Танкуоль и Костодер, стр. 95

Серый провидец проворно юркнул за спины двух клановых воинов, когда разведчики, посланные вперед, примчались обратно. От них пахло радостным волнением. Вскоре чуткий слух Танкуоля уловил их торопливый доклад. Там, впереди, они нашли что-то!

Колонна осторожно следовала за разведчиками по тропке, проложенной ими в джунглях. Земля постепенно утрачивала твердость. А теперь и вовсе превратилась в настоящее болото. Из подернутой ряской воды торчали корявые мангровые деревья, над тиной роились тучи насекомых. Песчаные отмели торчали из грязи, образуя некое извилистое, ломаное подобие моста через болото. На отмелях развалились огромные зеленые крокодилы, греясь в лучах солнца, пробивающихся сквозь кроны деревьев.

Все это Танкуоль увидел и учуял в одно мгновение, а затем его внимание, как и всех остальных скавенов, привлекла уродливая каменная башня, возвышающаяся на небольшом острове. Сооружение нелепо кренилось над болотом, илистые берега вокруг него были усеяны выпавшими из стен камнями. Из единственной видимой бойницы торчало ржавое жерло пушки. Над аркой сломанных деревянных ворот, стоявших перед башней, красовалась укрепленная цементом композиция из человеческих костей. Танкуоль узнал фигуру, которую они образовали. Такая же была на «Черной Мэри» — череп над двумя берцовыми костями. Серый провидец задумался, возможно ли, чтобы люди, построившие башню, и пираты, чей корабль они захватили, принадлежали к одному клану?

Некоторые из бегунов Цан Квика направились к башне, и от них исходил запах алчности. Запах подхватили воины Конга Спинолома, и большие скавены устремились вслед за маленькими разведчиками.

Серый провидец Танкуоль тоже двинулся вперед, решив выступить посредником в любом споре по поводу сокровищ иа благо экспедиции — и за чисто условный процент. Его нос дернулся, когда в него ударил новый запах. Холодная дрожь пробежала по хребту — так проявилось усилие контролировать свои железы. Такого запаха не знал даже самый умудренный ассасин. Эту вонь могли помнить только те, кто был связан с миром магии. Последний раз Танкуоль ощущал такой отвратительный запах, когда сражался с некромантом Воргуном из Прааги. Это была вонь самого темного колдовства, тошнотворные миазмы нежити.

Танкуоль обдумал варианты, затем осторожно направился обратно в джунгли. А в беду пусть попадут наглецы из Эшина! Это послужит им справедливым наказанием за все унижения, которым они его подвергли! И потом, кто-то из этой кровожадной своры пытался убить его. Может быть, серому провидцу повезет, и какое бы зло ни бродило вокруг башни, оно позаботится о его неведомом враге.

Глаза Шэнь Цинхэ были не настолько закрыты, как предполагал Танкуоль. Колдун вовсе не дремал, а наблюдал за всеми своими товарищами, и особенно за серым провидцем. Увидев лукавый блеск в глазах Танкуоля, колдун спустился из объятий Годжи. Шэнь понюхал воздух. От того, что он учуял, его шерсть ощетинилась. Он укоризненно посмотрел на Танкуоля, а затем бросился вперед, чтобы предупредить свой клан об опасности.

Но было слишком поздно. Первые из скавенов уже достигли башни. Когда первый крысолюд спрыгнул с песчаной косы на осыпающуюся поверхность острова, из темноты внутри башни появилась смутная фигура. В ней угадывалось что-то от человека, но одежда представляла собой лишь клочья ткани, свисающие с тощих костей. Гнилостно-зеленая кожа была покрыта волдырями и иссечена тропической жарой. Из разлагающегося тела торчали островки костей, а в остатках плоти копошились черви. Из-под изодранных остатков капитанской фуражки на крысолюдов свирепо смотрел высохший череп.

Один из бегущих-по-стокам взвизгнул от ужаса, увидев тварь, и попятился с такой поспешностью, что споткнулся и бухнулся в грязную воду. Другой бегун оскалил клыки и метнул пару ножей в приближающееся человекообразное. Клинки глубоко вонзились в грудь существа, пронзив сердце. Тот, казалось, даже не заметил ударов, но приблизился к бегуну на еще один нетвердый шаг.

Перепугавшись вслед за товарищем, крысолюд развернулся, намереваясь бежать. Но не успел он сделать и шага, как снизу, прямо из земли, выскочил гнилой кулак и бульдожьей хваткой вцепился ему в ногу. Бегущий-по-стокам корчился в агонии, отчаянно кромсая ножом державшую его руку. Под клинком хрустнули пальцы, но кулак не желал отпускать его. Скавен взвыл, моля сородичей о помощи. Слишком поздно он заметил, как на него упала гнилая тень капитана. Разлагающийся зомби поднял ржавую саблю и обрушил на скавена.

