Путешественник (ЛП), стр. 412

Что же до «Справедливости» Одри, то на фоне всеобщего восхищения её всё сильнее грызла одна давняя, не дающая покоя загадка:

'Отчего столь могущественный господин Мир отродясь не приносил ни единой страницы из дневников Рассела? Хм, он ведь не чета леди Отшельник, в ложе состоит уже давненько, так что период притирки и наблюдений давно миновал… Да и нельзя сказать, что он ни в чем не нуждается, отчего ему не пришлось бы выменивать записи императора на милость и покровительство господина Шута… Так почему же он палец о палец не ударил ради их поисков?

Неужто он передает их лично, без свидетелей? Но к чему такая секретность?'

Интуиция упорно твердила девушке, что между господином «Миром» и господином «Шутом» тянется незримая, особая нить связи. Вот только нащупать железобетонных доказательств она пока не могла, благоразумно оставляя простор и для иных гипотез.

Тем временем «Повешенный» Элджер, выдержав несколько секунд тяжелого молчания, повернулся вполоборота во главу длинного бронзового стола:

— Многоуважаемый господин Шут, я покорнейше прошу дозволения на разговор с господином «Миром» с глазу на глаз.

«Ну наконец-то…» — Клейн в предвкушении благосклонно кивнул и тут же наглухо отсек восприятие остальных участников.

Выждав пару мгновений, Элджер перевел взгляд на «Мира» Германа Воробья:

— В качестве оплаты я предлагаю точные координаты затерянного, никому не ведомого первобытного острова.

— Эта суша кишмя кишит диковинными паранормальными тварями, давно вымершими на Северном и Южном континентах. Но самое главное: в ее недрах сокрыты руины, чьи корни тянутся в непостижимую, седую древность.

— В свое время, фух… мы наткнулись на него вместе с Килангосом. Сил на то, чтобы прорубиться в самые глубины, у нас тогда не хватило, однако он сумел нащупать весьма занятные следы. Килангос всерьез подозревал, что в сердце этих катакомб таится нечто баснословно ценное, чья мощь ничуть не уступает одной из тех самых карт, что вышли из-под пера великого Рассела.

— Моя боевая мощь откровенно не дотягивала до уровня Килангоса, так что продвинуться так же далеко я не смог. Одному богу известно, что именно он там узрел — мне оставалось лишь выстраивать догадки, цепляясь за обрывки его небрежных фраз.

«А господин Повешенный-то разоткровенничался… Вываленная им информация воистину колоссальна! Стало быть, они с „Вице-адмиралом Ураганом“ свели знакомство еще в давние времена, вместе бороздили моря, натыкаясь на затерянные земли и древние катакомбы… И тот, кто пытался пустить Килангоса в расход, едва пират покинул океанские просторы, — тоже он… Да уж, господин Повешенный — отнюдь не заурядный церковник Бури. Его прошлое представляет собой сложнейший клубок, битком набитый скелетами в шкафу… Хм, а координаты такого острова и впрямь стоят баснословных денег. Для любой тайной ложи подобные угодья — идеальный фундамент, на котором можно бесконечно взращивать собственных бойцов…» — Клейн дернул за ниточки марионетки, заставив «Мира» погрузиться в глубокомысленное молчание, отчаянно силясь вытянуть из моряка еще больше секретов.

Заметив, что «Мир» не рубит сплеча отказом, но и по рукам бить не спешит, окончательно взявший себя в руки Элджер хладнокровно добавил:

— Там имеются следы обитания паранормальных тварей полубожественного ранга. Смею предположить, для вас подобная зацепка представляет колоссальную ценность.

— В этих словах я готов присягнуть перед самим господином Шутом, дабы удостоверить: в них нет ни капли лжи.

«Едва формула „Мага причуд“ окажется у меня в кармане, придется ломать голову над поисками стержневых ингредиентов. А когда дело касается полубожественных эшелонов, звонкая монета теряет свой вес — в ходу остается лишь бартер и натуральный обмен… Наводка на логово тварей такого калибра дорогого стоит, да и сами руины звучат чертовски заманчиво…» — больше не колеблясь ни секунды, «Мир» издал тихий, мрачный смешок:

— По рукам.

