Танкуоль и Костодер, стр. 94

Серый провидец пошевелил языком, извлекая из защечного мешка последнюю крошечную порцию искажающего камня. Он может проглотить его, воспользоваться природной силой и сотворить чары такого масштаба, что все вожди Эшина превратятся в кровавое пятно на песке!

Он моргнул и покачал головой, убирая кусочек искажающего камня обратно в краешек рта. Да, он мог бы уничтожить всех врагов одним ударом: а что делать дальше? Он все еще будет в тысяче привалов от дома, окруженный непроходимыми джунглями, кишащей акулами водой и несколькими сотнями воинов клана Эшин, которые могут не слишком благосклонно отнестись к уничтожению своих командиров, сколь угодно оправданному. Танкуоль неохотно дал убийственному видению исчезнуть и навострил уши, прислушиваясь к развернувшемуся спору.

— Может, это неправильная карта! — прошипел Шэнь Цинхэ, потрясая посохом в сторону ассасина в плаще. Он развернулся и указал тонким когтем на Цан Квика. — Может быть, ты украл карту не в том месте!

Предводитель бегущих-по-стокам оскалил клыки, ощетинившись от оскорбления.

— Мы взяли-забрали карту у чумного жреца! — запротестовал Цан. Коричневый крысолюд скрывал под плащом тощее, изможденное тело. Он старался держать себя в форме, чтобы ползать по водосточным трубам или протискиваться через дымоход. — Он сказал, это надо, чтобы Чумные пришли-забрали Люстрию у змеедьявола! Он говорил-пищал много-много, — добавил он с низким рычанием, водя большим пальцем вдоль тыльной части зазубренного кинжала.

— Может, человек-пират соврал? — предположил массивный Конг Спинолом.

Черный скавен командовал воинами клана Эшин. Это был жестокий монстр, носивший кольчужные доспехи, предпочитая их плащам и мантиям своих начальников-убийц. Огромный скавен опирался на окаймленную клыками глефу, край которой был покрыт маленькими медными кольцами и другими защитными талисманами.

— Человечишко не врал-лгал! — рявкнул Шиван. — Я говорил-сказал ему, он не умрет-сдохнет, если приземлит корабль в нужном месте!

— Может, человечишко знал, что ты лжешь-врешь, — заметил Шэнь. — Может, он думал-знал, что мы все равно съедим.

Шиван угрюмо закутался в плащ, сердито хлестнув хвостом по песку. И тут же усы ассасина задергались. Позабыв о препирательствах сородичей, он наклонился и принялся царапать песок. Когда он поднялся, в его глазах появился зловещий блеск, а когти сомкнулись вокруг ржавого куска железа.

— Металл человечишек! — торжествующе прошипел Шиван.

Он швырнул проржавелый кусок железа в песок, едва не задев ноги Шэнь Цинхэ. Колдун нахмурился и поднял гнилой кусок ржавчины. Он понюхал его, затем, бросив подозрительный взгляд на Шивана, попробовал лизнуть.

— Металл человечишек, — согласился колдун. Прищурившись и хлестнув хвостом, он уставился на Шивана. — Что ты нюхаешь-чуешь?

Старший ассасин смахнул с носа соплю и угрожающе ухмыльнулся остальным. Он с гордым видом поднял карту из крысиной кожи и чиркнул когтем по ее поверхности, испещренной чернильными знаками.

— Карта показывает место человечишек. Найдем-найдем это место, найдем-найдем, где на карте мы!

Заявление Шивана взволновало остальных скавенских командиров. Все они знали, как редко встречаются люди в Люстрии. В джунглях полным-полно всякого, что может убить человека быстрее, чем эшинский клинок. Человеческое поселение любого размера — невероятная редкость в джунглях. Ориентир, по которому они могли бы определить свое местоположение и найти дорогу к затерянному городу Кеце.

Цан Квик принялся быстро отдавать команды своим бегунам. Мелкие и тощие, они составляли основную массу тех, кому пришлось добираться до берега вплавь, и понесли наибольшие потери от акул. Они стремились доказать свою ценность и добиться более благосклонного отношения к себе со стороны ассасинов и воинов Конга. Это был вопрос не верности или долга, а простого выживания.

Бегущие-по-стокам рассыпались веером вдоль берега, принюхиваясь к песку. Время от времени кто-то из них начинал копаться в земле и выуживал какой-нибудь кусочек металла. Каждая находка укладывалась в определенную схему, и вскоре у скавенов появилось четкое представление о том, в каком месте джунглей начинается след ржавого хлама.

