Сорок третий 9 (СИ), стр. 49

— Приказ будет от моего имени.

— Не все признают вашу власть, Предвестник.

— Тех, кто не признает, замените теми, кто откроет комнаты.

Аврел придвинул карту ближе и указал на дорогу, ведущую от западного плацдарма к внутренней части острова.

— Основные подразделения отведите к следующему рубежу. Паломников и монахов оставьте в приютах, небольших храмах и жилых кварталах вдоль дороги. Пусть стреляют из зданий, минируют дворы и не дают противнику двигаться без проверки каждого помещения.

— Шардальцы обойдут их воздухом, — сказал начальник обороны.

— Для захвата территории им всё равно придётся войти в здания. Каждый час задержки нужен Машине.

Последняя фраза изменила выражение лица начальника обороны. Он посмотрел на Аврела уже без попытки обсуждать судьбу паломников.

— Что именно готовит Машина? — спросил он.

— Средство, способное остановить наступление.

— Новых призванных?

— Не таких, каких вы видели раньше.

Аврел не стал объяснять больше. Начальник обороны получил приказ и покинул зал, забрав карту западного направления.

Через несколько часов по острову передали обращение нового главы обороны. В нём говорилось, что Ларнас подвергся нападению государств, решивших уничтожить Церковь, осквернить храмы и лишить людей права служить богам. Паломников призывали вступать в отряды защиты, монахам предписывали открыть оружейные комнаты, а настоятелям разрешали использовать все запасы храмов для вооружения добровольцев.

Слова о добровольности сохранялись только в первой передаче. В следующих распоряжениях главы храмов уже обязаны были представить установленное количество людей. Тех, кто отказывался брать оружие, не выпускали из районов, назначенных для обороны.

К вечеру у монастырей появились очереди. Одни паломники действительно хотели сражаться, другие опасались храмовой стражи, а большинство просто не понимало, что происходит. Им выдавали старые винтовки, несколько обойм и повязки с символом Церкви. На обучение отводили меньше часа.

Людей распределяли по домам вдоль дорог и оставляли там под надзором нескольких солдат. В некоторых зданиях сапёры ставили заряды в нижних этажах, не всегда объясняя защитникам, что произойдёт после отхода основной группы.

Аврел не следил за этим лично. Его интересовала Машина.

Нижний зал изменился за последние недели. Часть прежних механизмов разобрали, освободив место вокруг центральной камеры. Эфирные линии больше не сходились к одному кругу призыва. Теперь они уходили в стены и потолок, образуя многослойную конструкцию, которую мастера Церкви уже не могли объяснить.

Старший мастер стоял у входа в зал, держа в руках журнал последних испытаний.

— Предвестник, после изменения обвязки внешнего контура расход энергии вырос почти в четыре раза, — доложил он. — Если продолжить перестройку, храмовые накопители не выдержат полного запуска.

— Подключите накопители соседних храмов.

— Их линии не рассчитаны на совместную работу. Возникнет обратный ток.

— Тогда замените предохранительные узоры и уберите ограничения.

Старший мастер опустил журнал.

— Ограничения поставлены не случайно. При обратном ударе могут разрушиться линии под главным храмом.

— Они больше не нужны после запуска.

Мастер посмотрел на центральную камеру. Он работал с Машиной много лет, видел неудачные призывы, сгоревшие тела и существ, которые существовали всего несколько минут. Но прежние опыты всегда сохраняли одну основу: Машина вытягивала сущность и помещала её в подготовленный носитель.

Теперь Аврел убирал сам носитель.

— Вы хотите открыть устойчивый проход, — сказал старший мастер.

— Да.

— Не вызвать сущность, а соединить два пространства.

— Да.

— Мы не знаем, что находится с другой стороны?

— Я знаю достаточно.

Старший мастер сжал журнал обеими руками.

— Прежний круг ограничивал размер призываемого существа и не позволял ему перейти целиком. Без ограничений в зал может выйти всё, что приблизится к проходу.

