Ненастоящий Отец – Чжан Мин (СИ), стр. 14

Через месяц после завершения первого похода у него закончились деньги, а вместе с ними размеренная жизнь его небольшой семьи. К счастью, он заранее начал искать работу и получил ее очень вовремя. Знакомый из клана Цанянь, помог ему устроиться наемником в сопровождение торговца из дома Чжао. Как и прежде, работа заключалась в охране груза по пути в другой город, но на этот раз маршрут проходил через опасную местность, потому платили больше.

— Я получил работу. Меня не будет пару недель может дольше, — сообщил он вечером Сюэ и Минчжу.

На мгновение сестры замерли и ошарашено посмотрели на отца. Последние недели они жили словно в сказке и впервые за долгое время почувствовали себя счастливыми. Сюэ перестала постоянно хмурить брови и начала походить на обычного ребенка, а Минчжу чаще смеялась, но после таких новостей у них, будто земля ушла из-под ног.

Глаза девочек медленно наполнились слезами. Мокрые ручейки побежали по щекам, крупными каплями падая на пол. Сюэ и Минчжу не спорили, не возражали, но печали своей скрыть не могли. Прошлый раз, когда он уходил на заработки, их пытались поймать незнакомцы, вынудили покинуть дом, снова голодать, дрожать в страхе. Сестры не хотели переживать тот ужас снова, не хотели, чтобы хорошие дни заканчивались. К тому же до них доходили слухи об опасностях работы наемника, и они боялись никогда больше не увидеть отца.

— Путешествие долгое и рискованное. Не знаю вернусь ли, — продолжал он, — Пока меня не будет постоянно практикуйтесь, как я вас учил. Все деньги, что были, я оставил в тайнике под полом. Кушайте хорошо. Если понадобится чего, то обращайтесь к соседке Хон Шу и остерегайтесь незнакомцев.

Обычно детей оберегали от плохих новостей, однако Чжан Мин выложил все, как есть без утайки. Подло и даже жестоко, по его мнению, давать им ложные надежды, когда они и без того много пережили, лучше подготовить девочек к худшему. Привязанности и тщетные ожидания стали бы для них тяжким бременем.

Совершенно не представляя, как успокоить детей, Чжан Мин просто положил шершавые ладони им на голову, однако поток слез лишь усилился, а горе стало безграничным. Вздохнув, он вышел во двор и подставил лицо под порывы прохладного ветра. В груди у него чувствовалась тяжесть и совсем не от предстоящего рискованного похода.

Умирать он не собирался и давно придумал способ, как повысить свои шансы на выживание за городскими стенами. Еще в свой первый поход он обратил внимание на отсутствие щитов у наемников, в тоже время солдаты кланов и правительственные войска широко их использовали вместе с броней. Последняя стоила дорого, даже наручи из кожи оценивались в несколько серебряных, а вот щит Чжан Мин решил сделать сам.

— Проклятье. Инструментов-то нет …, но я знаю, где есть.

Собрав по округе крепкие доски, он отправился к знакомому плотнику и, дождавшись окончания смены, выловил одного из подмастерьев. После парочек пиал вина в ближайшей рюмочной тот согласился выполнить работу за десять медных монет. Уже на следующий день Чжан Мин получил грубый, но вполне прочный щит размером в половину обеденного стола. С ним за спиной он чувствовал себя увереннее. Чтобы не привлекать внимания завернул щит в мешковину и носил, будто заплечный груз.

Накануне похода у него сильно крутило живот. Однако с первыми лучами солнца Чжан Мин зашел во двор торгового дома Чжао и присоединился к наемникам. На сей раз обоз состоял всего из пяти повозок, доверху набитых товаром. Помимо личной охраны торговца всех остальных охранников наняли отдельно. Накидки с символикой семьи им не выдали. Глава охраны быстро разделил людей на отряды по десять человек, командовать назначил опытных воинов.

«Масштабы сильно отличаются. Нас не так много, как хотелось бы. Надеюсь, ничего не случится», — думал Чжан Мин.

Торговцы выдвинулись в путь. Большинство воинов принадлежали сплоченной группе опытных наемников и хорошо знали, что делать. Когда городские стены скрылись за лесом, конные разведчики умчались вперед проверять дорогу, остальные шли рядом с повозками. Лидеры отрядов умело управляли людьми, каждый находился на своем месте, никто не выбивался из строя.

