Путешественник (ЛП), стр. 361
Сжимая в руках кристалл и исписанный лист, юноша вновь беззвучно зашептал заклинание, плавно соскальзывая в царство сновидений.
Сквозь зыбкую, серую пелену грез его взору предстал исполинский, с высоко вздернутыми носом и кормой парусник — «Вестник Смерти». Следом Клейн узрел Гилхиса, сноровисто карабкающегося по веревочному трапу прямиком на палубу.
Едва этот «Апостол Желаний» твердо встал на доски, как из щелей палубы густыми клубами повалил вязкий, смоляной туман. Насквозь пропитанный богомерзкой, извращенной скверной, этот мрак в мгновение ока наглухо укутал пирата. Дьявольская порча тут же принялась безжалостно разъедать и осквернять каждую светящуюся духовностью вещицу на его теле, не пощадив и саму плоть корсара.
Завихрившись, черная дымка стремительно сжалась и хищно ввинтилась Гилхису прямо в грудь. С каждым ударом сердца ее цвет мало-помалу наливался густым багрянцем, словно туман пропитывался свежей кровью.
Наконец, когда всё вернулось на круги своя, Гилхис тяжело рухнул на одно колено. Устремив благоговейный взор в палубные доски, он произнес:
— Ваша воля — мое единственное желание, о великий «Вестник Смерти»!
Видение с оглушительным хрустом разлетелось на мириады осколков, и Клейн распахнул глаза.
Резко выпрямив спину, он вперил пронзительный взгляд в тонкий кровавый кристалл и, погрузившись в тяжелые думы, беззвучно пробормотал себе под нос:
'«Вестник Смерти» — живой?
Запечатанный артефакт, наделенный собственной волей и плотью?
Выходит, этот кристалл — тот самый поводок, на котором он держит свой экипаж? Вещица до краев напитана едкой скверной, а значит, любая мистическая безделушка, чей ранг недотягивает до нужного предела, обречена сгнить от ее прикосновения?'
Глава 687
Бредящий
Подхватив тонкий кровавый кристалл и уловив едва заметный запах серы, Клейн смутно ощутил таящуюся в его недрах едкую, разъедающую мощь.
«Предания гласят, что Бездна — место, насквозь пропитанное скверной. Даже ангелы, оказавшись там, неминуемо падут и лишатся рассудка, а стражи этого проклятого места в конце концов сами сольются с Бездной… Те черты, что демонстрирует „Вестник Смерти“, безупречно ложатся на эту картину. Хм, неужто это углубленная эволюция „Апостола Желаний“?» — Клейн позволил мыслям свободно пуститься в пляс.
Вскоре его острый ум зацепился за одну вопиющую деталь: Гилхис клялся в верности именно «Вестнику Смерти», а вовсе не «Бессмертному Королю» Агалито!
«Означает ли это, что истинный „Бессмертный Король“ — это сам „Вестник Смерти“, а Агалито выступает лишь его гласом, этаким надсмотрщиком над оскверненными жертвами? Хех, морские байки упорно твердят, что Агалито отнюдь не полубог и до четвертой Последовательности не дотягивает. Всю свою славу и место среди Четырех Королей он якобы выстроил исключительно на мощи „Вестника Смерти“. Если это и впрямь так, то его реальное положение может оказаться куда плачевнее, чем я предполагал: парень напрочь лишен свободы воли…»
«Впрочем, нельзя сбрасывать со счетов и тот вариант, что он всё же стоит на четвертой ступени и поддерживает с „Вестником Смерти“ взаимовыгодное партнерство. Ведь „Демоны“ славятся своим дьявольским коварством и обожают пускать пыль в глаза…»
Погрузившись в раздумья на несколько секунд, сыщик вновь прибегнул к гаданию, отчаянно надеясь выудить хоть крупицу откровений об истинном предназначении этого тонкого кровавого кристалла.
Он ни на йоту не страшился навлечь на свою голову колоссальную беду. Вернее будет сказать, он уже внутренне изготовился встретить ее во всеоружии. Даже если эта выходка установит прямой мост с самим Архидемоном Бездны, в худшем случае это обернется отдачей, сопоставимой с ударом от «Истинного Творца» или «Вечного Пылающего Солнца». Клейн свято верил: защита серой мглы выдержит и подавит этот натиск.
