Другие миры кроме этого, стр. 172

— Поглядите на них, — Рай указал рукой на деревья. Все они клонились к юго-западу.

— Да.

— Сегодня доберемся?

— Скорее всего, нет. Может, завтра. Или послезавтра, если столкнемся с какими-нибудь проблемами. — Джек не стал уточнять, какого рода проблемы могут встретиться на их пути, и никто не спросил.

— Станет легче, — промолвила Мэри. — Ведь мы чувствуем не только тягу Прорвы.

И об этом тоже никто спрашивать не стал. В этом не было нужды. Она говорила о ка-шуме, о предчувствии надвигающейся гибели. Джек догадывался, что даже Ричард его ощущает.

Рай мимоходом приобнял Мэри за плечи, возможно, чтобы показать, что они по-прежнему друзья… ну или хотя бы товарищи по несчастью.

— Все будет как будет.

— И кто тут у нас теперь Уэйн, блядь, Дайер? — подначил Джек.

— Отвяжись.

— Как скажешь, — хмыкнул Джек.

Он подошел к «Франческе». В грузовом отсеке, сваленные поверх банок, бутылок и ящиков с Базы № 19, лежали защитные костюмы. Он достал один и постучал пальцем по значку. Тот засветился слабым желтым светом. Джек подумал, не вытащить ли все и велеть Раю с Мэри надеть их на себя. Поворчали бы, но сделали — он ведь их дин, в конце концов. Но передумал. Мэри сразу начнет ныть и сокрушаться, что для Ричарда костюма не предусмотрено, да и, как резонно заметил Рай, какой в защите прок?

Ка-шуме.

Час спустя, когда деревья начали редеть, Рай остановил «Франческу», забрался в кузов, устроился за пятидесятым калибром и развернул его. Джек припарковался позади него и увидел, как по левую сторону от дороги качаются и ломаются деревья. Мэри выбралась из «Лазаро». Ричард следовал за ней. Рай криком велел им возвращаться в свой грузовик.

Ярдах в пятидесяти впереди деревья с грохотом повалились на землю, и на дороге появилось нечто, словно сошедшее с киноафиши фильма ужасов. Его раздутое тело было футов пятнадцати в высоту и сплошь покрыто короткими щупальцами, которые дергались и безжизненно бились из стороны в сторону. Полдюжины глаз из-под складок век смотрели с маски, возможно, когда-то бывшей женским лицом. Нос и рот срослись в свисающий, подрагивающий клюв. Выражение «лица» этой твари дышало гнетущей скорбью. От ног остались лишь жалкие обрубки. Главным средством передвижения, похоже, служил хвост, оставлявший после себя глубокую траншею в растрескавшемся дорожном покрытии. Под брюхом висел полупрозрачный мешок, туго набитый копошащимися гадами. Из оплывшей пасти доносился надрывный, хнычущий звук, безуспешно пытающийся сложиться в слова.

«Только не стреляй, — взмолился Джек, мысленно обращаясь к Раю. — Не дай ей развернуться лицом к нам. Господь и Ган, а что, если в округе бродят другие такие же?»

Рай стрелять не стал, то ли потому, что мысли Джека совпали с его собственными, то ли потому, что оцепенел от ужаса и растерял способность думать. Тварь переползла дорогу, волоча мешок, набитый жутким потомством. Щупальца потянулись вперед и обвились вокруг стволов деревьев на противоположной обочине. Одно из них с грохотом рухнуло прямо на тварь, но та каким-то омерзительным волнообразным содроганием плоти легко сбросила его в сторону. Она тяжело ввалилась в лес, оставив после себя мешанину из поваленных стволов. Кора на них маслянисто блестела от какой-то слизи или сукровицы, которую она… что? Выделила? Выпотела?

Рай спрыгнул на землю и поспешил к Джеку. К ним присоединилась Мэри. Лицо ее было пепельно-серым.

— Что это такое? — спросила она, но тут же ответила сама себе: — Ладно, забудь. Знать не желаю.

— Помогите мне убрать стволы с дороги, — скомандовал им Рай.

— Так, — отозвалась Мэри. — Только, будьте добры, наденьте перчатки. У нас же есть перчатки, да?