Крики эхом разносились по всему болоту. Тем временем из тины вылезали новые зомби и принимались злобно и молча шарить вокруг в надежде поймать какого-нибудь крысолюда. Скавены дружно отпрянули от страшных тварей, ужасаясь своей неспособности убить тех, кто уже мертв. Несколько бегунов попались в когтистые лапы зомби. Крики переросли в оглушительные вопли, когда их тела стали медленно рвать на части. Один из ассасинов в развевающемся черном плаще попытался пробиться обратно в башню и убить капитана. Каждый удар его отравленных ножей попадал в цель, но ни одна из жертв не пострадала. Вскоре зомби окружили одинокого убийцу. В приступе ужаса убийца в плаще полоснул себя кинжалом по шее, лишь бы не попасть в когти нежити.

Черный вихрь с треском ворвался в гнилые ряды нежити, разорвав дюжину зомби на гнилые ошметки. Шэнь Цинхэ и Годжи ринулись к песчаной отмели, где застряли в западне Шиван и большинство его воинов. Колдун снова взмахнул посохом, и магия, с воем вырвавшаяся из него, обрушилась на очередное скопище тварей.

— Беги-беги! Быстро-быстро! — прошипел Шэнь главе ассасинов.

Взгляд Шивана с тоской метнулся к джунглям, но он лишь хлестнул хвостом и уставился на карту, которую держал в руке.

— Используй магию! — прорычал он колдуну. — Гони мертвотварей назад-назад!

Железы Шэня переполнились чем-то вроде ужаса, но, увидев жестокий блеск в глазах Шивана, колдун понял, что любой спор будет для него фатальным. Сняв с кончика посоха амулет из искажающего камня, колдун откусил от него кусочек. Он почувствовал, как по венам разливается бодрая сила, и закрыл глаза. Когда Шэнь вновь открыл их, они представляли собой черные дыры силы. Зарычав, он повел рукой вперед. Из его пальцев вырвались черные сгустки энергии и разнесли вдребезги разлагающиеся головы полудюжины зомби. Колдун зарычал еще раз и крепче сжал посох. Вторая вспышка темной силы, и еще больше зомби разлетелись в клочки, тут же поглощенные болотной жижей.

Шиван Нюхач обтер морду и нетерпеливо указал когтем на север. Запугиваниями и угрозами Конг заставил воинов кое-как построиться. Сам он встал позади строя с грозной глефой в лапе и погнал клановых крысюков на толпу зомби, преграждающую обратный путь к джунглям. Толпа скавенов неистово прорубала проход в зловеще молчащей нежити. Медленно, но верно скавены пробивались сквозь толпу мертвецов.

Изнемогая от напряжения и пагубного воздействия искажающего камня, столь поспешно им проглоченного, Шэнь Цинхэ рухнул в объятия телохранителя. Держа хозяина на сгибе руки, громоздкий Годжи поскакал за отходящей экспедицией. Его огромные когти пронзали тех немногих зомби, что стояли между ним и арьергардом Шивана.

Серый провидец Танкуоль недоверчиво моргнул, увидев, как крысолюды Шивана убегают с болота. Дело было не столько в том, что их прогнали зомби — этого он и ожидал. Его взбесило то, что они бежали не в тот конец болота. Он ожидал, что они вернутся, а не начнут пробиваться вперед!

Джунгли словно сдавили Танкуоля со всех сторон, когда запах его сородичей-скавенов стал слабеть. Болото все еще кишело зомби. Мерзкие твари окружали и убивали брошенных Шиваном отставших. Это было отвратительное зрелище. Впечатление усиливали крокодилы. Они соскальзывали в воду и хватали плавающие куски мяса, оставленные зомби. Танкуоль считал себя доблестным скавеном, боялся очень немногого, но оказаться в брюхе какого-то чешуйчатого чудовища — кошмар из кошмаров.

Танкуоль хлестнул хвостом и заскрежетал клыками. От запаха уходящего войска Шивана остался лишь чуть заметный след. Чтобы не потерять их, надо действовать быстро. Сердце заколотилось в груди, ужас одиночества захлестнул разум. В отчаянии он выхватил меч и крепче сжал посох. Прошипев торопливую, но предельно искреннюю молитву Рогатой Крысе, Танкуоль бросился в болото.