Шепот бота, стр. 13
Слова «отобрал», «компетенции», «немногие» он произносил с особым смаком, каждое из них проникало в самую глубину наших нежных душ.
– Мы вступаем в новую эру межчеловеческих коммуникаций, – продолжал шеф. – Маркетинг будущего – деликатный, изысканный, бьющий точно в цель. Людям надоела реклама, которой их забрасывают. Они устали от этой хаотичной канонады. Больше не верят рекламным обещаниям. Затыкают уши, едва услышав коммерческие предложения. Как же говорить, чтобы они нас услышали? Шепотом, господа, шепотом.
Он понизил голос до еле уловимого шелеста, а мы даже задержали дыхание, чтобы не пропустить ни единого слова. Драбовский, как дирижер, позволил стихнуть последним звукам, а потом неожиданно загромыхал:
– Buzz marketing! – Мы аж подпрыгнули. – Buzz marketing! Стратегия шепота. Мы не орем во всю глотку как торговка на базаре, нахваливающая свою петрушку. Мы шепчем прямо в ухо тому, кто осматривается в поиске овощей. Торговые интернет-площадки, форумы, фейсбуки – все это сфера нашей деятельности. Мы на цыпочках обходим все огромное интернет-пространство и шепчем, шепчем, шепчем… А люди? Слушают, слушают, слушают… А потом? Покупают, покупают, покупают…. Или? Голосуют, голосуют, голосуют… И что еще? Сами шепчут, шепчут, шепчут, и наш шепот, даже если сами мы уже давно замолчали, слышен все громче в самых дальних уголках сети. Понимаете всю красоту идеи?
Кажется, не только у меня были проблемы с пониманием красоты идеи, потому что худой паренек рядом со мной поерзал на стуле, будто что-то впивалось ему в поясницу, и простодушно спросил:
– То есть что?
– То есть мы перестаем быть назойливыми впаривателями рекламы, которой никто не поверит. Вместо этого мы становимся доверенными советчиками, – объяснил шеф и, почувствовав, что его энтузиазм как-то недостаточно заводит слушателей, решил перейти к конкретике. – Вы видели в интернете отзывы пользователей о товарах? Звездочки, баллы, комментарии? Люди покупают, тестируют, делятся оценками с интернет-братией, а другие на основе оценок принимают решение о покупке. Реклама их не убеждает, ведь всем известно, что в рекламе правда не важна, в отличие от мнения обычного человека… А если их двое, пятеро, десятеро и все они совершенно не заинтересованы в том, чтобы кого-то убедить? Мы будем поставлять именно такое объективное мнение. Это прекрасная миссия во времена, когда растерянные люди нуждаются в добром совете. Тихом шепоте на ушко.
– То есть мы будем тестировать продукты! – загорелся внезапно Яцек, и все взгляды устремились в его сторону, чтобы через секунду метнуться обратно к шефу.
Тот на секунду будто растерялся, но быстро взял себя в руки и серьезно ответил:
– Безусловно. Мы, как коллектив, – а нас гораздо больше, чем сейчас присутствует, – будем заниматься тестированием и писать отзывы. Только не каждый сразу всем. Часть будет тестировать, а часть, самые способные, займутся коммуникацией. Так делают в любой современной компании. Разделение ролей, специализация сотрудников. Мне жаль тратить ваш талант на долгое и нудное тестирование. К тому же, как бы ты протестировал, скажем… прокладки?
Все захохотали, Яцек, сгорбившись и покраснев, что-то лепетал в свою защиту, но шеф уже держал ситуацию под контролем и четко и ясно объяснял, что тестированием продуктов займется отдел тестирования, а мы можем друг друга поздравить – по результатам нашей работы мы были отобраны в Отдел поддержки решения потребителей.
– Браво! – зааплодировал нам шеф, а когда мы ответили самодовольными хлопками, он вышел из комнаты и через минуту вернулся с подносом, уставленным бокалами с чем-то светлым и пузырящимся. – Молодежная версия, – объяснил он с плутовской улыбкой. – У нас же и коллектив молодой.
Осторожно, чтобы не сломать тонких ножек, мы брали бокалы, и каждый косился по сторонам, ища поддержки у более уверенных в себе соседей.
– За ОПРП! – поднял бокал шеф, и мы глотнули сладкого напитка.
У работы в Отделе поддержки выбора потребителей были несомненные плюсы: не нужно рано вставать, не нужно вообще выходить из дома, шептать можно из любой точки мира, был бы компьютер и подключение к интернету. Не нужно терпеть гадости от недовольных прохожих, которые любят отыгрываться за свои жизненные неурядицы на ни в чем не повинных распространителях листовок. Конец ли это мечтаний о встрече с рыжеволосой девочкой? Будем честны! По степени реальности Рыжая была ближе к Гермионе Грейнджер или Китнисс Эвердин, чем к человеку из плоти и крови. Я мог придумывать сколько угодно вариантов нашей новой встречи, чтобы убить время, стоя на «Сковородке», но сказки – это сказки, а реальная жизнь – это тысяча злотых, которые мне нужно вернуть до июня. Драбовский обещал полтора злотых за один шепот! Чуть меньше семисот шепотов, и о долге можно будет забыть! А при случае можно расширить горизонты, интересно провести время, размять мозги, ведь, как подчеркивал шеф, поддержка выбора потребителя требует креативности. Нужно шептать деликатно, оригинально и разнообразно. Словом, увлекательная работа, которая приносит удовлетворение. А вдобавок общественно значимая! Разве пропаганда чтения не приносит пользу целому человечеству?
Я вспомнил о чтении, так как первое задание шефа для ОПВП было связано именно с ним.
– Пусть каждый из вас подумает, какая у него любимая книга, – сказал он во второй, организационной, части обучающей программы.
Комната оживилась, где-то даже наметилась паника, но, к счастью, нашлись те, у кого было по несколько любимых книг, и они смогли поделиться с теми, у кого все названия как назло вылетели из головы.
– Готовы? – спросил шеф, и посыпались варианты. «Властелин колец», «Редболд Железный кулак», «Биржа для всех», «Месси – золотой мальчик из Росарио», «Прокляты, потому что любили Польшу», «Месть блондинок – 500 анекдотов о брюнетках» и множество других названий, свидетельствующих о разнообразии интересов нашего небольшого коллектива. Лично я выбрал «Над пропастью во ржи».
В рамках стажировки перед началом работы шеф объявил конкурс под названием «Помоги любимой книге». Нужно было собрать для выбранной книги как можно больше положительных оценок в самом крупном книжном интернет-магазине. Трудность заключалась в том, что система подсчета оценок позволяет человеку проголосовать лишь один раз. Шеф призвал всех придумать креативные способы преодоления этого препятствия, на что первым отозвался Яцек:
– Можно попросить родителей, бабушек и дедушек, чтобы они тоже поставили оценки, – предложил он.
Креативность этого решения не привела шефа в восторг.
– Ну, можно и так, – согласился он, но в его тоне звучало скорее разочарование, чем похвала.
Оказалось, что правильное креативное решение, которое должно было прийти нам в голову, если бы мы мыслили достаточно инновационно, заключается в усилении своего голоса в сети с помощью так называемого многоголосия.
– Если вы шепчете одним ртом, – объяснял шеф, – то не даете своему шепоту шанса среди множества ушей. Что нужно сделать? Все просто. Удвоить, утроить, удесятерить количество ртов, которыми вы шепчете. Вы можете завести столько почтовых ящиков, сколько хотите. Тогда вы сможете помочь своей любимой книге не один раз, а множество.
– Нам нужно заводить фальшивые аккаунты? – испугался Яцек, но шеф его успокоил.
– Почему сразу фальшивые? – возмутился он. – Делай настоящие. Это будет выглядеть так, будто ты сам размножился, чтобы быть сразу в нескольких местах и работать более эффективно.
Прежде чем мы успели переварить этот совет, шеф хлопнул в ладоши, потер руки и воскликнул:
– Ну что? Все понятно?! Победит тот, чья любимая книга через неделю наберет больше всего положительных оценок. За работу! Встречаемся сразу после праздников! С наступающей Пасхой!
Книгу «Над пропастью во ржи» в самом крупном книжном интернет-магазине оценили всего три раза. Два человека поставили ей пять звезд, а один (меня даже затрясло от негодования) – только две. Тем временем «Книга цитат рэпера Попека» получила пять звезд, «Секрет плоского живота Корнелии Латко» тоже пять, «Поцелуй на Острове любви» пять, «Пароль от счастья: инструкция успешной жизни» – пять, а «Над пропастью во ржи» только четыре! Это была жуткая несправедливость, на которую можно было злиться и ругаться – или подойти к делу конструктивно и использовать негативные эмоции в продуктивном ключе. Если бы мне удалось, скажем, добавить пятьдесят максимальных оценок, то этим читателям-недоучкам, не ценящим хорошей литературы, было бы очень сложно обрушить средний рейтинг. А может, книжный магазин, увидев, какой популярностью пользуется эта позиция, охотнее предлагал бы ее клиентам, и мои заслуги перед культурой стали бы еще более весомыми.