«Тем более, это лишь первая попытка, так что точные координаты они не запеленгуют — риск минимален… К тому же недавнее гадание на происхождение реликвии не выявило фатальной угрозы. Стало быть, „Вестник Смерти“ стопроцентно не является демоном нулевой Последовательности… Погодите-ка, а разве это не очевидно? Будь он демоном нулевого ранга или запечатанным артефактом уровня „Короля Ангелов“ Амона, ему бы и в голову не пришло спасаться бегством от нашего альянса с „Королевой Мистики“, „Адмиралом Звезд“ и Андерсоном…» Внезапно осознав, что лишь нагнал на себя лишнего страху, Клейн отбросил сомнения и со всей серьезностью приступил к «гаданию во сне».
В зыбком, сером мире грез перед его взором предстали просторы, густо затянутые вязким, непроницаемо-черным туманом.
Исполинский монстр, слепленный из гротескных, темных комьев плоти, медленно, извиваясь, подполз ближе. Из его утробы вырвался яростный, оглушительный рев:
— Бредящий!
Видение резко сменилось. Теперь сыщик узрел древний, архаичный алтарь, щедро залитый свежей кровью. На его поверхности были высечены бесчисленные богомерзкие, источающие скверну слова и символы, словно взывающие к неведомой силе.
Туманный мир со звоном разлетелся вдребезги. Клейн медленно распахнул глаза и выпрямил спину.
Легонько постукивая пальцами по изъеденному патиной краю длинного стола, он беззвучно забормотал себе под нос:
«Этот „Бредящий“… Означает ли это, что „Вестник Смерти“ до своего превращения в артефакт был „Бредящим“ родом из Бездны? Или же он был тем самым исполинским монстром из темной плоти, которого пустил в расход „Бредящий“, тем самым обратив в запечатанную реликвию?»
«Хех, как ни крути, в этой истории стопроцентно замешан какой-то корабль. Иначе бы эта дрянь ни за что не приняла свою нынешнюю, монументальную форму».
«Хм… Судя по тому леденящему хохоту, способному играючи сорвать рассудок в бездну безумия, шансы на то, что „Вестник Смерти“ и есть тот самый „Бредящий“, весьма велики. Можно смело утверждать: это отнюдь не запечатанный артефакт „0“ класса. В противном случае „Бессмертный Король“ давно бы подмял под себя остальных владык и единолично возглавил Четверку… Скорее всего, третья Последовательность? К тому же их тандем с Агалито явно оставляет желать лучшего. Отдача хромает, так что на деле эта связка тянет максимум на четвертую ступень…»
«А тот источающий скверну алтарь, взывающий в пустоту… Неужто это намек на то, что кровавый кристалл служит ключом для призыва высших демонов? Скажем, какого-нибудь „Бредящего“?»
Не имея ни малейшего понятия, как призывать эту дьявольскую элиту, да и совершенно не горя желанием проверять, Клейн небрежным жестом зашвырнул тонкий кровавый кристалл в кучу оккультного хлама. Туда же отправился и мерцающий камень — Потусторонняя характеристика, оставшаяся от «Жреца Света». Напоследок он крайне небрежно окрестил свою находку:
«Аура „Бредящего“»!
Разобравшись с этим, Клейн с предельной осмотрительностью развернул еще один сеанс прорицания. На сей раз он жаждал железобетонно удостовериться: не нависнет ли над ним сегодня ночью смертоносная угроза со стороны «Бессмертного Короля» Агалито.
Откровенно говоря, ответ он уже предвидел: «Бессмертный Король» Агалито ни за что не осмелится ступить на этот остров!
Во-первых, Тоскат служил тайным прибежищем для одного полубога. И пусть заурядные Потусторонние ни сном ни духом об этом не ведали, «Четверка Королей» наверняка была в курсе. Агалито же всегда благоразумно избегал лобовых столкновений с равными по силе мастерами. Лезть напролом в чужие владения было совершенно не в его стиле.
Во-вторых, опираясь на недавние логические выкладки, напрашивался железобетонный вывод: Агалито до смерти боится покинуть борт «Вестника Смерти», а сам галеон выкатиться на берег физически не способен!
Как и ожидалось, откровение гласило: грядущая ночь пройдет в абсолютной безопасности.
А значит, отпадала всякая нужда суетливо менять личину и среди ночи перебираться в другую ночлежку.
…………