Путешественник (ЛП), стр. 376

«Будь он любимцем пиратов, грош цена была бы его титулу „Сильнейшего Охотника“… А те дешевые провокации я и сам прекрасно слышал…» — Клейн, пропустив тираду мимо ушей, молча подобрал трость и зашагал сквозь завывающую метель.

Даниц, не отставая ни на шаг, тенью следовал за ним. Его огненные вороны послушно сбивали снежную крошку и гасили ледяную стужу, уберегая обоих от неминуемого окоченения.

«А парень-то молодец, инициативный…» — в эту секунду Клейн в полной мере, всем своим существом осознал неоспоримые прелести наличия слуги: и зонтик в ливень подержат, и в глухую вьюгу печкой поработают!

Посреди этой ослепительно-белой, сливающейся с небом пустоши их фигуры казались лишь крошечными, затерянными кляксами. Гулко хрустя снегом, они шаг за шагом продирались вперед, пока спустя без малого двадцать минут не вышли к указанной тростью точке.

— Глухо… — Даниц затравленно огляделся, но так и не нащупал ни единого следа Андерсона Худа.

Впрочем, в эффективности методов Германа Воробья пират ни на йоту не сомневался — ведь совсем недавно эта же самая лоза безошибочно вывела психопата прямо на него.

Сыщик сурово сдвинул брови. Активировав духовное зрение, он до предела обострил интуицию.

Внезапно почуяв неладное, юноша резким выпадом вонзил трость прямо перед собой. Наст с глухим треском провалился, увлекая за собой целую лавину снега.

В разверзшемся провале зияла глубокая нора. Ее угольно-черные, скалистые своды тускло освещались пляшущими отблесками пламени.

Присев на корточки, Клейн заглянул в бездну. Узкий лаз вел куда-то вглубь, упираясь в просторную полость. Там, на груде раскаленных докрасна камней, лениво тлел какой-то диковинный подземный мох. Рядом с импровизированным очагом вальяжно устроился Андерсон Худ. Искатель сокровищ с невозмутимым видом обжаривал тушку зверька, до боли напоминающего кролика. Аппетитный дух шкварчащего жира вкупе с волнами манящего тепла густым облаком вырвался наружу, ударив в носы обомлевших Клейна и Даница.

— А, вот и вы! Не желаете отведать? — Андерсон слегка подался вперед, заглядывая в устье норы с таким радушным видом, словно зазывал приятелей на загородный пикник. — Кто бы мог подумать, что в этой вечной мерзлоте водятся такие диковинные кролики.

«Вроде бы ничего провокационного и не ляпнул, но как же мне сейчас хочется съездить ему по физиономии…» — сыщик с абсолютно каменным лицом спрыгнул в укрытие. Оказавшись у огня, он наконец-то ощутил давно забытое, блаженное тепло.

Даниц спустился следом. Пират перевел хмурый взгляд с костра, на котором шкварчало мясо, на кружащих вокруг него огненных воронов, после чего молча развеял свою пылающую стаю.

— И как ты, дьявол тебя дери, умудрился наткнуться на эту нору? — с нескрываемой завистью спросил корсар, хотя его продрогшее тело уже само по себе тянулось поближе к спасительному пламени.

Искатель сокровищ неспешно перевернул насаженную на непроницаемо-черный короткий меч тушку и искоса глянул на пирата:

— Первый урок любого Охотника: изучай местность, привыкай к ней и заставляй ее служить себе.

Физиономия Даница мгновенно окаменела от уязвленной гордости.

Тем временем Андерсон уже перевел взгляд на Германа Воробья, издав лукавый смешок:

— Сам выдолбил, взрывом. Ну как, недурно вышло? Расчет мощности просто ювелирный!

Расхваливая свои таланты, он глубоко втянул носом витающие в воздухе ароматы:

— До чего же благоухает… Похоже, готово. Не желаете снять пробу? Пряностей у меня, увы, не завалялось, зато каменной соли хоть отбавляй, пусть она и слегка вяжет язык.

— А ты уверен, что эту дрянь вообще можно жрать? Окажись это паранормальной тварью, и ты с одного укуса сорвешься в бездну безумия, — язвительно поцокал языком Даниц.

Андерсон вновь смерил его снисходительным взглядом:

— Второй урок Охотника: умей безошибочно отличать в дикой глуши то, что годится в пищу, от того, что сведет тебя в могилу.