Шиван прорычал приказ всей экспедиции следовать за разведчиками Цана в джунгли. Чуть поскуливая от недовольства, воины и ассасины вскочили на ноги и поспешили в лесную гущу.

Танкуоль остался в прохладной тени пальмы и смотрел им вслед. Какое-то мгновение он тешил себя надеждой, что они забыли о нем. Затем серый провидец вновь обратил взгляд на берег, наблюдая, как вместе с приливом на сушу накатывают недоеденные куски скавенов. Он прислушивался к хриплым крикам тропических птиц, обонял вонь рептилий. Серый провидец встревоженно облизнул клыки.

Конечно, он не мог бросить храбрый клан Эшин в трудную минуту! Почему их вожди не смогли даже прочитать простую карту⁈ Если они хотят получить хоть какой-то шанс на успех предприятия, им необходимо его беспристрастное и бескорыстное руководство. Только так они смогут избавить себя от гнева Повелителя ночи. Это будет опасное дело, но Танкуоль не из тех, кто уклоняется от обязательств только потому, что они могут оказаться опасными.

Зажав посох под мышкой, серый провидец Танкуоль устремился за последним воином.

Он бросился вдогонку, стараясь выглядеть не слишком недостойно.

Мех Танкуоля лип к коже, одежда — к телу, словно мокрые тряпки, которыми крысомамы душат дефективных детенышей. Серый провидец раздраженно отмахивался от противной синей мухи, пытавшейся укусить его за шею. В целом из-за этих мерзких насекомых он потерял примерно кварту крови. Его так и подмывало использовать свою силу для отгона кусачих тварей, но он решил, что такое проявление магического мастерства было бы неуместно. Кроме того, склизкий крысомаг Шэнь Цинхэ сохранял силы, и это вынуждало Танкуоля вдвойне бережно относиться к своим.

Он ощетинился, увидев шелудивого колдунишку. Уж этот-то не станет тащиться через сор и грязь джунглей! О нет, для этого у него есть большой сильный крысоогр, который таскает на себе его ледащую тушку! Колдун лежал в объятиях зверя, как любимый детеныш, прижавшись носом к мамке. Танкуоль мог поклясться, что этот мерзавец дремлет. Сопит себе, в то время как остальные страдают, потеют и отбиваются от всевозможных грязных паразитов, насылаемых джунглями. Пиявки! Комары! Ядовитые пауки! Слепящие тучи мошек! Змеи!

У Танкуоля мех встал дыбом при мысли о змеях. Омерзительные твари были повсюду, наблюдали за ними немигающими глазами, ощупывали раздвоенными языками. Он потерял счет всем увиденным мерзким змеям. Маленьким, цвета человечьей крови, способным убить скавена одним взмахом клыков. Большим, падающим с ветвей, обвивающимся вокруг крысолюда и ломающим ему кости своими кольцами. Плоским, которые пролетали через деревья, как большие чешуйчатые ленты. Самой страшной из всех была гигантская змеюка с головой на каждом конце. К счастью, это чудище ограничилось поеданием двух бегущих-по-стокам, после чего скользнуло обратно в грязный ручей, в котором таилось.

Он снова бросил сердитый взгляд на Шэнь Цинхэ. Конечно, колдуну не нужно беспокоиться о змеях там, наверху, в объятиях крысоогра! Танкуоль внимательно смотрел на исполинского зверя. С головы до ног зверь был черен, как плащ ассасина, а огромные когти рук и ног покрывала сталь. На шее чудовища висело ожерелье из черепов: гномьих, человечьих и орочьих, но большинство составляли длинные узкие черепа скавенов. Угроза была очевидна.

Годжи — так в присущей ему вычурной манере назвал своего телохранителя колдун. Очевидно, некоторое время зверь обучался у клана Эшин: он двигался со скоростью и ловкостью, несовместимыми с его массой, причем совершенно беззвучно, ничем не выдавая себя. Даже бегуны Цана, носящиеся по джунглям, казались неуклюжими рядом с Годжи.

Танкуоль ощетинился и фыркнул от смеха, представив, сколько времени и средств впустую вбухал Шэнь Цинхэ в обучение своего крысоогра. На что сдался тихий телохранитель? Что толку иметь мощную машину разрушения, способную изящно прокладывать путь через джунгли? Крысоогр нужен, чтобы пугать нижестоящих и наводить ужас на врагов! Шэнь Цинхэ явно не имеет ни малейшего понятия о крысоограх!