Ненастоящий Отец – Чжан Мин (СИ), стр. 28

Бросив последний взгляд на склады, таящие сокровища, он вернулся к бараку как раз до прихода помощника командира. Высокий мужчина крепкого телосложения, внимательно осмотрел пятерых новичков, словно оценивал товар в лавке и судя по выражению лица остался не слишком доволен.

— Меня зовут Мо Души. Я правая рука командира Тан Гуя, — сообщил тот чуть закинув назад голову, видимо очень гордый своим положением, — Идите за мной. Покажу ваше новое место работы, — не дожидаясь ответа помощник Мо развернулся и пошел к дороге.

— Идем парни, — с улыбкой произнес Лин Бо, очень довольный равнодушием нового «господина», в отличие от прежнего, этот никого не бил палкой, не пинал и даже ни разу не оскорбил бранным словом.

Они прошли через конюшни, мимо огромных амбаров с запасами корма и сена для лошадей, потом вышли на скотный двор, где держали свиней и кур. Территория находилась на естественной возвышенности, окруженная частоколом. Ее охраняли не так надежно, как склады с добром, но входить сюда без разрешения запрещалось. За своеволие грозило строгое наказание, о чем Мо Души сразу предупредил.

Предыдущие работники скотного двора умерли, по причинам неназванным, поэтому срочно понадобилась замена. За животными временно присматривали рядовые бандиты, но в уходе за свиньями и курами они разбирались плохо или просто не хотели, от чего поголовье начало падать.

— Командир сказал вы знаете, что делать. Дальше сами. Будете плохо справляться сниму с вас шкуру, — предупредил он равнодушным тоном. — Ошибется один, ответят все.

— Мы не подведем, господин! — крестьяне поклонились очень привычно, а вот Чжан Мин никак не среагировал.

К счастью, помощник командира Мо к тому моменту развернулся и пошел по своим делам, не обращая внимания на крестьян. Судя по его поведению, он не видел в них людей, скорее полезные инструменты, которые не жалко выбросить после использования. Их слова, обещания или клятвы не имели никакого значения.

— За работу! — повернулся к остальным Лин Бо, нисколько не удивленный подобным отношением, — Покажем на что способны! Нам не впервой.

— Верно! — отозвались остальные крестьяне.

— Чжан Мин, если ты еще не восстановился отдохни сегодня.

— Спасибо за заботу, брат Бо, но я помогу.

Крестьяне занялись наведением порядка в курятниках и свинарнике. Навоз и грязь тщательно вычистили, заменили старое сено на свежее, помыли корыта с поилками, конечно же осмотрели животных. Чжан Мин помогал на подхвате, так как ничего не смыслил в уходе за домашним скотом. Мимоходом он припрятал прочную длинную веревку на конюшне.

Так началась новая для Чжан Мина жизнь среди горных разбойников. С первыми лучами солнца он просыпался, умывался, а потом вместе с четырьмя крестьянами уходил на скотный двор, где по большей части он убирал навоз. Остальное ему не доверяли. Сделав свою часть работы, Чжан Мин тренировался или гулял по крепости. Казалось, он смирился со своей судьбой, и даже радовался пребыванию на горе. Только ночью ему плохо спалось, поэтому выходил медитировать на поляну за бараком.

Прошло несколько похожих друг на друга дней, не происходило ничего особенного. Очередной безоблачной ночью, Чжан Мин как обычно вышел на улицу, но вместо поляны свернул к дороге. Неспеша, будто так и надо, он дошел до конюшни, где забрал спрятанную веревку. Держась в тени зданий и деревьев, проскользнул к внешней стене и поднялся наверх, через частокол окинул взглядом бескрайний лес, озаренный светом луны.

— Запах свободы, — Чжан Мин сделал глубокий вдох.

«Не собираюсь жить среди этих ублюдков. Никогда не хотел становиться бандитом», — думал он, привязывая один конец бечевки к бревну, — «Надо валить отсюда, да побыстрее. У меня куча дел. Здесь я только время теряю. Обобрать их до нитки, конечно хочется, но вряд ли выйдет. Чем раньше вернусь домой, тем быстрее найду новую работу».

Почти бесшумно Чжан Мин спустился по веревке на землю и начал медленно сползать по склону холма, на котором стояла крепость. Тот оказался намного круче, чем ожидалось и повсюду из земли торчали острые камни, будто лезвия. Ему пришлось спускаться спиной вперед, держась руками за землю, чтобы в темноте не оступиться. Наконец добравшись до леса, он вздохнул свободно.

— Спасибо, что приютили, а теперь прощайте, — Чжан Мин махнул рукой и помчался прочь от логова бандитов.

Ночной лес жил своей жизнью, время от времени вскрикивали птицы, срываясь с ветвей, угукала сова, где-то совсем близко шуршали кусты. Иногда среди темноты Чжан Мин замечал звериные глаза. Хотя они быстро исчезали, он знал, что само животное никуда не делось. Когда ночь стала особенно темной вдали раздался жуткий протяжный вой.

«Твою мать!» — вздрогнул Чжан Мин и обнажил меч, — «Если здесь волки такого же размера, как медведи. До дома мне не добраться».

Ему постоянно чудился топот лап за спиной, тяжелое дыхание зверей поблизости, от чего по спине пробегал холодок, а руки сильнее сжимали рукоять оружия. Если поблизости раздавался шорох, он пятился спиной к дереву, после чего ненадолго замирал, выставив перед собой меч.

«Я не все продумал… надо было сидеть в крепости…»

Древний лес встретил Чжан Мина очень недружелюбно. Ветви цеплялись за одежду, корни словно специально подставляли подножки. От прикосновения к неизвестному растению кожа горела и чесалась, а после падения в овраг по телу ползали мелкие насекомые. Неизвестное существо или змея укусило его прямо под коленом, но он не разобрал кто именно, однако чувствовал сильную пульсирующую боль.

Всю ночь, подволакивая ногу, Чжан Мин пробирался через чащу, перелезал овраги, поваленные деревья, недолго отдыхал у корней исполинов, закрывавших небо широкими кронами. С собой он захватил два бурдюка с водой и экономно отпивал по глотку. К рассвету ему повезло выбраться на крохотную поляну между деревьями, где он устало рухнул на землю.

— Эй придурок, — раздался над головой голос, — Ты чего тут бродишь?

— Что? Кто здесь? — всполошился Чжан Мин и вскочил на ноги.

— Наверху. Башку свою подними!

— Ха? Кто ты? — удивился он, увидев среди кроны раскидистого дерева, человека с луком.

— Я из отряда Горного Леопарда, чертов тупица! Кем я еще могу быть? — злился незнакомец, — Ты всю живность распугал! По-твоему, я здесь просто так сижу? Я на охоте! Что ты искал всю ночь?

— Искал? — не понял Чжан Мин.

— Да, что ты искал? Всю ночь бродил туда-сюда по кругу? Спрятал что-то и забыл?

— Я ходил по кругу… всю ночь? Не может быть! Я точно помню, как шел прямо…

— Ха? Так ты просто заблудился? Ха-ха-ха, — заржал разбойник, — Рядом с крепостью и заблудился. Никогда не видел такого идиота! — от смеха он чуть не упал с дерева.

— Рядом… с крепостью? — переспросил ошеломленный Чжан Мин.

— Где ты раньше жил, что заблудился? Откуда такой баран взялся? Ха-ха-ха.

«Ладно. Такое вполне могло случиться. Ночью плохо видно дорогу» — успокаивал себя Чжан Мин, не обращая внимания на смех незнакомца. — «Местный лес больше похож на джунгли, просто надо чуть больше внимания».

Прихрамывая на опухшую ногу, он пошел дальше и снова углубился в лес. Не прошло получаса, как насекомое ужалило его в шею, от чего та опухла, лицо скривилось на одну сторону, а нижняя губа заплыла. Из-за комаров, которые, казалось, хотели съесть его заживо, вся кожа покрылась мелкими зудящими пятнами.

Он бродил еще один день, пока полностью измотанный не выполз на звериную тропу. Хотя он изо всех сил старался экономить воду, она все равно закончилась. Губы пересохли и потрескались от жажды. Чжан Мин едва волочил ноги, а одну почти не чувствовал. Вывалившись из кустов, он очутился на более-менее различимой тропе через лес и тяжело осел на землю.

«Этот лес меня не отпускает… снова мои пометки на дереве…» — он устало поднял взгляд на знакомую зарубку. — «Я здесь сдохну?»

— А-а-а, — хрипло закричал он, — Эй! Сюда! Кто-нибудь! — потом пробормотал, — Мне уже плевать кто…