Девятый. Тетралогия (СИ), стр. 280
Несколько секунд я пытался понять, откуда у меня какое‑то странное ощущение неестественности происходящего. Когда вдруг сообразил, что все, что я видел… тоже находилось на летающей платформе.
И парк, и дворец, и все остальное.
Сложно представить, в какие суммы обходилось поддержание подобных технологий, но, видимо, император мог себе это позволить.
Не став маячить около кустов, я дошел до одной из дорожек. Принял невозмутимый вид. И двинул в сторону здания, как и остальной народ.
Гостей вокруг было много. Не прям толпа, но флаеры продолжали высаживать новые порции. Аристократы и аристократки, разодетые в свои лучшие наряды, неспешно двигались в сторону дворца. Кто‑то с кем‑то здоровался. Иногда прямо на дорожках образовывались небольшие группы, что‑то обсуждающие.
Настроение в воздухе витало напыщенное.
Из тех, кого я видел, дворянские перстни на пальцах были, кажется, у всех. Отличались только цвета Краски . Зеленая, красная и белая. Чаще всего встречались первые два цвета. Заметно реже – белый.
Не было перстней только у стюардов и, видимо, охраны. Эти тут все‑таки тоже были, но вели себя предельно ненавязчиво. Несколько стояло вдоль дорожек. Чуть более плотная группа находилась рядом с дворцом.
Там же, подойдя ближе, я разглядел небольшую очередь.
Хм.
Как ни смотрел, я не заметил, чтобы у кого‑то проверяли пригласительные или еще что‑то подобное. Но все гости проходили внутрь через одно место. Некоторые обменивались короткими фразами со стоявшими там стюардами.
И, кажется, внутрь проходили исключительно пары.
Я наблюдал за этим с минуту и увидел всего пару исключений. В том числе, кстати, того аристократа, который передал Никите «Клеща». Вторым исключением была какая‑то древняя старушка, которую вела под руку то ли служанка, то ли кто‑то из младших родственников.
То есть, если я пойду сам, то меня, вероятно, не расстреляют прям сразу. Но вот внимание я какое‑то привлеку.
А это пока нежелательно.
Несколько идей относительно того, чем здесь заняться, у меня было. И все они предполагали, что внутрь я попаду.
Как минимум, имело смысл отыскать Тучнина (0) . А его тут среди гостей видно не было. Значит, он уже тоже прошел.
Пока я приближался к дворцу, заметил еще одно.
Заметная часть гостей не шла сразу внутрь, а останавливалась где‑то недалеко от входа. Здесь среди деревьев попадались какие‑то лавочки, стояли беседки и тому подобное. Вскоре я сообразил, что именно там ждали свою пару те, кто по какой‑то причине прибыл на праздник порознь.
Тут же возникла интересная мысль.
Я присмотрелся к одной девушке, к другой… Основная проблема была, что моего возраста никого не было. И понятно почему. Вряд ли бы в четырнадцать‑пятнадцать лет кто‑то бы оставил юную аристократку без сопровождения даже ненадолго.
Впрочем, мне бы подошел и кто постарше. Улыбка номер шесть вкупе с природным обаянием Михаила Звездного никого бы равнодушным не оставили.
Пару вариантов я даже подметил, а потом увидел… парня.
И нет, как пару я его не рассматривал.
Шел он в сопровождении будто даже телохранителя. Хотя тут почти ни у кого такого не было. Такая важная шишка? Или наоборот настолько раздолбай, что без присмотра не отпустить?
Когда они дошли до входа, «телохранитель» остался у входа, а парень свернул как раз в сторону беседок.
На вид ему было лет шестнадцать‑семнадцать. Бледноватый, тонкокостный. С выражением лица, будто все вокруг ему уже чего‑то должны. Он мне даже показался смутно знакомым, но приглядевшись я понял, что точно его прежде не видел. Может, показалось.
При этом интуиция – или способность Навигатора – настойчиво толкали меня в ту сторону. Сопротивляться я не стал.
Зашагал следом за парнем.
По сторонам тот вообще не смотрел, заглядывал в беседки и за кусты…
– Где эта сучка?.. – бросил он в какой‑то момент с раздражением.
