Другие миры кроме этого, стр. 98

— Слышал о таком.

— Вот и эти красные суки враз что-то почуяли. Да и я сама ощутила. Какое-то странное, давящее притяжение прямо внутри головы.

«Прорва», — мгновенно сообразил Джек.

— Короче, этот со шрамом — Басс — напоследок бабахнул по третьей опоре башни. И они убрались. И не на лошадях или мулах с ослами, а на грузовиках! Я столько моторов сразу не видела с тех самых пор, как тот здоровый лысый ублюдок сцапал меня в Нью-Йорке и притащил в Срединный Мир. Некоторые машины были на колесах, другие — на гусеницах. И у тех, что на гусеницах, позади стояли огромные пушки, вроде гаубиц. Я могла бы спуститься тогда, да только ноги не слушались. Всякий раз, как я подходила к лестнице, тело просто каменело. Смотрела вниз и понимала: не могу. Но ведь рано или поздно я бы все равно спустилась, верно? Когда голод совсем бы прижал, а этот металлический скрежет стал бы невыносимо громким? Ведь спустилась бы, как думаешь, Джек?

— Конечно, — ответил Джек, но про себя сильно сомневался. Сколько дней она провела, прячась в конторе Дестри, и сколько торчала там, наверху, скованная леденящим ужасом? Он не знал. Сколько дней утекло с тех пор, как они с Пэем оставили ее и двинулись к Ривену? Этого он тоже не ведал. Долины — это Срединный Мир, Срединный Мир — это Долины, и Мэри была полностью права: время на этой стороне вытворяет причудливые штуки.

— Там, наверху, я дала клятву. Пообещала Богу… ну или Гану… что если выберусь живой, то в рот больше ни капли спиртного не возьму. И эту клятву я твердо намерена сдержать.

— Молодец, — отозвался Джек, стараясь, чтобы голос прозвучал убедительно.

— Что дальше? Мы возвращаемся домой?

— Ты имеешь в виду Дези?

Она грустно усмехнулась:

— Ну, надо полагать, теперь там наш дом, так ведь?

Джек не успел еще заглянуть так далеко вперед. Но теперь попытался. В Дези имелось совсем немного стволов, и большая их часть была намертво заперта в Роузвуд-Холле Эдварда Янгблада, да к тому же большинство — как и револьвер Аарона Дестри — были старыми и ненадежными. Куда больше оружия хранится в арсеналах СЦП, но те запечатаны. По крайней мере, были раньше.

Красноголовая банда могла бы вообще обойти Дези стороной — на юге и севере добыча была куда богаче, — но Джек нутром чуял, что они туда заглянут. Эдвард Янгблад оставался единственным сильным правителем на всей Дуге Залива с тех пор, как Уоррок, губернатор Северных баронств, якобы скончался от сердечного приступа (хотя кое-кто, включая Райала Коннорса, подозревал отравление). Заявиться в Дези, пустить Янгблада в расход и тем самым уничтожить любое организованное сопротивление их бесчинствам — в этом прослеживался определенный смысл.

Вот только у этого красноголового отребья со смыслом как раз явные нелады. Да и обычный грабеж их, судя по всему, мало волновал; больше всего на свете они обожали жечь, крушить и взрывать все вокруг из своих футуристических пушек. Они походили скорее на стаю перелетных птиц, чем на регулярную армию с четкой целью. Так почему же именно Дези, а не другие мелкие городишки?

Обычная интуиция.

— Джек? О чем ты задумался?

— О том, что мне кровь из носу нужно вернуться в Пернил. Если контора констебля еще цела. Она стоит?

— Да. А зачем?

— Мне нужно забрать колу и книгу. Дестри припрятал их для меня. Я раздобыл это добро для Янгблада. Раз уж мы держим путь назад в Дези, я обязан доставить груз. Чтобы улестить его, задобрить. — Если Большой Кахуна вообще еще там. — Ты останешься здесь, с Ричардом.

Он поднялся на ноги. Мэри аккуратно взяла Ричарда, пересадила его в сторону (тот лишь сонно замигал глазками) и тоже встала во весь рост:

— Ага, разбежался, черта с два я останусь. Теперь я от тебя ни на шаг не отступлю.

— Спорить с тобой имеет смысл?

— Ни малейшего.