С этими словами он осторожно отщипнул кроличью ножку и отправил кусок в рот, зажмурившись от неподдельного гастрономического наслаждения.

Клейн уже приоткрыл было рот, намереваясь что-то сказать, как вдруг нутром почуял стремительно приближающуюся извне чудовищную, свирепую ауру. Давящее величие высокорангового существа оказалось настолько плотным и осязаемым, что Даница забила крупная, неконтролируемая судорога.

Гнетущее присутствие пронеслось прямо над ними в вышине. Не заметив притаившуюся под снегом нору, тварь молниеносно удалилась прочь, и ее леденящий след растаял вдали.

«Северный Король…» — в мыслях сыщика ослепительной вспышкой пронеслось это грозное имя.

Глава 696

Страж гигантов

В то самое мгновение, когда неистовая, полная первобытной ярости аура пронеслась в вышине, Андерсон резко перестал жевать. Лишь дождавшись, пока эта подавляющая мощь не растает вдали, он с громким стуком сглотнул остатки крольчатины и вскинул взгляд на Германа Воробья:

— Это и есть тот самый дракон, о котором ты говорил?

Клейн скупо, едва заметно кивнул, подтверждая догадку охотника.

Уголки губ Андерсона медленно поползли вверх, сложившись в гримасу, по которой было решительно непонятно, плакать ему сейчас или истерически хохотать:

— Я-то грешным делом решил, что речь идет о взрослом, ну или на худой конец молодом драконе, а та громадина…

— Боюсь, охотника на драконов из меня не выйдет. Максимум — драконий помет.

«Та безумная, клокочущая ярость, что источает „Северный Король“, и впрямь внушает леденящий трепет. Эта тварь на порядок превосходит того сшитого из кусков монстра, что мы встретили на „Будущем“ и который заставлял волосы неистово расти… Вполне вероятно, дракон достиг четвертой Последовательности, шагнув на ступень полубога…» — Клейн хладнокровно препарировал ситуацию в уме, не испытывая ни малейшей паники или страха.

Юноша кристально ясно помнил: на страницах «Дневника путешествий Гросселя» черным по белому значилось, что женщина-пират подверглась нападению «Северного Короля» и, приложив титанические усилия, чудом вырвалась из его лап. И лишь после этого она наткнулась на отряд главных героев под предводительством исполина Гросселя.

А ведь Эдвина Эдвардс совершенно точно не являлась полубогиней. Она стояла на пятой Последовательности Пути «Читателя». К тому же, проклятая книга поглотила ее внезапно, отчего многие громоздкие артефакты и запечатанные реликвии, которые она не таскала при себе постоянно, так и остались пылиться в капитанской каюте. При ней находились разве что одна-две полезные мистические вещицы.

И раз уж в столь бедственном положении пиратка сумела дать хоть какой-то отпор «Северному Королю» и уцелеть, то и Клейн, только-только прорвавшийся на новую ступень и перетасовавший души в своей перчатке, резонно полагал, что без труда выстоит в бою. Ко всему прочему, связь с таинственными чертогами над серой мглой оставалась нетронутой, а значит, он в любой момент мог пустить в ход «Скипетр Морского бога»!

Именно этот железобетонный козырь и позволил Клейну, предварительно удостоверившись в безопасности Даница во время молитвы, смело шагнуть в мир книги.

«М-да, „Северный Король“ совершенно не походит на правильного полубога с определенного Пути. Опираясь на догадки „вице-адмирала Айсберг“, этот монстр — лишь сорвавшееся в бездну безумия чудовище, вобравшее в себя ворох ледяных Потусторонних характеристик. Да, в своей стихии он тягается с полубогами на равных, но в других аспектах просто обязан зиять фатальными уязвимостями… Я, Эдвина, Андерсон да местный отряд героев-Потусторонних — шансы стереть эту тварь в порошок у нас весьма недурны! А на худой конец всегда есть „Скипетр Морского бога“. Вздор, не поверю я, что эта книжонка способна загодя выстроить защиту от артефактов из-за серой мглы. Будь у нее такая сила, она бы уже давно это продемонстрировала…» — стоящий у костра Клейн опустил взгляд на Андерсона и, растянув губы в усмешке, произнес: