас видеть! Надеюсь, вы пребывали в добром здравии.

— Здравствуй, Хон Шу. Как видишь не очень добром. Ты знаешь, что случилось с Сюэ и Минчжу?

— Они живы! Живы! Не волнуйся! Прошу, идем со мной, я все расскажу! Здесь не лучшее место для разговора, — женщина с презрением фыркнула на собравшихся людей.

— Угу, — кивнул Чжан Мин и последовал за ней, а толпа послушно расступилась, отходя с его пути.

— Повезло оборванке, — перешептывались соседи, провожая их взглядами, — Надо было помочь его мелкими отродьями.

— Кто ж знал, что он таким станет. Теперь ее жизнь не будет плохой!

Оставив окровавленных нищих валяться в пыли, Чжан Мин зашел в дом соседки Хон Шу, ни разу не обернувшись. Женщина посадила его перед низеньким столиком знавшем лучшие времена, а потом поставила чайник и достала из закромов дешевый чай, но очень ценный для жителя трущоб. Она хотела угостить могучего практика боевых искусств самым лучшим из того, что могла предложить.

— Кхм, — прервал ее суету Чжан Мин, — Расскажи, что случилось с девочками?

— Я всегда за ними присматривала, — похвалилась Хон Шу, присаживаясь напротив него, — но твои дети очень самостоятельные, поэтому не голодали. Все было хорошо, пока не вернулся конвой. Наемники сказали, что ты погиб среди леса. Тогда на двух девочек с горстью монет стали обращать внимание, залезли в дом пока их не было и все там перевернули. Разные попрошайки не давали им прохода. К счастью, дети успели сбежать отсюда, прежде чем до них добрались злые люди.

— Ты не знаешь куда они ушли? Где их искать?

— Нет. Простите господин, что не смогла лучше за ними присмотреть, — низко поклонилась женщина, неожиданно вежливо разговаривая с бывшим соседом, — У меня тоже двое детей. Как видите мы бедны, муж болеет и не зарабатывает много …

— Я понял, — прервал ее извинения Чжан Мин, — Спасибо.

— Но что с тобой случилось? Где пропадал столько времени?

— Долгая история. Если снова увидишь девочек, скажи им, что я жив и обязательно вернусь домой.

— Хорошо. Я за ними присмотрю! Не дам в обиду.

— Спасибо. Не отпускай их, слышишь. Не нужно им меня искать. Я сам найду, — предупредил он.

— Господин Чжан, ты ужасно выглядишь, — робко произнесла соседка, — Весь изранен и на тебе почти нет одежды. Наверно тяжело пришлось?

— Да уж. Много чего произошло, — улыбнулся он в ответ, — Мне нужно идти.

— Да-да, конечно. Детям все передам. Уверена, они очень обрадуются. Возвращайся скорее.

— Еще раз спасибо. Присмотри за ними. Я в долгу не останусь, — произнес он.

— Что вы, господин Чжан! Моя семья рада помочь, — скромно поклонилась Хон Шу, ловко скрыв счастливую улыбку. Обещания практиков не пустой звук, поэтому она уже предвкушала будущую выгоду.

Вернувшись в свой старый дом, Чжан Мин выкинул на улицу пожитки нищих, а вещи, которыми они пользовались сжег во дворе. Корзины, коврики, мешки и прочее отправилось в костер. Закончив, он тщательно вымыл пол, стены, дверные откосы и маленький столик — единственную мебель этого дома. Однажды, Чжан Мин собирался купить роскошный особняк, нанять прислугу, но сейчас хлипкая хижина в бедном районе города оставалась единственным местом, куда он мог вернуться и где его ждали.

«У девочек должен быть дом, пускай даже такой», — думал Чжан Мин, оглядывая почти пустую комнату, — «Они сразу поймут, что я приходил сюда».

Во время уборки он проверил старый тайник под полом, там помимо оставленных им денег лежало не меньше двух таэлей серебром, целое состояние по меркам трущоб. Откуда две крохи взяли столько монет ему оставалось только гадать, но он не взял ни одной, спрятал обратно, однако его гордость получила сокрушительный удар. До сих пор Чжан Мин изо всех сил старался заработать, да не сумел, а малявки сколотили небольшое состояние пока его не было.

— Они достаточно страдали, чтобы им наконец улыбнуться удача, — он почесал затылок, — но все равно стыдно. Бесполезный отец, что старый, что новый … Даже купить ничего не могу. Тц. Вернулся беднее, чем уходил.

Его взгляд невольно остановился на ничем непримечательном предмете, завернутом в кусок ткани. С ностальгической улыбкой он достал из тайника старый свиток. Бумага со следами времени, обернутая вокруг древка из грубой древесины, напоминала дешевый хлам, но с большим секретом внутри. Прошло много времени с тех пор, как Чжан Мин брал свиток в руки. Он развернул его, просмотрел неуклюжие рисунки и надписи.

— До сих пор помню, как Минчжу хихикала над ними, — улыбнулся он, — потом пыталась нарисовать похожую на земле… у нее не вышло. Так расстраивалась…