«Повешенный» Элджер не стал тут же жадно требовать рецепт «Океанского Певца», вместо этого проронив:

— У меня есть лишь одно жесткое условие: когда вы вознамеритесь отправиться на этот затерянный остров в первую вылазку, вашим компаньоном выступлю я. Под всевидящим взором многоуважаемого господина Шута, полагаю, вам совершенно не стоит опасаться с моей стороны ножа в спину.

Клейн на долю секунды призадумался, после чего «Мир» ответил коротким кивком:

— Возражений нет. Соваться в гибельные дебри в одиночку глупо, так что напарник придется весьма кстати. Искренне уповаю на то, что вашей силенки хватит, чтобы не стать обузой.

Элджер ничуть не оскорбился столь пренебрежительным тоном. С явным облегчением переведя дух, он произнес:

— Именно поэтому я настаиваю, чтобы наша экспедиция состоялась лишь после моего возвышения. Разумеется, если эликсир сведет меня в могилу или обернет в монстра, наш уговор аннулируется сам собой.

— Идет, — с абсолютной, ледяной небрежностью бросил «Мир».

Больше не сотрясая воздух лишними словами, «Повешенный» Элджер почтительно испросил дозволения господина Шута и материализовал пергамент с детальными координатами и сводками по первобытному острову.

«Надо же, это прямо на задворках акватории архипелага Ротсид… Да и габаритами суша не обижена — раскинулась почти как сам остров Синей Горы…» — подхватив пергамент, Клейн бегло пробежался глазами по строчкам, кристально ясно зафиксировав в уме местоположение заветного клочка земли.

Вскинув взгляд на собеседника, он отчеканил:

— Формулу и стержневые ингредиенты передам единым траншем сразу после завершения сходки.

— Добро, — Элджер, окончательно сделавший свой выбор, отбросил прочь все метания. Услышав это, его душа возликовала, хотя на лице не дрогнул ни единый мускул, сохранив маску идеальной, свинцовой невозмутимости.

На этом их приватная беседа благополучно исчерпала себя. «Отшельник» Катлея плавно отвела глаза от «Мира» и, повернув голову к «Фокуснику» Форс, произнесла:

— Метеоритный кристалл у меня на руках. Шестьдесят граммов обойдутся в шестьсот фунтов.

«Какая пугающая скорость… Леди Отшельник работает с поразительной эффективностью!» — Форс накрыло дикой смесью искреннего восторга и тягостной неловкости.

Ведь сразу после прошлой встречи она уже заполучила кристаллизованную кровь лавового осьминога, спустив на нее шесть сотен. На дне ее кошелька сиротливо звякали двести тридцать фунтов, а если приплюсовать свежевыплаченный гонорар в полторы сотни, всё равно зияла брешь в двести двадцать монет.

«Придется перехватить деньжат у Сио, чтобы заткнуть дыру. Сдается мне, у нее как раз скопилась нужная сумма… А уж как только прорвусь на новую ступень — начну ковать золото днем и ночью! Днем и ночью!» — «Фокусник» бесшумно, судорожно втянула воздух и ответила:

— Идет. Закроем сделку завтра, ровно в этот же час.

«Отшельник» Катлея коротко, без лишних эмоций кивнула и, не теряя ни секунды, устремила взор на «Справедливость» Одри:

— Со спинномозговой жидкостью черной охотничьей исполинской ящерицы вопрос решен. Тысяча восемьсот фунтов. Что же до плода дурманящего колокольчикового дерева — тут пока глухо, ни единой зацепки.

— И это уже поистине превосходные новости, куда лучше моих самых смелых ожиданий! Примите мою искреннюю признательность, леди Отшельник, — от всего сердца поблагодарила Одри, совершенно не обратив внимания на астрономический ценник.

Совсем недавно девушка с восторгом обнаружила, что учрежденный ею «Фонд сохранения и поиска древностей» таит в себе еще один колоссальный плюс: он виртуозно маскирует движение ее личных капиталов, позволяя тратить баснословные суммы так, чтобы ни отец, ни матушка не заподозрили ни малейшего подвоха.

Успешно ударив по рукам в двух сделках, Катлея, всем своим видом демонстрируя готовность стать полноправной частью ложи, обвела присутствующих взглядом и произнесла:

— Не всплывали ли зацепки касательно крови мифического существа?