— Именно это требуется.

— Мы не сможем закрыть проход, если контуры перестанут отвечать.

Аврел повернулся к нему.

— Вы продолжаете считать Машину устройством, которым должны управлять люди. Это было ошибкой с самого начала. Вы строили клетку и пытались выбирать, кого в неё поместить. Я превращаю её в дверь.

— Для кого?

— Для тех, кто сможет уничтожить шардальские войска.

Старший мастер не задал следующего вопроса. По тому, как Аврел говорил о существах по другую сторону, он понял, что тот не считает их неизвестными.

— Сколько времени потребуется для завершения? — спросил мастер.

— Не больше пяти дней.

— За пять дней мы не успеем перестроить питающие линии.

— Успеете. Все мастерские главного храма переходят в ваше распоряжение. Рабочие будут трудиться без остановки. Тех, кто откажется, заменят паломниками.

— Паломники не умеют работать с эфирными контурами.

— Для переноски металла и расчистки залов умение не требуется.

Старший мастер открыл журнал.

— Нужны проводники из чистого регила, — сказал он. — Почти весь запас находился на восточных складах, уничтоженных пожаром.

— Снимите регил с защитных контуров внутренних храмов.

— После этого они останутся без защиты от обстрела.

— Если проход откроется, защита им больше не понадобится. Если не откроется, они всё равно будут потеряны.

Мастер записал распоряжение, хотя понимал, что главам храмов оно не понравится. Раньше снять металл с защитного контура значило лишиться должности и предстать перед Советом. Теперь Совета не существовало, а люди, способные остановить Аврела, уже покинули остров.

— Начинайте сейчас, — приказал Аврел. — Первый участок внешнего кольца должен быть закончен к утру.

Старший мастер поклонился и ушёл к рабочим.

Аврел спустился к центральной камере. В прежнем круге ещё сохранялись следы последних запусков. Камень потемнел там, где сгорали носители, а на металлических дугах остались деформации после появления крупных сущностей.

Он провёл ладонью над линией будущего прохода.

Пушки Шардала разрывали тела, созданные из человеческой плоти. Мины уничтожали оболочки до завершения превращения. Пирогель сжигал призванных вместе с солдатами, не оставляя им пространства для манёвра.

Настоящие тела не имели этих ограничений. Они существовали в среде, где давление эфира превосходило всё, что мог создать Нингол. Их плоть не зависела от слабого человеческого носителя, а естественная защита выдерживала нагрузки, способные разрушить каменные укрепления.

Оставалось открыть проход достаточного размера и удержать его хотя бы несколько минут.

Наверху церковная охрана собирала паломников и отправляла их к западным дорогам. Эти люди не могли остановить дивизию. От них этого и не требовалось. Они должны были заставить шардальские части разворачиваться, проверять здания, подавлять отдельные очаги сопротивления и тратить боеприпасы.

Пять дней могли стоить десятков тысяч жизней.

Даже Аврел посчитал бы такую цену допустимой, а вселившееся в него существо вообще не усложняло себе жизнь подобными расчётами, пробивая дорогу легионам демонического мира.

Он поднялся из камеры и вызвал начальника храмовой охраны.

— Перекройте все выходы из главного храмового района, — приказал Аврел. — Без моего разрешения остров больше никто не покинет. Воздухолёты изъять, пилотов разместить под охраной. Контрабандные ходы проверить и заминировать.

— А беженцы? — спросил начальник охраны.

— Беженцев нет. Есть население обороняющегося острова.

Начальник охраны записал приказ.

— Что делать с теми, кто попытается уйти к шардальцам?

— Задерживать. Если сопротивляются, уничтожать на месте.

— Будет исполнено, Предвестник, — ответил начальник охраны.

Аврел вернулся в тронный зал. Пустые кресла предстоятелей уже вынесли, оставив вокруг длинного стола свободное пространство. На их месте поставили рабочие столы для заседания штаба обороны, который должен был начать работу к вечеру.