"Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 1139

— Иногда и одного дня достаточно.

Теоден дергается едва заметно, словно от порыва ветра, но я вижу — попало.

— А если… если я…

— Скажи прямо, Тео. Ты влюблен в Эрис, да?

Он сглатывает, быстро кивает. Потом хмурится, будто от себя самого скрывает это чувство, и выдыхает с неожиданной откровенностью.

— Я влюбился, да. Не думал, что так бывает. И вот стою здесь, как идиот, и даже не знаю, что делать с этим.

— Так иди и признайся ей, — говорю негромко, чтобы она не услышала. — Не жди, когда закончится война. Не жди, когда все наладится. Скажи ей, Теоден. Сейчас.

Он смеется, но как-то горько. Взгляд его цепляется за Эрис, она отдает последние распоряжения лучникам, кажется полностью поглощенная делом. Но я вижу, как она украдкой ищет его глазами.

— Не знаю, получится ли, — шепчет он, — вдруг ей все это ни к чему? Она умнее… Я рядом с ней ничего не понимаю. Только и думаю, что если бы все обошлось, может, решился бы…

Я кладу руку ему на плечо, в попытке передать хоть немного уверенности.

— Не бывает правильного времени, Тео. Особенно сейчас. Я тебе скажу так, если ты не скажешь ей сегодня, завтра можешь не успеть. Война забирает тех, кто слишком долго ждет.

Он выдыхает, сжимая кулаки. В лице появляется решимость — та самая, с которой он всегда шел в бой, только теперь она мягче, уязвимей.

— Только останьтесь оба за стеной во время атаки, слышишь? — добавляю строже. — Не геройствуй. Если меня не станет, я могу доверить Веларрон только тебе. Не подведи.

Теоден вздрагивает, морща лоб.

— Не говори глупостей, Каин. Сам держись, понял? И вообще…

В этот момент по стене прокатывается протяжный звук рога. Сигнал режет утренний воздух, стена вся дрожит, будто сама крепость проснулась.

Оставляю Теодена за спиной, выхожу на самый край стены, прислоняюсь к парапету ладонями. Внизу по плацу уже идут сигналы — командиры перекликаются, бегут разведчики, кто-то кричит о наступлении.

Смотрю в сторону леса, туда, где в сгущающемся утреннем тумане, бронзовой полосой движется армия Териона, и еще ближе к центру войско в белом. Эриды. Идут уверенно, не спеша, словно не война, а церемония. Первые ряды — конные, копья подняты вверх.

Наклоняюсь вперед, оглядываю позиции — все готово. Лучники расставлены. На башнях факелы держат наготове, достаточно одного сигнала. Внизу один из командиров машет рукой, что-то выкрикивает. Они ждут меня.

Поднимаю голову, смотрю в небо. Тучи все ниже, воздух тяжелее. Может, пойдет снег, может, грянет дождь — все равно. Пусть бы только смыло все, что задумано. Мне бы этот шанс, только минуту, чтобы найти ее среди чужих и успеть спасти.

Отпускаю парапет и медленно спускаюсь по каменной лестнице вниз, под своды башни. На площади перед воротами уже ждет мой конь с коротко стриженой гривой, доспехи на нем такие же черные, как и на мне.

Я сажусь в седло, расправляю плечи, поднимаю голову выше и веду коня вдоль строя.

Я — Каин Эрдан. Король Веларрона. Сын Родена Эрдана.

Все это время я шел именно к этому дню, к этому утру, когда за стенами встанет враг, а под моими окнами — все, что я должен защитить. Почти всю жизнь я был чужим в собственной семье, но даже тогда, в одиночестве, мне было проще, чем теперь, когда потерять могу гораздо больше. Потому что теперь там, за линией врага, среди белых плащей, идет она. Селина. Не знаю, как получилось, что за несколько месяцев она стала ближе мне, чем все, с кем я рос. Мне казалось, если держать дистанцию, если не дать чувствам вырваться наружу, я останусь сильным. Но все вышло наоборот. Именно с ней я впервые оказался безоружным. Я прикажу сжечь землю и думаю о том, что первая искра может упасть у ее ног. Я могу выстоять перед любым врагом, но не уверен, что выстою, если она погибнет на моих глазах.

Я — Каин Эрдан. Все, что мне осталось, это долг, но все, чего я хочу, чтобы она выжила.

