Вторая истинная для главы Тайной канцелярии (СИ), стр. 46

— Но откуда они у них?

— Моргана берегла его как величайшее сокровище. Но у этого артефакта была своя цена, Тина. Чтобы очки работали и показывали правду, их линзы нужно было регулярно напитывать свежей кровью. И не просто кровью, а кровью дивного народа.

Мое сердце болезненно сжалось. Я вспомнила те три года, проведенные в подвале. То, как сестра и ведьмы приходили ко мне, как резали кожу... Они не просто мучили меня. Они выкачивали из меня силу, чтобы питать свои артефакты!

— Сейчас мои ищейки переворачивают каждую пядь земли в северном лесу, — продолжил Кейган, его пальцы успокаивающе поглаживали мой живот. — Мы ищем эти очки. Если такой артефакт попадет не в те руки, последствия будут катастрофическими.

— Они рассказали что-нибудь еще? О Холмах? — шепотом спросила я. — Я помню, что Моргана говорила, будто моя кровь может открыть Врата.

Грудь Кейгана за моей спиной тяжело поднялась и опустилась. Я почувствовала, как напряглись его мышцы. Он замялся, и эта пауза заставила холодок пробежать по моему позвоночнику.

— Да. Они рассказали о Холмах, — голос дракона стал пугающе тихим. — И о тебе, Тина. О твоем прошлом.

Я замерла, боясь пошевелиться. Я смотрела на него. А он на меня.

— Раньше ведьмы свободно входили в спящие Холмы, используя старые запасы крови фейри, которые они добывали не один десяток лет. Но в последние десятилетия что-то произошло. Кровь начала терять свои свойства, она портилась, Холмы перестали откликаться на мертвую магию и наглухо закрыли свои каменные двери. Ковен терял свои безопасные убежища.

Он замолчал, и я услышала лишь тихое потрескивание поленьев в камине.

— И тогда Моргана... — Кейган крепче стиснул меня в объятиях, словно защищая от невидимого удара. — И твоя мать, Илэрия. Они придумали новый план.

— Моя... мама? — мой голос сорвался на жалкий писк. — Моя мама была в сговоре с Морганой?

Я знала, что мама была ведьмой, знала, что она любила только Эру, но услышать это... Услышать, что я была частью какого-то чудовищного плана, было невыносимо.

— Илэрия не просто была в сговоре. Она пошла на крайние меры, чтобы дать ковену новый, бесконечный, живой источник крови. Живой ключ от всех Врат.

Меня замутило. Осознание того, к чему он ведет, ударило в голову ледяным молотом.

— Илэрия целенаправленно забеременела от представителя дивного народа. Но твоя кровь была не так полезна, как кровь чистокровного фейри, тем более ты родилась природной фейри и твоя кровь не была такой сильной, как кровь твоего отца кровавого фейри. Но тем не менее они добились своего. Пусть ты и не могла подпитывать артефакт кровью, ты могла сама по себе открывать старые Холмы.

— И я открывала их… всегда, когда просила мама. Я когда была маленькой думала, что это игра такая…

— Да, они получили в твоем лице ключ к убежищам.

— Вот в кого такая Эра…

Слезы снова хлынули из моих глаз, но теперь это были слезы горькой, обжигающей обиды и предательства.

Вся моя жизнь... мое рождение... Это не было чудом. Это не было любовью. Я была просто ключом. Инструментом, который моя собственная мать родила на свет только для того, чтобы посадить на цепь и тянуть из меня кровь ради выживания ковена ведьм.

И она взяла с меня клятву никогда не искать отца!

— Боги... — я закрыла лицо руками, содрогаясь от беззвучных рыданий. — Значит, Эра... она знала.

— Да, — Кейган перехватил мои руки, отрывая их от залитого слезами лица. Он нежно, трепетно поцеловал мои ладони. — Она всё знала. Вы с Эрой действительно сестры по матери. Но в тебе нет ни капли её гнилой ведьмовской сути. В тебе течет кровь древнего народа.

Я развернулась в его руках, утыкаясь заплаканным лицом ему в шею, хватаясь за его расстегнутую рубашку.

— Но кто мой отец, Кейган? Кто он? Почему он оставил меня с ними?!

Дракон зарылся сильными пальцами в мои красные волосы, успокаивающе массируя затылок.

— Я не знаю, моя девочка. Сабина и Изольда тоже этого не знают. Знали только Илэрия и Моргана. Мы продолжаем расследование, и клянусь тебе, я переверну всю Империю, но найду его.

Я плакала, всхлипывая. Вся та чудовищная несправедливость, с которой мне пришлось столкнуться, сейчас выходила из меня вместе со слезами.

Моя мать родила меня на заклание. Моя сестра держала меня в кандалах.

Кейган чуть отстранился, его жесткие, мозолистые пальцы бережно вытерли слезы с моих щек. Он смотрел на меня так пронзительно, так глубоко, что вся моя боль начала медленно отступать, растворяясь в этом темном, спасительном омуте его глаз.

— Послушай меня, Тина, — его голос вибрировал от сдерживаемой силы и абсолютной уверенности. — Мне плевать, кто тебя родил и для каких целей. Мне плевать на гнилые планы твоей матери и на то, кем был твой отец. Они больше не имеют над тобой никакой власти.

Он наклонился ближе, его дыхание опалило мои губы.

— Твоя семья теперь — это я. И Мираэла. Ты спасла мою дочь, ты спасла меня. Ты — моя пара. И я никому, никогда в этой жизни больше не позволю причинить тебе боль.

Его губы накрыли мои. Это был не поцелуй собственника или хищника. Это было глубокое, отчаянное признание в любви, скрепляющее нашу истинную связь крепче любой магической клятвы.

Я ответила ему со всей той накопившейся нежностью и жаждой жизни, что бурлила в моей новой крови. Мои руки скользнули по его широким плечам, пальцы зарылись в темные волосы.

Огонь в камине трещал, отбрасывая тени на пол.

— Я сейчас скажу тебе одну вещь, но прошу не питать пустой надежды…

Кейган посмотрел на меня. Я задержала дыхание.

— Это мои мысли. Ведьмам была нужна кровь для того, чтобы находить истинные пары, разрушать их и использовать в своих целях. Причем постоянно. В последнее время это особенно часто применялось ими. Они хотели стать женами ключевых фигур Империи. А если нет, то предлагали свои услуги заинтересованным лицам. Клану Изумруда в том числе. Глава и его старший советник уже задержаны. Они же пытались манипулировать истинностью Нортана и Киры. Истинностью манипулировали и в клане Льда. Кайден Айсхарн, как и я, принял ложную связь за правду. Его мачеха оказалась тоже ведьмой. Ведьмы торговали, по сути, истинностью. Плюс ко всему, имели доступ и умели делать сильнодействующие зелья, которые оказывают влияние на разум человека, а это слишком серьезно. В эту ловушку попался министр экономики Империи и сам император. И только особая звериная природа Эрэйна, ведь он не дракон, как все думали и в том числе и ведьмы, не позволила его бывшей невесте из клана Изумруда действительно стать императрицей. С помощью крови фейри Моргана хотела найти истинную Эрэйна и перенести связь на Ирилу. И только опять же чудо и сама суть огненной драконицы Ассоль и то, как она ее глубоко прятала, не дала ведьмам шанса найти ее. Тогда они решили, что у императора вовсе нет пары. Правда, Ирила и так чуть было не расправилась с Ассоль. Подводя итог, я считаю, что тут без неких особых знаний не обошлось. А понимая, на что ты способна в качестве кровавой фейри, я думаю, что Моргана как раз стала обладательницей знаний именно твоего народа. Её сильнодействующие проклятия, которые основаны на крови, как сказала Риэль, — тому тоже подтверждение. И я думаю, что твой отец у ведьм.

Я ахнула и прикрыла рот рукой.

Он до сих пор где-то в плену?

Но не успела я сказать, как Кейган обнял меня и прошептал:

— Я ведь уже пообещал перерыть всю Империю. Я это сделаю, мы найдем его.

Глава 38

— Он до сих пор где-то в плену? — мой голос сорвался на прерывистый, жалкий шепот.

Я во все глаза смотрела на Кейгана, чувствуя, как внутри разрастается ледяная, парализующая пустота.

Кейган тяжело, мрачно кивнул. Его большие, горячие ладони легли на мои вздрагивающие плечи, крепко прижимая к себе.

— Это единственное логичное объяснение, Тина, — его глубокий голос вибрировал от сдерживаемой ярости. — Кровь фейри наверняка теряет свою силу вне тела. Чтобы годами поддерживать такой сложнейший артефакт, как Око Крови, чтобы варить зелья, подавляющие волю высших драконов и подменяющие истинность, ковену нужен был постоянный, неиссякаемый источник. Живой источник. Твоя мать родила тебя, чтобы ты стала их запасным ключом. Но основной источник... тот, чья магия древнее и сильнее, всё это время находился в их руках.