Во время привалов люди берегли силы, проверяли оружие, сбрую лошадей, а торговцы осматривали повозки. Атмосфера царила очень серьезная, в отличии от предыдущего похода, когда наемники позволяли себе устраивать поединки. В такой обстановке Чжан Мину казалось неуместным заниматься тренировками, и он отказался от них до окончания похода, однако вечером отошел немного от лагеря и выполнил короткую разминку, растяжку, а потом помедитировал.

— Буду считать это заслуженным отпуском, — вслух подумал он.

На седьмой день пути серые облака закрыли небо, избавляя путников от дневного жара и погружая лес в полумрак. Идти стало гораздо легче, но на лицах носильщиков и наемников виднелись бусинки пота. Дорога тянулись через гористую местность, пролегала между двумя заросшими лесом склонами. По обе стороны на них возвышались деревья с пышными кронами, а густые кустарники росли в нескольких шагах от обочины. До ближайшей деревеньки оставалось совсем немного.

Впереди послышался стук копыт. Вернулась лошадь одного из разведчиков, но без всадника, а из луки седла торчала стрела. Торговцы и носильщики не на шутку перепугались, тревожно озираясь по сторонам, начали теснится ближе к повозкам. Сердце Чжан Мина забилось чаще, каждый его удар отдавался прямо в ушах, словно барабанный бой.

— Засада! — прогремел голос командира, — Поднять щиты! Лучники к бою!

В следующий миг, срезая листы и цепляя ветки, из зарослей вылетел рой стрел. Со свистом пролетев по дуге, они смертоносным дождем обрушились на повозки и конвой. Раздались жалобные крики людей, предсмертный хрип, под шелестящие звуки мечей покидающих ножны. С громким стуком в щит Чжан Мина воткнулась стрела, потом еще одна. По спине у него пробежал холодок, ощущение близкой смерти заставило хватать ртом воздух.

— Твою мать! — выругался он.

Солдаты с квадратными щитами заняли позиции на переднем крае, за ними выстроились лучники. Часть наемников получили ранения, другие успели укрыться за телегами, нашлись те, кто отбивал летящие стрелы прямо на лету. Торговцы и носильщики залезли под повозки. Лучники дома Чжао Под прикрытием воинов выцеливали врагов среди подлеска и пускали стрелы в ответ. Судя по крикам, им удавалось успешно поразить цель.

Из лесных зарослей вылетели метательные копья и с гулким грохотом обрушились на щиты. После чего нападавшие будто саранча высыпали на дорогу из своих укрытий и со всех сторон набросились на караван, отрезав все пути к отступлению. Началось ожесточенное сражение. Опытные наемники и личная охрана торговца приняли на себя первый удар, затем к бою присоединились остальные. Люди сражались не за товар или торговцев, а за свою жизнь.

Глава 7. На острие меча

— Держи строй! — хрипло кричал лидер наемников. — Не отступать! Не показывайте спину врагу!

Среди плохо организованной группы людей, Чжан Мин единственный держал щит и выглядел чуть надежнее остальных. Вокруг него собрались наемники, такие же как он искатели лучшей жизни в старых обносках, невольно оттеснив Чжан Мина на передний край битвы. Впервые ему предстояло столкнуться с врагом лицом к лицу в настоящей схватке не на жизнь, а насмерть причем на самом острие, от чего сердце колотилось, как бешенное, ладони вспотели.

Сражение началось стремительно, подобно налетевшему шторму. В один миг зазвенела сталь, закричали люди, бросаясь в бой, перепуганные лошади ржали и метались в упряжках, норовя опрокинуть повозки. Поле боя наполнилось оглушающей какофонией звуков и воплями смерти. В воздухе, густом от пыли, запахло кровью.

Грубая уродливая реальность, ошеломила Чжан Мина, сковала разум. Когда пред ним появилось грязное, заросшее щетиной лицо с безумными глазами и, скаля желтые зубы, ударило топором, все изученные приемы, вся решимость испарились из головы. Он лишь инстинктивно подставлял щит, с трудом отбиваясь от наседавшего врага. Сталь со скрежетом впивалась в дерево, и с каждым ударом он чувствовал, как немеет рука. Несколько раз он чудом избежал ранения, ощущая на коже смертельный ветерок от лезвия. Холодный металл подбирался к нему все ближе, готовый вот-вот впиться в плоть.