Ну и как‑то так получилось, что он прям совсем за спиной не следил. Старик бы мне за такое марафон из Тихого Шага часов на пять устроил.
И был бы прав, между прочим!
В общем, на том самом Тихом Шаге я подобрался к нему сзади и схватил за шею, давя одновременно и руками, и Телекинезом.
Почти тут же я ощутил противодействие.
Он попытался накинуть Стихийный Доспех – его на нем не было – но когда тебя уже душат, это становится во много раз сложнее.
Воля , – потребовал Старик.
Не усомнившись, я тут же добавил и ее, отделяя его Стихию от тела. Не давая ей разгореться в полную силу. Получилось на удивление легко. Сопротивление аристократа сошло на нет, и вскоре он обмяк у меня в руках.
Подхватив его, я затянул его под куст. Положил так, чтобы не было видно снаружи. Через часок‑другой очнется.
Карманы обшарил наскоро.
Ничего особо интересного не нашел. Комм был запаролен, дворянский перстень с белой Краской я брать не стал. Денег, к сожалению, не нашлось. Запонками я побрезговал.
В итоге снял только комм и закинул его в другие кусты. Метрах в десяти.
Уже после этого прошел дальше, проверяя оставшиеся беседки. И в самой крайней обнаружил‑таки девчонку. Может, на год старше меня.
Светловолосую, тоже с белым перстнем. В достаточно милом платье, которое сидело на ней, «как на Красочном седло».
Притом, что сама девчонка была симпатичная. Разве что чересчур худая – может, в силу возраста. Но вот в платьях она явно ходить либо не привыкла, либо не любила.
Я даже усомнился на миг, что аристократ искал именно ее. Но других вариантов вроде не было.
Да, меня она заметила. Но почти сразу вернулась к своему предыдущему занятию – изучению чего‑то в личном комме.
При этом краем взгляда она явно меня контролировала.
Я сделал вид, что ухожу – она вроде подраслабилась – и в этот же момент аккуратно коснулся Ясновиденьем, проверяя…
– Ты охренел⁈
– Что?
– Вот только не надо делать вид! Все ты понял!
Очевидно, чувствительность у нее была развита очень хорошо. То самое Чувство Краски. Ну и когда я пытался определить ранг, она сумела каким‑то образом защититься. Я даже не особо понял как. Успел почувствовать только, что она использовала Стихию. То есть, она явно была стихийницей. Вероятно, не ниже второго ранга.
Но и все пока что на этом.
– Извини, – сказал я. – Не знал, что это невежливо. Я из медвежьего угла, первый раз на людях, можно сказать. Мир?
Она снова смерила меня подозрительным взглядом. Потом все‑таки пожала плечами и отвернулась. Видимо, давая понять, что разговор закончен.
Напрасно, разумеется.
Уж строгим взглядом меня было не напугать.
Подойдя к ней, я сел на противоположный конец лавки.
– Ты не против, да? – уточнил я, глянув на нее.
– Вообще‑то здесь занято, – возразила она.
– Да на этой лавке пятеро таких, как ты поместятся! Даже после месяца на профитрольной диете!
– Не люблю сладкое, – кажется, машинально отозвалась она. – И я тебе серьезно говорю…
– Михаил, – представился.
– Михаил, – повторила она сдержано, – я тебе серьезно говорю. Лучше уйди. Если меня увидят с кем‑то, то у этого кого‑то будут серьезные проблемы.
– Прям серьезные?
На это она только покачала головой.
Еще несколько секунд делала вид, что смотрит в комм. От меня она при этом угрозы ожидать перестала и следила исключительно за окружающими кустами. В итоге все же не выдержала.
– Тогда я пойду, – сообщила она.
– Ты не сказала, как тебя зовут, – не вставая, заметил я ей вслед.
– Заметил, да? – без улыбки пошутила она.
– Да, и это, кстати, тоже невежливо. Я представился.
Тут она все же остановилась. Посмотрела на меня с легким недовольством.
– Вероника.
Я кивнул.
– Очень приятно, Вероника.
На это она уже не ответила. Окончательно развернулась, чтобы уйти. И уже тогда я негромко спросил: