На погребенных углях (ЛП), стр. 83

— Он жутковатый, — тихо говорит Бо.

Я киваю.

— Да. Иногда очень.

— Но не с тобой, верно?

Мои щёки снова заливает румянец, и Бо смеётся.

— Я рад за тебя. Что может быть лучше, чем знать, что рядом с ним ты в безопасности?

Я улыбаюсь. Он прав.

— Я благодарна ему. Хотя временами мне всё ещё страшно.

— Я рад, что тебе стало лучше. И… мне до сих пор неловко из-за той истории с волосами, — бормочет он. — И, если честно, я рад, что Дарсия ушла. Думаю, многие здесь со мной согласятся.

— И никто не расстроился?

Он качает головой.

— Даже Фиона, её лучшая подруга. Такое чувство, будто ей совсем не жаль. Иногда мне кажется, Дарсия обращалась с ней так же, как с остальными, просто держала её в страхе.

Я киваю. Похоже на правду.

Такие люди дружат либо с себе подобными, либо с теми, кто слишком боится им перечить.

— Ну что, встретился с той девушкой, которая тебе нравится?

Теперь краснеет уже он, и я невольно улыбаюсь.

— Мы старались проводить вместе каждую свободную минуту. — Он смущённо откашливается. — Кажется… мы стали ближе.

Я тихо смеюсь, глядя на его смущение.

— Рохан не станет возражать.

Я и правда не думаю, что станет.

Бо неловко чешет затылок.

— Всё равно придётся с ним поговорить. Мы думаем, что один из нас перейдёт в клан другого, если наши Драконосвязанные согласятся.

— Уверена, всё получится.

Он тяжело выдыхает.

— Надеюсь. Она мне правда очень нравится. Просто… после всего, что случилось, Рохан вряд ли мне доверяет.

— Со временем это пройдёт.

Мы входим в конюшню. Сера приветствует нас громким ржанием.

Я подхожу к ней.

— Привет, красавица.

Она нетерпеливо машет хвостом. Бо приподнимает ведро, и я достаю яблоко.

— Только никому не выдавай.

Сера с хрустом впивается в яблоко.

Бо усмехается.

— Сложновато хранить такой секрет, когда она жуёт на всю конюшню.

Я перевожу взгляд на Тофу и улыбаюсь, когда она выходит из стойла.

Но улыбка тут же меркнет.

Она выглядит измученной. Глаза красные и припухшие, будто она недавно плакала.

— Тофа… ты как?

— Конечно, хорошо! А с чего мне быть не в порядке? — Она снимает седло с двери стойла.

— Тофа…

Она даже не даёт мне договорить.

— Всё хорошо, Эльфийка. Правда. Я потом к тебе зайду. Сейчас столько работы. После похода нужно привести в порядок всех лошадей.

— Может, помочь?

— Нет-нет. — Она отмахивается. — Скоро увидимся!

И, не дожидаясь ответа, быстро уходит.

— Она такая с самого возвращения, — тихо говорит Бо.

Я смотрю ей вслед.

— Ей тяжело.

— Да.

— Коротышка? — окликает меня Калиан.

Я оборачиваюсь. В руках у него Спаркс.

— Рохан просил, чтобы ты отнесла его в логово. У него сейчас совет.

— Хорошо. — Я забираю Спаркса и прижимаю к груди. — Отнесу прямо сейчас.

— Вот и славно, — отвечает Калиан, но сам уже оглядывает конюшню, явно кого-то разыскивая.

— Она в седельной, — говорит Бо.

Калиан пожимает плечами.

— Я не спрашивал.

Мы с Бо переглядываемся, пока он уходит.

Потом оба почти одновременно вздыхаем.

— Как думаешь, мы можем хоть чем-то помочь?

Бо медленно качает головой.

— Нет. Думаю, они должны разобраться с этим сами.

Спаркс тихонько пискнул, выглянул из моих рук и широко зевнул.

— Ну что, пойдём знакомиться с твоей новой семьёй? — говорю я, провожая взглядом дракона, пролетевшего над головой.

Я поднимаюсь к холму, осторожно ступая по раскисшему снегу, который с уходом зимы превратился в слякоть. Подойдя к хижине Рохана, я задерживаюсь у задней стены. Розы снова расцвели. Я присаживаюсь, осторожно беру в пальцы один цветок и вдыхаю его аромат.

Улыбаясь, показываю розу Спарксу, но тут же вздрагиваю, когда он с азартом впивается в неё зубами, обрывает лепестки и сразу выплёвывает их.

Я смеюсь.

— Глупыш. Цветы не едят. — Я глажу его по голове и иду к драконьему логову. Стоит переступить порог, как меня окутывает знакомое тепло.

— Есть кто-нибудь? — зову я, проходя через просторную пещеру.

Стоит свернуть к лежанкам, как в меня врезается чёрная молния и валит на землю.

— Боги! — смеюсь я сквозь судорожный вдох, пока шершавый язык старательно облизывает мне лицо. — Эскор, да ты неподъёмный!

Он довольно урчит и ласково трётся мордой о мою щёку.

Но уже через мгновение отпрыгивает назад. Хвост трубой, клыки оскалены. Спаркс, устроившийся у меня на груди, сердито рычит в ответ.

Я закусываю губу, чтобы не рассмеяться.

Спаркс шипит, как рассерженный котёнок, и выпускает в сторону Эскора тоненькую струйку огня. Эскор отвечает глухим рычанием. Их хвосты нервно мечутся, а шипы на спинах встают дыбом.

— Ну всё, хватит, — говорю я, поглаживая Спаркса. Эскор смотрит на меня с таким оскорблённым видом, что едва удаётся сохранить серьёзное лицо. — Вы оба мне дороги. Вам пора подружиться.

Эскор демонстративно фыркает, садится и отворачивается.

— Эскор… Он же совсем малыш.

Одно ухо едва заметно дёргается.

— Будет тебе младшим братом.

Кончик хвоста шевелится.

— Пожалуйста. Он совсем один.

Эскор медленно поворачивает голову. Его плечи расслабляются.

Но не успеваю я обрадоваться, как над нами нависает огромная морда. Спаркса осторожно подхватывают зубами за загривок.

Я только хлопаю глазами, глядя, как Дрогонах с невозмутимым видом уносит малыша.

— Эй! — вскрикиваю я и бросаюсь следом. — Он не добыча, Дрогонах! Он же ещё совсем кроха! Эскор с рычанием несётся впереди меня. — Я знаю, ты не хотел младшего брата, но…

Дрогонах спокойно укладывается на своей лежанке, окружённой аккуратно разложенными камнями. Бережно опускает Спаркса рядом, кладёт голову возле него, притягивает его передними лапами и закрывает глаза.

Я останавливаюсь рядом с Эскором и молча смотрю на них. Постепенно начинают подходить остальные драконы. Кто-то приветствует меня, кто-то с любопытством рассматривает нового малыша. Спаркс несколько раз вертится на месте, устраиваясь поудобнее, а потом наконец затихает.

Надо будет сделать ему собственную лежанку.

Я стою, прислонившись к Эскору, и думаю о Фрелии. Интересно, насколько близки они были с Дрогонахом? Видел ли он её яйцо ещё в Роще, до того как оно вылупилось?

Пожалуй, это многое объясняет.

В груди снова поднимается боль.

Я подхожу ближе, переступаю через хвост Дрогонаха и сажусь рядом, прислонившись к его плечу. Осторожно кладу ладонь ему на бок.

Он тихо урчит.

Но не ворчит. Не прогоняет меня.

Эскор устраивается рядом. Его голова ложится на хвост Дрогонаха, а тёплое дыхание касается макушки Спаркса. Один за другим подходят остальные драконы. Возле Эскора ложится Агнар, потом Дорен. Следом устраиваются Векс и Хедорик, затем Солия, Блейз и Хакон. Передо мной тяжело опускается Альтер. Старый дракон выглядит совсем уставшим. К моему удивлению, дракон, которого мы спасли из сети, ложится рядом и прижимается к нему.

Я невольно улыбаюсь.

Интересно, чувствуют ли они ту же утрату, что и мы? Понимают ли, что теперь Спаркс стал частью их семьи и останется с ними?

И чувствуют ли они приближение Игр? Понимают ли, что времени, которое нам осталось провести вместе, может оказаться совсем немного?

От этой мысли сердце болезненно сжимается.

Как же жестоко заставлять их снова и снова проходить через Игры только для того, чтобы король не развязал войну и не подчинил себе дракориев.

Хозяин был жесток.

Но король оказался ещё страшнее.

Проходит немало времени, прежде чем нас находит Рохан.

Он ничего не говорит. Просто останавливается рядом и долго смотрит на нас. В его тёмных глазах читается боль. Подойдя ближе, он проводит ладонью по каждому дракону.