Влюбить дракона! С гарантией… (СИ), стр. 27

— Что это значит⁈ Ты что тут командешь, будто хозяйка⁈ Быстро позови слуг или сама работай! — рявкнула невеста принца.

«Хозяйка… Хозяйка…» — тут же зашелестели шейды, а я начала торопливо подниматься по лестнице. Стараясь не обращать внимания на летящие вслед оскорбительные выкрики герцогини, помчалась к комнате принца. Торопливо постучала и, услышав негромкое «Входи!», толкнула дверь. Ступила в спальню и застыла, оторопело глядя на стоявшего возле кровати абсолютно голого принца!

Он тоже замер, рассматривая меня с огромным недоумением. Многозначительно кашлянул и, даже не пытаясь прикрыться, неспешно пошёл ко мне. Остановился в двух шагах и поинтересовался:

— Что ты хотела, Роксана?

— В… В-ваше Высочество… — промямлила я и выпалила. — Почему вы приглашаете меня войти в свою комнату, если не одеты⁈

— Был уверен, что это пришёл мой брат. Он видел меня голым десятки раз, — усмехнулся принц, продолжая стоять прямо передо мной и с любопытством меня рассматривая.

И я тоже стояла, напрочь забыв, зачем пришла, и не в силах отвести взгляд от мускулистой мужской груди перед своими глазами. Ещё не могла оторваться от широких плеч и рук, тоже мускулистых, перевитых выступающими венами… И от живота, каменного даже на вид. Смотреть на то, что ниже, я себе запретила, хотя глаза так и норовили опуститься…

За свою жизнь я несколько раз видела обнажённых по пояс мужчин. Пока были живы родители, в поместье было много слуг мужского пола: конюхи, садовники, скотники, псари, разнорабочие. Иногда, работая в жару, они позволяли себе скинуть рубашку, и я это видела.

Поэтому голый торс принца не должен был стать для меня откровением… Но почему-то стал! Вспомнилось виде́ние, что пришло ко мне в купальне принца, и щёки жарко вспыхнули от смущения — моей фантазии было далеко до того, что я видела сейчас!

— Так что ты хотела, Роксана? — пробился в сознание насмешливый вопрос.

С трудом заставив себя поднять глаза на уровень подбородка принца, я промямлила:

— Кусарик? Где он?

— А, твой фафлик… Совсем забыл про него! Его клетка в карете, можешь забрать. Что-то ещё?

— Н-нет, это всё, что я хотела узнать… Спасибо, — не позволяя себе ни на сантиметр опустить взгляд, я попятилась к входу. — Вашим гостям я сказала, что они могут выбирать себе любую комнату. Но их вещи носить отказалась.

— Да⁈ А что так? — тёмная бровь мужчины приподнялась, а в голосе я уловила насмешку.

— Я не горничная и не лакей. Хотя мы с вами не обговорили условия моей отработки, но уверена, такая работа не входит в перечень моих обязанностей. И я бы хотела, чтобы мы заключили с вами контракт с перечислением сроков и условий моего нахождения в вашем замке, — ответила я, глядя в неожиданно пожелтевшие глаза принца. В них снова вспыхнул тот опасный золотой огонёк, от которого у меня мурашки по коже побежали.

— Не поздно ты вспомнила о подписании договора, Роксана? Ты ведь уже дала обещание отработать «Кровь Перворождённого». Даже забрала и использовала артефакт, а значит, заранее согласилась на все мои условия. Не боишься, что я выставлю такие требования, что они окажутся тебе… не по нраву? — по губам принца скользнула плотоядная усмешка, заставившая меня вздрогнуть. На ум пришло, что я так и продолжаю стоять перед абсолютно голым мужчиной. Разговариваю с ним как ни в чем не бывало…

Ужас! А если об этом кто-то узнает? Филлип, например?

Тут я поняла ещё одну ужасную вещь — за всю неделю, проведённую в замке принца Эдварда, я вспоминала о женихе… ноль раз!

Нет, со мной точно происходит что-то неправильное. Где мои манеры, где приличия, о которых мне всё время напоминала мама? Я должна выглядеть и вести себя достойгно потому что… Я ведь не такая, как… как та, что родила меня от мужчины, не являвшегося её мужем! Я не должна быть порочной, как она!

И как специально, стоя́щий передо мной голый принц произнёс ядовитым тоном:

— Что, если я потребую от тебя чего-то… непристойного? Возмутительного? Бесчестного? Что ты на это скажешь, маленькая баронесса Валейская?

— Уверена, ничего неприличного вы не предложите. Ваша королевская честь не позволит, — произнесла я задрожавшим голосом.

— Забавно слышать такие заявления от девушки, перед которой стоишь голым, но которая не падает от этого в обморок, — принц неожиданно расхохотался, сверкнув белоснежными зубами.

Отсмеявшись, снова стал серьёзным. Золото в его глазах погасло, сменилось на привычную мрачную черноту.

— Но не волнуйся, Роксана Валейская, твоя честь и честь твоего жениха не пострадают.

Сказав это, принц небрежным кивком указал мне на дверь. С унизительным ощущением, что меня отсылают, словно какую-то служанку, я выскочила в коридор. Захлопнула за собой дверь и едва не налетела на идущую по коридору невесту принца.

— Так-так… И что ты делала в комнате моего жениха⁈ Это ведь дверь в его спальню? — гневно воскликнула девушка и попыталась схватить меня за руку.

Я увернулась и, пробормотав: «Спросите у него самого», торопливо пошла прочь.

— Обязательно спрошу! И если ответ мне не понравится, ты об этом очень сильно пожалеешь, баронесса! — донеслось до меня.

Сворачивая к лестнице на первый этаж, я не удержалась и оглянулась. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как невеста принца стучит в дверь его спальни. Как она открывается и девушка исчезает внутри комнаты.

Стараясь не обращать внимания на кольнувшую сердце необъяснимую горечь, я сбежала по лестнице и поспешила к входу из особняка — забрать из кареты своего Кусарика.

На пороге я неожиданно споткнулась. Упала бы, но меня поддержали чьи-то руки. Обхватили за спину, и я оказалась прижата к воняющей тошнотворно-сладкими духами груди.

— Куда же ты так спешишь, баронессочка? Или мой братец тебя выгнал, чтобы твоё присутствие не беспокоило его красавицу-невесту? Но не переживай, милая. Я, так и быть, возьму тебя под своё покровительство, — раздался над ухом мурлыкающий мужской голос. Следом на мои бёдра легли чужие руки и начали их грубо тискать.

Глава 40

Отвратительно-сладкий запах духов ударил мне в нос. Грубые ладони впились в мои бёдра, больно сжимая и тиская их сквозь тонкую ткань платья.

— Руки прочь! — вскричала я сдавленно. Рванулась, пытаясь выскользнуть из мерзких объятий, но хватка жёстких пальцев на бёдрах лишь усилилась.

— Тш-ш-ш, милая, не так активно вырывайся, а то я могу подумать, что тебе не нравится, — противно замурлыкал над ухом принц Корнель. Хохотнул и похабно прижал губы к моей шее сзади, а потом ещё и смачно лизнул. — Расслабься и получи удовольствие. Мой брат занят своей куколкой-невестой, а я… я люблю диких зверушек. — И принц ещё раз провёл языком по моей шее.

Чувствуя, что меня вот-вот стошнит, я начала изо всех сил дёргаться и извиваться, пытаясь выкрутиться из рук принца.

Кое-как развернулась и упёрлась ладонями в его воняющую грудь, пытаясь оттолкнуть.

— Отстаньте! Сию же секунду! — выкрикнула ему в лицо.

— Ага, вот так, поборись ещё немного, — мерзко рассмеялся он, и его руки поползли выше.

Затопившее меня бешенство придало сил и холодной расчётливости, о которых я и не подозревала раньше. Я престала вырываться и расслабила колени. Потом резко присела и сделала неловкий выпад в сторону. Почувствовала, что пальцы принца на мгновение ослабли. Этого мне хватило, и я, как угорь, вывернулась из захвата. Отпрыгнула на шаг, и, прежде чем принц Корнель успел опомниться, моя ладонь со всей силы, на которую была способна, опустилась на его щёку.

Удар получился сочный, хлёсткий и очень громкий. На бледной щеке принца моментально проступили алые следы моих пальцев.

Он замер, уставившись на меня с неподдельным, абсолютным изумлением во взгляде. Видимо, за всю свою жизнь он не получал ни одной пощёчины, особенно от какой-то «деревенщины-баронессы». Но его растерянность длилась недолго и начала сменяться яростью.