Ненастоящий Отец – Чжан Мин (СИ), стр. 69

— Куда теперь? — вздохнула Минчжу бросая прощальный взгляд на пельменную.

— Эм… — Сюэ перевела взгляд с города, на лес неподалеку, решая купить еду или достать самим.

— Пойдем белок наловим?

— Смотри какая тут толпа, они наверно уже всех поймали, а я пока не хочу снова идти в лес.

— Хорошо. Пошли в город, — не унывала Минчжу. — Может отца там сразу встретим.

— Идем.

В тот момент по дороге, слегка подпрыгивая на ухабах, проезжала простая крытая повозка ма чэ. Её потёртый деревянный кузов и потемневшая от времени ткань выглядели просто, однако надежно. Сквозь сдвинутую на пол-ладони занавеску за улицей наблюдал пожилой господин со спокойным выражением на лице. Его благородные черты хранили следы непростого прошлого: шрамы и глубокие морщины. Вместо правой руки вдоль тела висел пустой рукав, все вместе придавало его фигуре суровое достоинство. По привычке он задумчиво поглаживал бороду.

Внимание пожилого господина привлекла суета у пельменной, где две крошечные фигурки, ловко избежали жадных рук взрослых. Сталь блеснула на краткий миг и скрылась в ножнах, напугав нищих до смерти. Пока они приходили в себя, девочки растворились в толпе. Старик поднял одну бровь от удивления, а уголок губ дрогнул в едва заметной улыбке.

— Хо-хо, — тихо посмеялся он. — Какие бойкие! Не ожидал…

— Увидели что-то забавное, господин? — поинтересовалась служанка, сидевшая напротив в глубине экипажа.

— Хэй Сюнь, помнишь двух маленьких продавцов рыбы?

— Да, отлично помню, — улыбнулась она.

— Я только что видел этих девочек в толпе. Блеснули, как два крошечных брильянта среди грязи и так же быстро исчезли, — продолжил старик.

— Они продавали самую свежую рыбу, — отозвался мальчишка, сидевший на облучке рядом с возницей.

— Все-то ты слышишь, Юн Хао! — притворно пожурила его служанка, — Смотри за дорогой! Господина Цзи Шэнь и без того сильно растрясло по пути сюда. Разве не твоя обязанность заботится об учителе?

— Простите госпожа, Хэй Сюнь?

— Вы слишком добры господин, — служанка вновь обратилась к старику, — всех беспризорников не спасти, вы и так им помогли.

— Наверно. Но они напомнили мне о собственной дочери… она была такой же бойкой крохой…

Старик откинулся на спинку сиденья, и его лицо омрачилось. Он видел не только ловкость двух девочек, но и опасность, которую она за собой влечёт. Служанка, сидевшая напротив, замолчала, оставляя его со своими мыслями. Её взгляд, полный тихой печали, говорил, что она понимала его без слов. Юный возница дернул вожжи и повозка, покачиваясь, покатилась дальше.

Сквозь холодный утренний туман тянулся запах мокрой соломы, конского пота и навоза. На камнях дороги лежали комки грязи, разлетевшиеся из-под колес, на траве еще не высохли капли утренней росы, добавляя к промозглой погоде больше сырости. Перед городскими воротами стояла вереница из телег и пеших людей. Солдаты проверяли документы и записывали имена в списки, стража хладнокровно отгоняла тех, у кого не хватало денег на пошлину.

Держа Минчжу за руку, Сюэ внимательно следила, как люди протягивают медные монеты, как стражники пересчитывают их после чего ставят отметки на дощечках, и как тех, кто пытался проскользнуть мимо, оттаскивали в сторону. Хотя никто не сопротивлялся и не спорил, на земле у дороги виднелись следы крови. Когда подошла их очередь, Сюэ положила на деревянный столик несколько медяков и не сводила с них глаз, пока стражник не забрал деньги. Раскрыв ладонь, он перевел взгляд с монет на крошечных девочек с перепачканными лицами и листьями, застрявшими в волосах.

— Вы одни? — спросил мужчина.

— Да, господин, — серьезно ответила Сюэ. — Мы ищем отца. Он должен быть здесь, в Пуяне.

— Км-км… — кашлянул стражник, оценивая детей опытным взглядом.

Девочки выглядели уставшими, как все здесь, но не казались истощенными, а их глаза сохранили живость, в отличии от пустого взгляда беженцев, одежда не износилась до лохмотьев, хотя вся перепачкалась после долгой дороги. На поясе у каждой висел кинжал, по виду добротный. Для таких крошек он скорее походил на короткий меч.

— Пуян нынче не лучшее место для поисков. Но… ладно, — продолжил стражник.

— Господин, — обратилась к нему Сюэ, — Если мы выйдем из города, нам снова платить по возвращении? Каждый раз?

— Кхм, — кашлянул охранник, удивленно приподняв бровь, не все взрослые так далеко продумывали свое посещение города.

Со стола он взял дощечку с привязанной к ней красной веревкой написал несколько иероглифов и отдал Сюэ. Малышка внимательно следила за выражением его лица и по-взрослому хмурила крохотные бровки, от чего солдат едва сдерживал улыбку. Вдобавок позади нее стояла еще одна девочка, поменьше, похожая на мокрого котенка, насторожено шипящего на прохожих.

— Вот, держи. С этим документом, если выйдете за ворота и вернётесь. Второй раз платить не нужно. Понятно?

— Да, — кивнула Сюэ, — Благодарю, господин, — добавила она, поклонившись.

— Благодарю, — повторила за сестрой Минчжу.

— Какие вежливые девочки. — улыбнулся солдат, провожая их взглядом, потом крикнул в сторону очереди. — Эй! Не толпиться…

— Пропустите повозку! Живее! — крикнул другой стражник

Хип, пошла, — возница тронул вожжи и стук копыт заглушил голоса.

Тем временем сестры прошли под аркой ворот, за которой поток людей растекался в разные стороны, будто река, впадающая в море. Уши наполнил гомон огромного города, нос щекотали запахи жилищ, дыма и разной еды. По архитектуре Пуян мало отличался от Баохе: те же узкие улочки, лавки под черепичными крышами, красные вывески с потускневшими иероглифами, только больше стражи и людей.

— С дороги!

Мимо с грохотом проехала груженая повозка. Девочки перестали смотреть по сторонам и тихонько поплелись вдоль одной из улочек. Минчжу тянула сестру вперед, открытая новым ощущениям. Тонкий запах еды, скользящий по мостовой, от очередной закусочной или чайной лавки, словно тянул ее за нос. Их животы давно урчали, прилипали к спине, напоминая о днях голода, однако они проходили мимо всех заведений, ища дешевой уличной еды или хотя бы рынок.

— Смотрите куда идете соплячки, — буркнул мрачный человек, выходящий из чайной и чуть не налетевший на девочек.

— Здесь много людей, — заметила Минчжу. — А как нам найти отца? С чего начнем?

— Будем спрашивать у всех, кто может знать, — ответила старшая сестра.

Еще когда город только показался на горизонте за речным туманом, она уже размышляла над тем, с чего начать поиски. Из своего небогатого жизненного опыта Сюэ вспомнила лишь два надежных источника всех сплетен: одни из них мелкие торговцы, другой попрошайки.

— Идем на рынок, — уверено произнесла она, — Там заодно еды купим.

— Точно! — согласилась Минчжу. — На рынке есть все!

Места оживленной торговли лишь немного отличались друг от друга, однако найти их никогда не составляло труда. Следуя за самым густым потоком людей и прохожих, любой человек впервые оказавшийся здесь неизменно попадал на рынок. Красные вывески, крики зазывал, походили на путеводные нити и вскоре девочек подхватил бурный поток, они затерялись среди толпы двумя крохотными пылинками.

— По чем лепешка, господин? — спросила Минчжу, тут продавали много вкусностей, но она выбрала самую дешевую еду, — Нам две!

— Две монеты за штуку. И того четыре. Вот, держите, девочки. Лучшие лепешки на всем рынке!

— Ай! — вскрикнул рядом с Минчжу бродяга, неизвестно как оказавшийся за спиной, он испугано смотрел на Сюэ и держался за рану на руке.

— Воришка, — показала на него пальцем девочка. — Хотел украсть у моей сестры?

— Что? — Минчжу словно обдало холодом, ее рука тут же нащупала рукоять кинжала.

— А-а-а, — бродяга не стал дожидаться, чем все закончится и просто удрал.

— Присматривайте за своими карманами, дети, — покачал головой торговец, потом вернулся к своим делам, — Лепешки! Кому свежие лепешки?