Танкуоль и Костодер, стр. 223

От увиденного серый провидец до сих пор чесал за ухом в недоумении. Там был долговязый человек, который умел плеваться огнем, и еще один, способный засунуть меч прямо в горло и не проткнуть себя насквозь! Танкуоль заметил безобразного мелкого человечишку в просторных одеяниях, который с довольно отвратительными ужимками откусывал головы живым курам. А поскольку головы эти он тут же выплевывал, серый провидец не мог найти смысла в подобном занятии. По натянутой между двух шестов тонкой веревке прыгали две самки с такой ловкостью, которая впечатлила бы даже адепта убийства клана Эшин. Еще один человек скакал вокруг лагеря на лошади, подпрыгивая на ней и проскальзывая под брюхом, что заставляло серого провидца гадать: не намазал ли какой-нибудь вредитель спину животного жиром?

Все это не имело никакого смысла! Люди полей, словно слабоумные, хлопали в ладоши, громко выли и скалили зубы. Однако подобная демонстрация угрозы лишь подстегивала караванщиков.

Танкуоль отнял от лица подзорную трубу и хмуро взглянул на Нактита. Значит, люди отправятся спать, как только стемнеет, да?

Нос серого провидца дернулся, когда до него донесся новый запах. Это был аромат магии, примитивной, но сильной. Мгновенно позабыв о Нактите, Танкуоль развернулся и направил трубу на источник эфирной энергии.

Увиденное заставило его железы сжаться. Несколько ярко одетых людей отпирали дверцу одной из клеток. Внутри сидел громадный тролль! Едва дверца открылась зверь вырвался наружу, зарычал и принялся колотить себя в грудь! Танкуоль лишь за ухом чесал, не веря собственным глазам. Люди сошли с ума, раз выпускали на свободу такое чудовище!

Жители полей закричали и бросились врассыпную, но не успели убраться достаточно далеко, как караванщик в широкополой шляпе окликнул их, приказывая остановиться. Он повернулся лицом к троллю и вытащил из-за алого пояса не меч, не топор, не мушкетон, а тонкую флейту. Серый провидец в изумлении наблюдал, как тролль остановился и уставился на человечишку мутным взглядом.

Танкуоль ожидал, что дальше случится кровавая бойня, но каково же было его удивление, когда человек заиграл на своей флейте. А тролль поднял огромные лапы и принялся танцевать!

Услышав визг и хлопки полевых людей, серый провидец нахмурился и сосредоточился на том, что чувствовал, а не на том, что видел. Принюхиваясь к магическим узорам в воздухе, он следовал за тонкими нитями энергии, исходившими от тролля. Одна нить вела к фургону, в котором лежал связанный человек с заткнутым ртом. Его движения показались Танкуолю больше похожими на припадок слабоумного, чем на попытки взрослого человечишки выбраться из пут.

Другая нить тянулась к маленькой темной палатке, стоявшей в стороне от главного шатра. У входа виднелась старая самка с увядшей кожей и сморщенной от старости плотью. По серому цвету волос Танкуоль сразу же определил в ней ведьму. Легко позабыть, что человеческие самки иногда развивают в себе магические способности. Разумеется, это признак их ущербности по сравнению с самками скавенов, чья единственная цель — рождение и выкармливание новых крысолюдов.

Ведьма каким-то образом переплела своей магией идиота с троллем и держала последнего под таким контролем, о каком и мечтать не мог ни один притаившийся в пещере вождь гоблинов.

Присутствие колдуньи заставило Танкуоля по-новому взглянуть на план нападения. Рискованно противостоять силам неизвестного мага, даже если это всего лишь самка. Будь под рукой ученик, которого можно отправить плести заклинания и отвлекать внимание ведьмы, серый провидец чувствовал бы себя увереннее.

На морде Танкуоля мелькнула жестокая улыбка. Опустив подзорную трубу, он повернулся к Кракулю. Немногие из инженеров-колдунов владели истинной магией, и серый провидец сильно сомневался, что жестянщик был одним из таких. Однако действия хитроумных устройств клана Скрайр очень походили на колдовство. Этого наверняка хватит, чтобы обмануть глупую самку!

— Храбрый-мудрый Кракуль, — произнес Танкуоль, — честь-славу возглавить атаку я предоставляю тебе.

