Сорок третий 9 (СИ), стр. 55

Совет Церкви тоже пришлось собирать заново. Прежние управления распустили, имущество проверили, личные хранилища предстоятелей вскрыли. Почти все сбежавшие главы Церкви прожили после этого совсем не так спокойно, как рассчитывали. Одних выдали государства, чьи паспорта оказались куплены через посредников, других нашли бывшие подчинённые, третьи сами явились на суд, когда закончились деньги и люди, готовые за эти деньги их прятать. Никого не казнили, но сам суд над бывшими иерархами, стал весьма показательным актом.

Новый Совет избирали представители храмовых конгрегаций разных стран, монастырей и мирских общин. Предстоятели больше не назначались пожизненно, не могли иметь собственных вооружённых отрядов и подчинялись общему финансовому надзору. Церковь сохранила школы, приюты, больницы и право управлять храмовой жизнью, но лишилась разведки, внешнеполитического управления и возможности заключать тайные соглашения от имени всех богов.

Первые годы новый порядок работал плохо, всё время натыкаясь то на старые и неотменённые правила то на отсутствие нужных правил. Потом привыкли даже те, кто уверял, что Церковь без прежней власти развалится за одно поколение.

Она не развалилась.

Логрис IX дожил до завершения восстановления главного храма. Он уже редко участвовал в заседаниях, передвигался по дворцу в сопровождении парочки крепких офицеров гвардии готовых подхватить Его величество, и всё чаще передавал государственные дела дочери и Ардору, сохраняя за собой только решения, которые считал обязанностью короля. Последний указ он подписал за три дня до смерти. В нём он освобождал вновь беременную дочь от обязанностей регентства и устанавливал порядок передачи власти его внуку, принцу Алессару, назначив Ардора хранителем престола и регентом до совершеннолетия наследника.

Логрис ушёл ночью, во сне, без затянувшейся болезни, придворных лекарей у постели и последних наставлений, которые потом десятилетиями пересказывают в разных вариантах. Накануне он провёл обычное заседание, поужинал с дочерью, поспорил с Алессаром о тактике воздушного удара и велел секретарю принести утром бумаги по северным верфям.

Утром бумаги принесли, но подписывать их пришлось уже регенту.

Баллария решила проверить прочность нового правления через три гола после похорон. Сначала появились требования пересмотреть основные положения Большого Торгового Трактата, затем балларийский флот вышел берегам Шардала, а посол передал ноту, составленную так, словно Шардал потерял короля, армию и способность читать одновременно.

Ардор не стал отвечать сразу, но через четыре дня над столицей Балларии появились десять воздушных линкоров новой серии «Покоритель». Они пришли без бомбовой нагрузки, но с полными боекомплектами главного калибра, выстроились над правительственным кварталом и оставались там ровно столько, сколько требовалось балларийскому Совету для преодоления истерики и проведения внеочередного заседания.

После этого флот обнаружил срочную необходимость вернуться на базы, торговые требования объявили недоразумением, а посол попросил считать прежнюю ноту неофициальным мнением нескольких чрезмерно усердных чиновников.

Ардор тогда не произнёс ни одного угрожающего слова. Он лишь принял исправленный документ и распорядился вернуть «Покорителей» домой.

Один из десяти линкоров вёл в бой его второй сын.

Альда родила троих детей. Старшая, Вейра, ещё в Академии заявила, что не собирается жить на доходы семьи, а через пятнадцать лет возглавила промышленную часть дома Таргор-Увир и расширила её настолько, что Альда впервые согласилась оставить за собой только стратегические решения. Средний, Дорен, окончил воздушное отделение Военно-технической академии, служил на кораблях Восточной Армии и вошёл в группу, создавшую саму концепцию «Покорителя». Младшая, Сельма, отказалась и от армии, и от семейного дела, выучилась на целителя и теперь руководила объединением больниц в Зальте, появляясь во дворце лишь тогда, когда её удавалось вытащить с работы.

Лиара родила двоих. Её сын Арлен начинал простым офицером Корпуса Егерей, прошёл северные гарнизоны, две экспедиции и к тридцати годам командовал отдельной бригадой, всякий раз раздражаясь, когда его продвижение связывали с фамилией, но держа в нагрудном жетоне фото отца сделанное сразу после боя с демоном. Дочь Лиары, Мейрис, унаследовала способности небольшие матери к эфиристике, и предпочла государственную службу. Она занималась защитными системами флота и именно её управление сумело связать эфирные поля десяти «Покорителей» в единый щит во время балларийского похода.

Эльга родила Алессара и младшую дочь Лорину. Алессар с детства знал, что станет королём, однако Логрис не позволял ему считать это достаточной подготовкой. Наследник учился в военной Академии, служил в линейном полку, несколько лет служил в провинциальном управлении и только после этого получил место сначала в совете герцогства и затем и в Королевском совете. Лорина выбрала дипломатическую службу, успела поработать в Балларии и Истаре, а теперь возглавляла делегацию Шардала при Совете правителей.

Семеро детей выросли в одном дворце и совершенно не походили друг на друга. Они спорили о службе, деньгах, армии, науке и том, кому из них родители позволяли больше. Однако к коронации приехали все, включая Сельму, которая ещё вчера утверждала, что не может оставить больницу даже на два дня.

Ардор закрепил ленту поверх погона и подошёл к ростовому зеркалу.

Из серебристой защиты, появившейся на нём в последнем бою на Храмовой Горе, не сохранилось ничего видимого. Благословения двенадцати богов тоже не проявлялись без причины. Они оставались в его эфирных каналах, замедляли старение и позволяли выдерживать нагрузки, после которых любой другой человек в лучшем случае оказался бы у целителей. Несмотря на прошедшие годы, седины у него почти не прибавилось, спина оставалась прямой, а парадный мундир сидел так же, как во времена военной службы.

На столе лежала герцогская цепь, но Ардор не стал её надевать. Титула великого герцога и ленты регента для сегодняшней церемонии хватало.

За дверью уже слышались шаги дворцовой стражи. В коронационном зале собирались члены Совета, представители провинций, союзные правители и делегация восстановленного Ларнаса. Альда, Лиара и Эльга ожидали у входа вместе с детьми. Алессар находился в малом тронном зале, откуда должен был выйти после первого удара храмового колокола.

Ардор ещё раз поправил ленту регента, проверил застёжку перевязи и оглядел себя в зеркале.

В коридоре ударил колокол.

Он распахнул дверь и вышел из комнаты. Стража подняла оружие, распорядитель церемонии повернулся к коронационному залу, а Ардор направился по дворцовому коридору туда, где его сын должен был стать Алессаром Первым.

Казань 2026 год.