Я теряю себя в этих мыслях, всматриваясь в лица своих воинов. Кто-то ждет победы, кто-то смерти, кто-то просто хочет выжить и вернуться к семье. Выхожу к центру. Армия замирает, ждет. Поднимаю руку — еще не для атаки, а просто, чтобы они увидели, что я здесь, среди них, не прячусь за стенами. Я такой же и не такой. Король Веларрона, сын того, кто уже не может встать рядом, и тот, кому сейчас нельзя дрогнуть ни в слове, ни во взгляде.

Молчу секунду, позволяю этому чувству пройти через меня, прежде чем заговорить.

— Воины! — голос мой расходится по рядам. — Сегодня к нашему дому пришел враг, он хочет забрать у нас дом, имя, память, саму свободу. Но пусть все знают, что Веларрон не склоняет головы. Ни перед железом, ни перед числом. За каждый шаг, что они сделают по нашей земле, они заплатят болью и смертью. За каждого павшего ответят десятью. Они надеются, что мы сдадимся, но мы выстоим не потому, что сильнее их, а потому, что за нами правда! Они идут строем, как ледяная волна, но у нас — огонь внутри. За нашими спинами не только камни и стены, а сила, которую не купить и не сломать!

Делаю паузу, тишина гудит, как натянутая струна.

— Я стою здесь не только как ваш командир и король. Я один из вас. И как бы ни закончился этот день, вы должны знать, что я ни на миг не оставлю вас. Ваши потери — мои потери. Ваши победы — моя кровь. Если враг прорвет ворота, он пройдет только по моему телу, но я не дам ему этого шанса. Я стою с вами до конца, до последнего. Слово мое — не приказ, а клятва. Я Каин Эрдан, и пока мое имя звучит в этом городе, ни один враг не назовет Веларрон павшим.

Я вскидываю меч, чтобы отблеск увидели все.

— За дом! За город! За Веларрон!

И слышу, как тысячи голосов сливаются в один, как стены дрожат от этой силы.

— Клянемся мечом и кровью!

За дом Эрдана — не отступим.

За слово короля — не сломаемся.

За Веларрон — только вперед!

Этот резкий, срывающийся клич, катится по рядам, ломая предрассветную тишину. Каждый раз все громче, все слаженней, словно не войско, а сам город встал за мной стеной.

— Смотрите! — выкрикивает кто-то рядом, не сдержавшись.

Вся линия стрелков, вся площадь замирает. Я оборачиваюсь к полю. Вдали, среди белых фигур, там, где армия Териона должна двигаться ровным строем, вижу движение — одна из эрид вырывается вперед, рассекая воздух на белом коне.

Сердце замирает.

— Что она делает? — слышу чей-то сдавленный вопрос за спиной, но сам не могу оторвать взгляд.

Селина скачет одна на лошади, разрывая цепь между армиями. Белый плащ колышется, доспехи блестят, словно вся ее суть — вызов.

— Король Эрдан! — выкрикивает один из офицеров.

— Ждем вашего приказа!

Воины замирают в ожидании.

Я встаю в стременах, поднимаю руку. Лучники вытягиваются, держа стрелы наготове.

Сжимаю кулак, смотрю на нее, стискивая до боли зубы.

— Поджигайте!!!

Глава 42

Селина

Я сижу на лошади почти посередине колонны. Держу меч так крепко, что пальцы начинают неметь, кожа становится влажной от инея. Куда ни гляну, вижу только бело-бронзовые силуэты. Эриды и терионцы стоят рядом, их плечи почти касаются друг друга, лошади переступают копытами по мерзлой земле, доспехи поскрипывают, и в воздухе клубится пар от человеческого дыхания. Никто не двигается, все ждут приказа, но мне он не нужен, я уже все решила. Поднимаю взгляд выше голов, вижу вдалеке черную линию армии Каина. Замечаю, как он ходит среди своих, как напряжение растет.

В какой-то момент я резко вырываюсь из строя. Лошадь послушно подается и летит галопом, гремя копытами по земле.

— Селина! — кричит Эзар мне в спину.

Я не оборачиваюсь на его голос и продолжаю гнать до середины поля. На ходу откидываю плащ, под которым лежат три тяжелых мешка, туго стянутых кожаными шнурами. В каждом из них лежит артерра, собранная ночью, и прячущая свой яд в тонких стеблях.