Перчатки нашлись, и мужчины их надели. Деревья были мертвыми и легкими. Слизь, оставленная чудовищной тварью, шевелилась под их пальцами, извивалась под руками, и когда они спихивали мертвые стволы в канаву, Джек увидел, что эта слизь все еще жива. Она прямо на глазах превращалась в личинок — пусть и мелких, по крайней мере пока, — точь-в-точь таких же, каких он видел во время своей первой поездки к Прорве.

— Нам нужно убираться из этих лесов, — произнесла Мэри.

— Так, — согласился Рай и возглавил конвой на «Франческе».

Джек и Мэри двинулись следом. Прежде чем оставить лесные дебри позади, они миновали еще один ориентир, запомнившийся Джеку: останки дерева, которое он когда-то разнес в щепки ракетой, расчищая себе путь. Здесь когда-то обитали медленные мутанты — один из них знаками умолял Джека пристрелить его и прекратить мучения, — но теперь тут никого не водилось.

Когда они, наконец, выбрались из леса, зарядил мелкий, но затяжной дождь. Ветра не было, но из-за притяжения Прорвы дождевые капли летели по косой траектории строго на юго-запад. Раньше все сущее служило Лучам, пришло на ум Джеку. А теперь все сущее служит Прорве. По крайней мере, в этих краях.

Джек коротко просигналил дважды. Когда Рай и Мэри выбрались из кабин, он предупредил, что впереди крутой спуск и нужно ехать на пониженной передаче.

— Полос для аварийной остановки грузовиков тут не предусмотрено.

Они одолели спуск и остановились на ночлег у кромки травянистой равнины, которую Джек тоже помнил по прошлой поездке. Пока Рай кашеварил, готовя им ужин (овсяные хлопья с остатками изюма), Джек проверил значок на одном из противорадиационных костюмов. Значок горел ровным желтым светом, а притяжение Прорвы стала еще сильнее, потеряв былую мягкость и достигнув силы притяжения земли. «Довольно скоро, — подумал Джек, — это будет не Земля, а планета-гигант вроде Юпитера».

Он предложил всем затянуть ручные тормоза до упора.

— Это наша последняя ночь? — снова спросил Рай.

— Наверняка утверждать не могу.

— Примем это за уверенное «возможно».

Рай подошел к своему грузовику и покопался в грудах скарба. Вернулся, неся тарелку, накрытую металлическим колпаком-клошем. Он отвесил поклон и произнес на вполне сносном французском:

— Un désert spécial pour une nuit spéciale pour la mademoiselle et le monsieur [45], — после чего поднял крышку и продемонстрировал пирог с шоколадной глазурью.

— Вообще-то он должен был получиться круглым, но смеси для выпечки пришел абзац, причем полный.

— Он прекрасен, — выдохнула Мэри. — Спасибо, сэй. Куда лучше «инопланетян» из лавки Кэйдена.

Джек согласился с ней, как согласился и Ричард, который уселся на задних лапах, зажал свой кусок в передних и уплел его в три укуса. На усах у него остались крошки шоколада, и он их тщательно слизал.

— Расскажи нам о том, как ты впервые попал в Срединный Мир, Джек, — попросил Рай. — Когда был мальчишкой. Мне бы хотелось это послушать.

— Мне тоже, — подхватила Мэри. — У каждого костра должна быть своя байка.

— Тоже, — повторил слабый и хриплый голосок.

— Ладно, почему бы и нет? — согласился Джек. — Хотя я тогда звал это место Долинами.

Он рассказал им, что у его друга Спиди в Долинах имелся двойник. Паркус не был стрелком, но почти наверняка являлся дином из рода Эльда.

— Он рассказал мне, что если я добуду предмет под названием Талисман, то смогу спасти жизнь своей матери. Чистая правда, но еще он хотел использовать меня — как пешку, полагаю, — чтобы вырвать Талисман из рук Моргана. Совсем как Хестин манипулирует нами ради достижения сразу нескольких целей.

Джек не стал выкладывать все без исключения — на это ушла бы вся ночь и часть следующего дня, — но рассказал про городок Оутли в штате Нью-Йорк, и про то, как стал прислуживать человеку по имени Смоки Апдайк. Рассказал, как отыскал Волка в Долинах и как они вместе попали в заточение на американской стороне. Рассказал о том, как Волк отдал свою жизнь ради спасения стада, состоявшего из одного-единственного Джекки Сойера. И рассказал то, о чем совершенно позабыл до визита на Базу № 19: как они с другом Ричардом брали штурмом форт, набитый плохими Волками, в Лагере «Готовность».