Танкуоль и Костодер, стр. 123
Он не находится глубоко под землей. Патрон не позволил себе даже подумать об этом. Еще один поворот, еще одна арка, и станет видно сияющее солнце. Купец ощутит влажную жару джунглей — и будет свободен.
Ван Зоммерхаус повернул за угол и прошел под аркой. Он перестал теребить монету в кармане. В ответ ему ударил яркий свет.
Но это не был свет солнца.
Это было куда лучше.
На мгновение патрону захотелось, чтобы кто-нибудь был с ним рядом и оценил бы грандиозность того, что он нашел. Патрон подумал об Адальвольфе, Хильтруде и даже об этом предателе, капитане Шехтере. Никто из них так и не узнает о его находке. Ван Зоммерхаусу стало их жалко — на них охотились, как на крыс в лабиринте. Они никогда не узнают о богатствах, что могли бы принадлежать им, о богатствах, которые судьба приберегла для того, чтобы воскресить и приумножить состояние дома ван Зоммерхаусов!
Дрожа всем телом, ван Зоммерхаус шагнул под арку и очутился в таком огромном помещении, что факел смог осветить лишь малую часть необъятного пространства. Он наклонился и провел рукой по полу, вымощенному золотом. Уставился на потолок, покрытый золотом. Колонны, поддерживавшие свод, тоже были золотыми. Так же как и огромные полки вдоль стен и гигантские квадратные алтари на полу.
Гандрих ответил на молитвы патрона так, как мог ответить только бог торговцев.
Это походило на путешествие в позолоченные небеса — так купец представляет себе норсканскую Вальхаллу. Единственное, что портило ван Зоммерхаусу впечатление, были длинные, сморщенные, завернутые в ткань фигуры, которые тянулись вдоль полок на стенах. Патрон почувствовал укол беспокойства, когда подумал о том, как эти существа могли выглядеть когда-то. Купцу представилась змея вдвое больше той, что пыталась проглотить его.
Он отмахнулся от нелепого образа и снова устремил внимание на богатство, окружавшее его со всех сторон. Чем бы эти твари ни были когда-то, теперь они мертвы.
Будь ван Зоммерхаус проклят, если испугается кучки старых гниющих мумий.
Серый провидец Танкуоль впился взглядом в наглую рабскую тварь. Да как человечишка смеет отказывать ему! Крысомаг спас никчемную безволосую обезьяну от чешуйчатых тварей! Рисковал шкурой, сражаясь с отвратительными ящерами, и вот как это мерзкое создание отблагодарило его!
Танкуоль вытащил еще одну щепотку искажающей понюшки, чтобы успокоить возбужденные нервы. Ужас отчаянной битвы все еще пульсировал в его крови. Серый провидец никогда бы не рискнул собой, если бы существовал другой способ. Но этот идиот Костодер не мог делать ничего, кроме как бороться с кроксигором, оставив всех остальных ящеров на попечение Танкуоля! Конечно, все было бы проще простого, если бы крысомаг призвал на помощь свое высшее мастерство в черных искусствах. Одно-единственное заклинание превратило бы всю стаю рептилий в обугленную шелуху. Ничто не могло противостоять магии Танкуоля, если уж оно вызвало его гнев!
Но нужно было помнить о Шиукоатле. Серый провидец старался не сжимать от страха железы, думая о Пророке Сотека с его грозными силами. Шиукоатль мог почувствовать любое использование магии внутри своей пирамиды. А привлечь внимание пророка Танкуолю хотелось меньше всего.
Без магии и с Костодером, издающим громкий писк и пляшущим вокруг убийства одного задрипанного кроксигора, серый провидец, чтобы выдержать бой, был вынужден полагаться на свой ум и воинскую доблесть. Танкуоль опустошил оба пистолета, которые отобрал у людей, надеясь, что выстрелы обратят ящеров в бегство. Когда этого не произошло, он собрал все свое мужество (и пару понюшек искажающего камня) и бросился в битву. Дальше все слилось в одно большое пятно, но куча трупов вокруг лап свидетельствовала о его доблести.
Если бы не так сильно был нужен этот человек, серый провидец никогда бы не стал подвергать себя такому риску. Но Танкуоль нуждался в человечишке не меньше, чем в собственной шкуре! Шиукоатль знает каждый выход из пирамиды и наверняка везде поставил обереги от вторжения скавенов. Пройти рядом с этими оберегами — верная смерть для любого крысолюда. Чтобы расчистить путь, Танкуолю необходимо было существо низшего порядка. Иными словами, ему снова понадобился человек.
И, к несчастью, человек это знал! Упрямое, глупое животное пользуется своей полезностью и хочет навязать ему сделку! А он, серый провидец Танкуоль, торгуется с низменным человечишкой, словно какая-то крысья женка, отоваривающаяся на барахолках Скавенгниля! И это после того, как крысомаг самоотверженно спас несчастное создание!
— Я не уйду без Хильтруды, — в третий раз сказал Адальвольф Танкуолю.
Серый провидец заскрежетал клыками.
— Мне не нужна самка-рабыня! — прорычал он. — Мы уходим-уходим сейчас-сейчас! Ты ведешь-показываешь дорогу!
— Даже если бы я знал, где выход, я бы не ушел без нее, — повторил наемник.
Он задрожал, когда Костодер зарычал на него, но твердо стоял на своем.
Танкуоль положил лапу на ногу Костодера, сдерживая его порыв.
— Я чую-чую выход, — заверил он человека, почесывая мохнатую скулу. — Ты разбиваешь змеиные камни, я иду за тобой, мы все бежим-спасаемся!
— Хороший план, — сказал Адальвольф серому провидцу. — Только без Хильтруды мы никуда не идем.
Зубы Танкуоля заскрежетали друг о друга, когти сжались так сильно, что впились в ладони.
— Забудь-оставь эту самку-тварь! — рявкнул он. — Я куплю-обменяю тебе много-много самок! Всех самок-тварей, каких только пожелаешь!
Наемник улыбнулся Танкуолю: он знал, что этот жест крысолюды воспринимают как вызов.
— Мы уходим с Хильтрудой, или ты можешь сам разбивать твои змеиные камни!
— Глупое мясо! — прорычал Танкуоль. Он щелкнул когтями. Адальвольф опомниться не успел, как огромный зверь пришел в движение. Костодер прыгнул вперед, схватил воина за руку и поднял в воздух. — Повинуйся-слушай или страдай-страдай! — прошипел Танкуоль.
— Только с Хильтрудой, — упорствовал наемник.
Крысомаг кивнул Костодеру. Яростным рывком крысоогр сломал Адальвольфу руку и бросил его обратно на пол. Воин жестко приземлился, крича от боли и хватаясь за сломанную руку.
— Я теряю-забываю терпение, рабское мясо! — сказал Танкуоль стонущему человеку. — Подчиняйся-слушай!
— Освежуй себя! — прорычал в ответ Адальвольф, стараясь оскалить все зубы перед разъяренным серым провидцем.
Танкуоль яростно хлестнул хвостом, ощетинился, по всему телу пробежала волна ярости. Ему очень хотелось испепелить несносного человечишку разрядом искажающей молнии, но это вряд ли поможет выбраться из пирамиды.
— Ладно-хорошо, — прошипел Танкуоль сквозь стиснутые клыки. — Ты ведешь-показываешь безопасный путь, разбиваешь-крушишь все змеиные камни, я веду тебя к самке. — Серый провидец не сразу понял, что кашляющий крик, сотрясающий тело Адальвольфа, — это смех.
— Думаешь, я тебе поверю? — Наемник усмехнулся. — Как ты сможешь найти Хильтруду в этом лабиринте?
— Так же-так же, как нашел тебя, придурочное ты рабское мясо! — яростно выкрикнул Танкуоль. Он снова постучал себя по носу. — Я иду-нахожу твой запах. Выследить-найти самку-тварь по вони еще проще.
Адальвольф, похоже, на мгновение задумался. Даже тупоумный человечишко должен признать превосходство скавенских органов чувств. Танкуоль никогда не переставал удивляться ничтожности человечьего обоняния, хотя это во многом объясняло зловоние их городов.
— Откуда мне знать, что ты не пытаешься меня обдурить? — спросил Адальвольф.
— Потому что могу просто велеть Костодеру раздавить-сплющить пустой череп рабского мяса!
Серый провидец сплюнул. Крысоогр угрожающе шагнул к Адальвольфу.
— Валяй, — усмехнулся наемник. — Из тебя получится красивая кучка пепла.
Танкуоль ударил Костодера навершием посоха, отодвигая громадного зверя подальше от Адальвольфа. Ему стало ясно, что с этим безумцем угрозы не сработают. Человечишка потерял всякое чувство самосохранения. Серый провидец попытался вспомнить все, чему научился, общаясь с людьми. Он ухмыльнулся, когда ему в голову пришла какая-то невероятная чушь, которая вроде бы оказывает странное влияние на людей.