Кракуль выглядел так, будто проглотил один из своих гаечных ключей. Инженер-колдун посмотрел по сторонам, словно надеясь, что поблизости стоит еще один скавен по имени Кракуль.

— Великий и праведный Танкуоль Устрашающий! — взвизгнул он. — Я не достоин такой чести. Я всего лишь жалкий-ничтожный жестянщик-крыса…

— Прекрати скулить, — рявкнул Танкуоль. — Пойдешь ты.

Серый провидец призвал крошечную толику своей силы, отчего в глазах появилось зловещее зеленоватое свечение.

— Или предпочитаешь остаться? — прошипел он.

Кракуль не обладал настоящей магией, но Танкуоль определенно ею владел. Пожалуй, разумно было об этом напомнить.

— Возьми клановых крыс и атакуй справа, — приказал серый провидец. — Разведчики Нактита пойдут слева. Как только вы завладеете вниманием людишек, Пакстаб поведет штурмовиков и ударит по центру.

— А где будете вы, Непобедимый? — спросил Пакстаб, но тон его голоса не был настолько подобострастным, насколько мог бы.

Танкуоль пригладил усы.

— Я останусь здесь и прослежу, чтобы твой план не сорвался.

Теперь, когда положение осложнилось таким количеством непредвиденных деталей, серый провидец почувствовал, что пора отстраниться от ответственности за этот набег. В конце концов, воины-то были Пакстаба. И если они не сумеют приспособиться к изменениям на поле боя, то кому, как не военачальнику, держать за это ответ?

Пакстаб смерил серого провидца убийственным взглядом, а пальцы его судорожно сжались на рукояти меча. Но, посмотрев мимо Танкуоля на внушительную фигуру Костодера, военачальник сжал зубы и уступил. Развернувшись, он начал выкрикивать приказы прислужникам. Раз ему предстояло возглавить атаку, то следовало убедиться, что вокруг будет достаточно скавенов, которые и примут на себя основную тяжесть сражения. Именно подобного трусливого и эгоистичного коварства Танкуоль ожидал от такого жалкого и жадного головореза, как Пакстаб. В Серолапой Норе, на ее беду, не было лидера, подобного Танкуолю. Лидера с холодной решимостью и железной выдержкой, способного отринуть собственные желания ради блага всех скавенов.

Бросив взгляд на край поляны, серый провидец резко втянул воздух. Большинство полевых людишек обступило танцующего тролля, позволив Танкуолю лучше рассмотреть остальное пространство. И теперь он заметил широкоплечего гнома, который с огромным молотом в мощных руках стоял возле груды валунов. Судя по осколкам вокруг, хвастун бравировал своей тупой мощью, разбивая камни ради увеселения толпы и подпитывая хмельное самолюбие пустыми похвалами шутов и простолюдинов!

Готрек Гурниссон! Что ж, он в последний раз вмешивается в дела Танкуоля!

В ярости серый провидец развернулся к Костодеру и заверещал:

— Убивай-жги-режь!

Искажающий зуб, прикрепленный к уху колдуна, начал пульсировать, передавая гнев Танкуоля неуклюжему автоматону. Костодер, точно ускоренная искажающим камнем лавина, без колебаний бросился из леса на поляну.

Из кустарников и подлеска раздались возмущенные и растерянные крики. Кравшиеся к лагерю скавены еще не успели занять свои позиции и оплакивали потерю эффекта неожиданности, сетуя об упущенной возможности перебить людей без боя. Многие крысолюды поджали хвосты, готовые юркнуть обратно в свои норы.

Демонстрацией силы Танкуоль отбил у воинов желание трусливо отступить. Серый провидец призвал мощь Рогатой, обуздал окружавшие его эфирные потоки и направил посох на того из беглецов, что оказался ближе остальных. Из навершия посоха вырвалась зеленая молния, обвилась вокруг штурмовика и зажарила его прямо внутри доспехов. Когда тлеющий крысолюд рухнул на землю, над поляной прогремел усиленный магией голос Танкуоля:

— Всем-всем сражаться-убивать. Убивать многих-многих или страдать-умирать!

Угроза заставила испуганных скавенов вернуться. К тому времени Костодер уже добрался до поляны. Бойня, которую он учинил среди злополучных людишек, укрепила хрупкое мужество крысолюдов. Издавая воинственные кличи, хищная орда обрушилась на караван.