Они вернулись к руинам Пернила на «Бинни Динге». Джек рулил, Мэри сидела на пассажирском, а Ричард устроился у нее на коленях точно маленький император, с живейшим интересом поглядывая по сторонам.

«Три долбанных мушкетера», — подумал Джек.

Бо́льшую часть года в этих краях стояла сушь, так что тысячи галлонов воды из рухнувшей башни уже благополучно впитались в почву. И все же грунтовые участки главной улицы до сих пор тонули в грязи — особенно там, где тяжелая техника красноголовых оставила глубокие колеи. Миссис Т. шумно шлепала по лужам. Джек притормозил у конторы констебля. Взрыв начисто снес один из углов постройки, но, в отличие от большинства городских домов, это здание сложили из твердого, как камень, самана, а не из дерева. Джек рассудил, что только поэтому оно и устояло.

Он ожидал, что «Кока-колу» давно утащили, и не ошибся — коробки и след простыл. А вот роман «Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?» валялся в углу под нарами в той камере, где Мэри не сидела. И пусть обложка слегка испачкалась, в остальном книга была в полном порядке. По крайней мере, ее не обмочили и не пустили на туалетную бумагу. Когда он уже направился к выходу, Мэри ухватила его за предплечье:

— Проверь шкаф.

Джек указал на дверцу, которая сиротливо болталась на одной верхней петле:

— Бестолку. Они выгребли отсюда все, что представляло хоть какую-то ценность.

— Верхняя полка. В самой глубине, у задней стенки.

Исключительно ради ее спокойствия он привстал на цыпочки и принялся шарить в темноте наугад, мысленно молясь, чтобы его не цапнула какая-нибудь крыса. Пальцы наткнулись на что-то плотное. Он выудил находку наружу. Это оказался тот самый походный мешок, который на американской стороне прикидывался термосумкой «Йети», и внутри отчетливо звякнуло стекло. Он заглянул внутрь и обнаружил бутылки «Коа-Коа Ори Тэй», они же — кола. Джек посмотрел на Мэри и широко ухмыльнулся. Она улыбнулась в ответ.

— Я же говорила тебе, Джек: в здешних краях моя сила куда мощнее.

Снаружи, с дощатого тротуара, донесся заливистый, высокий лай Ричарда. Этот звук явно означал: «Живее сюда, гляньте, что покажу!» Сжимая в руках сумку и книгу, Джек выхватил пистолет и поспешил вслед за Мэри наружу — проверить, что так сильно растревожило путаника.

Ричард застыл на задних лапах прямо посреди грязной улицы, высоко вытянув шею и глядя вверх. А прямо перед ним, низко опустив голову — так, что их носы едва не соприкасались, — стоял старый знакомый Джека.

— Золотой Мальчик! — воскликнул Джек. — Чтоб мне провалиться!

Если он вообще и вспоминал за это время про статного паломино — а вспоминал он, к своему стыду, нечасто, — то был уверен, что конь до сих пор торчит в Ривене… ну или мертв, если красноголовые отморозки устроили там резню. Он даже допускал мысль, что бедняга мог превратиться в коня-вампира, если подобные чудеса вообще возможны. И все же конь стоял перед ним — тощий, ребра наружу, но (как выражаются в этой части мира) реальный как розы.

Джек ласково погладил Мальчика по шее и принялся ковыряться в горе припасов в кузове Миссис Т. Среди щедрых даров, что упаковали парни Мэра Фрила Гинли, нашелся мешочек с посыпанными корицей яблочными дольками и пакет кукурузной муки. Джек скормил Мальчику несколько долек и насыпал в ладони добрую горсть муки. От того, как конь мягко тыкался мордой в его сложенные лодочкой ладони, на душе стало несказанно тепло. Он был взнуздан сплетенной вручную хакимой, которая изрядно разболталась. Поводьев не было, за уздечкой волочился длинный обрывок веревки.

Мэри тоже мимоходом погладила Мальчика, а затем поспешила дальше по улице, шумно шлепая по лужам. Джек крикнул ей вслед, интересуясь, куда ее несет.

— В конюшню, точнее — в то, что от нее осталось. Там могло уцелеть хоть немного корма.

И действительно, в руинах нашлись два мешка овса, которые лишь слегка припекло огнем. Джек закинул один в грузовой отсек «Бинни», а Мэри пристроила рядом второй.

— Ты тоже заранее знала, что они там лежат? — поинтересовался он. — Как и про колу?