Город падших ангелов (СИ), стр. 13

— Ладно, — вздохнул Касселс.

— А с документами, так уж и быть, помогу. А то ты до ночи в участке проторчишь.

— Заметано, — кивнул Ник и улыбнулся.

Я припарковал «Крайслер» на стоянке у участка, и мы пошли внутрь. Я — в кабинет, оформлять бумаги по прошедшему задержанию, а Ник — в допросные. К счастью, показания задержанных уже ничего не решали — мы взяли их с поличным. Оставалось только разобраться, будет ли считаться выдернутый волос нападением на офицера полиции.

Букмекер, кстати, действительно оказался тем самым гаитянцем, который официально арендовал помещение прачечной — тут Касселс был прав. Бабка-вудуистка, заработавшая себе срок на ровном месте, вполне ожидаемо оказалось его женой, а белый мужик — просто наемным сотрудником. Он-то и доставил больше всего проблем Нику — требовал адвоката, тянул время, шел в несознанку. Что с его стороны было максимально глупо, потому что этим он только увеличил себе срок. И нам объем работы. Так, копаясь в документах, мы и провели весь остаток рабочего дня.

Глава 7

Когда я проснулся на работу, Роуз уже была в душе. Да, она действительно привыкла рано вставать, чтобы помыться, и делала это каждый день. Так что мне пришлось подождать ее, а потом принимать ледяной душ. Но когда я вышел наружу, меня уже ждал завтрак и кофе.

Сама девушка за последние дни, кстати, стала гораздо спокойнее. Особо веселой она при этом не выглядела, но взяла на себя почти все домашние обязанности — кормила Владимира, клетку для которого я так и не собрал, кормила Рэмбо, готовила еду и убиралась. Готовила она, надо сказать, лучше чем я, но все какое-то американизированное, что ли. Гречку с сосисками, которые я сварил, она, кстати, есть не стала, прикола не поняла. Так что мне пришлось все съесть самому.

После завтрака поехал на работу. Добрался минут за двадцать и увидел, что на парковке стоит «Порше» Касселса, а возле него и он сам. И курит. До брифинга была еще четверть часа, но он, похоже, решил приехать пораньше.

Я вышел из «Крайслера», подошел к нему, и мы обменялись рукопожатиями. Он открыл дверь своей машины, вытащил из нее газету, не самую свежую, и протянул мне.

— Третья страница, — подсказал он.

Я открыл, увидел там наши фотографии из личных дел, и фото пастора, которого мы арестовали. И подпись: «Пастор устроил казино прямо в церкви. Герои-полицейские положили этому конец».

— Вот это и есть та самая статья, про которую говорил Левандовски, — как-то немного устало проговорил он.

Я хмыкнул, быстро пробежался по статье глазами. Журналисты сильно все приукрасили, как будто в подвале церкви был настоящий филиал Вегаса, но на самом деле — всего-то один покерный стол. Но была и информация о том, что священника лишили сана и осудили.

— И еще кое-что, — сказал Касселс. — Сегодня вечером у нас встреча. Тот парень расшевелился и смог договориться. Так что едем.

— Отлично, — я улыбнулся и протянул ему газету.

— Оставь себе, — он покачал головой. — Саре покажешь. А у меня еще есть. Так вот, надо одеться поприличнее.

— Это как? — спросил я, посмотрев на себя. — Я что, неприлично одет?

— Поприличнее — это как я, — хмыкнул он.

— Как мафиози или сутенер?

— Майк… — он ухмыльнулся. — Тебе нужен пиджак, эта кожаная куртка, конечно, хорошая, но никуда не годится. Не обязательно строгий, можешь взять клубный, но ты должен выглядеть так, будто можешь себе позволить заплатить за стол в ресторане столько, сколько зарабатываешь за месяц.

— Ну, так вряд ли получится, но перед встречей заеду в молл и куплю, — кивнул я. — А во сколько встреча?

— В девять, — сказал он. — В ресторане «Беверли» в Санта-Монике. Я заеду за тобой в трейлерный парк.

— И поедем на моей? — спросил я.

— Нет, — он покачал головой. — На этот раз на моей. Ладно, пошли, брифинг вот-вот начнется.

Я кинул газету к себе в машину — может быть, действительно покажу кому-нибудь, к тому же это в действительности первый случай, когда я угодил в прессу. И мы сразу пошли в кабинет для брифингов. Там уже сидели остальные, а вскоре вошел и Левандовски.

Он коротко поздоровался и начал раздавать дела. Кому что досталось, но к последним он обратился к нам:

— Соко, Касселс. У нас заявление от некоей Патрисии Хьюз. Она обнаружила у своего несовершеннолетнего сына видеокассету с содержимым, которое ее расстроило.

— Какое-то экспериментальное кино, сэр? — спросил я.

— «Гольф-клуб 2», наверное, — заметил Домингес.

— Мне очень нравится ваше чувство юмора, — сказал Левандовски. — Но нет.

Порнушку она нашла. Она выяснила, что сын взял ее в видеопрокате на углу Грейп-стрит и Сто десятой, после чего написала заявление. Вот по нему вам и нужно будет отработать.

Он отдал нам заявление, быстро закончил брифинг и ушел. Я прочитал и усмехнулся — в выражениях любящая мать не стеснялась, и использовала несколько таких, что в официальном документе я встретить не ожидал.

— Ну что? — спросил я у Касселса.

— Ничего сложного, — ответил он. — Заявление у нас есть. Войти, поговорить, выписать штраф. Съездим быстро, а потом займемся чем-нибудь стоящим.

— Ага, — кивнул я. — Правда я не подозревал, что мы видеопрокатами занимаемся.

— Майк, мы занимаемся всем, что у нас в штате «двадцать один плюс». Так что собирайся, в кабинет возвращаться не будем, сразу поедем. На твоей.

Мы быстро спустились, сели в машину и двинулись на Грейп-стрит. Прокат назывался «Видео Супер» и располагался в торговом ряду между китайским ресторанчиком и магазином товаров для дома. Снаружи он выглядел достаточно невинно — большая витрина с постерами новинок, аккуратной вывеской. В витрине, кстати, стояли «Коммандо», «Хищник» и «Топ Ган». Хотя, как по мне, по поводу последнего тоже следовало провести проверку, потому что такого нетрадиционного фильма надо еще поискать.

— Заходим, как обычные клиенты, — сказал Касселс. — Смотрим, что есть, разговариваем с владельцем. Смотрим, нет ли порнухи в открытом доступе, если есть — штрафуем.

— Она в отдельной секции должна быть? — уточнил я. Как-то мне непривычно было, что порнуху сдавали в видеопрокате. Да и не интересовался этим никогда ни я, ни Соко. У него так вообще даже видика не было.

— Ты с другой планеты прилетел, Майк? Конечно в отдельной, мы в детстве мечтали в нее попасть. Хотя точно, у вас же наверное такого нет. Ладно, идем.

Мы вошли. Внутри оказалось неожиданно уютно — ряды стеллажей с кассетами, разделенные по жанрам, мягкий свет, коробка с уцененкой у входа — я бы даже посмотрел, но опять же, магнитофона-то нет. За стойкой сидел мужчина лет сорока пяти в очках с толстыми стеклами. Он читал книгу.

Я двинулся мимо стеллажа, и услышал торопливый шепот:

— Так, Деймон. Сейчас подходишь к нему, спрашиваешь про особый отдел.

— Да Трэв, я что-то побаиваюсь. А вдруг спросит, сколько мне лет?

— А ты ему четко и спокойно говоришь, что тебе двадцать один — и дело в шляпе. Не боись, я так тысячу раз делал.

Я уже по голосам и сленгу понял, кого увижу. Вышел из-за стеллажа и увидел тех самых двоих молодых негров, которые врезались в меня на своем «Эльдорадо».

— Что, парни, кино захотелось посмотреть? — спросил я.

У обоих челюсти отвисли. Они явно не ожидали меня увидеть, да еще и когда я застану их за таким делом, как планирование добычи в личное пользование порнушки.

— Да, детектив, — сказал вдруг тот, что справа. — Да. Хотели кино посмотреть. Вот, уже берем кассету.

Он выдернул из стойки какую-то кассету, не глядя, и показал ее мне. Я глянул, и увидел на нем девушку в синем платье и с черными волосами. Это «Белоснежка» «Диснея» тысяча девятьсот тридцать седьмого года, я это знаю, потому что жена в свое время у меня попросила этот мультик скачать.

— Вы мультики собрались смотреть? — спросил я.

— Что? — он посмотрел на кассету, потом на меня, а потом проговорил: — Да, мультики.