Путешественник (ЛП), стр. 342
Усмирив этот фонтан черного юмора, Клейн выудил из бумажника бумажного журавлика, развернул его и принялся ювелирно, донельзя бережно стирать оставленные карандашом строки.
«Бумага истерлась почти до дыр… Выдержит от силы еще пару раз…» — с горьким вздохом пробормотал он. Вернув птице былую форму, юноша юркнул обратно под теплое одеяло, намереваясь досмотреть сны. Что же до идеи вытащить беспроводной телеграфный приемник и навести мосты с волшебным зеркалом Арродесом, эту затею он благоразумно отложил до того момента, как благополучно покинет эту восточную пиратскую вотчину.
…………
Дождавшись рассвета, Клейн лениво выбрался из постели. Неспешно, со вкусом умывшись, он с удовольствием констатировал: вот она, подлинная, идеальная жизнь!
Тук-тук-тук!
Гулкий стук в дверь безжалостно разорвал его блаженную идиллию.
Даже без включения радара предчувствия опасности, одна лишь духовная интуиция кристально ясно прошептала Клейну: на пороге топчется Андерсон Худ.
«Что ни говори, а титул „Сильнейшего Охотника“ парень носит не зря. Надо же, умудрился дотянуть до утра и не сыграть в ящик…» — мысленно поцокав языком и нацепив на лицо ледяную маску, Клейн распахнул створку.
На пороге, нахлобучив на голову невесть где раздобытую охотничью шляпу с двумя козырьками, стоял Андерсон. Широко оскалившись, он протянул золотой лоэнский соверен:
— Вчерашний должок.
Клейн небрежно перехватил монету. Чуть подбросив ее на ладони, он взвесил золото и ровно произнес:
— Твоя проблема решена.
Глаза искателя сокровищ мигом вспыхнули:
— И как же разрубить этот гордиев узел?
— Только не вздумай ляпнуть, что твой гениальный ответ — это «никак»…
«Неужто я так похож на подобного мерзавца? В худшем случае я бы бросил: „Ты покойник, готовься к земле, бывай!“» — мысленно огрызнулся сыщик. Смерив гостя безразличным взором, он отчеканил:
— На острове Олави как раз обосновался один полубог, виртуозно меняющий судьбы и отваживающий порчу. И за ним числится должок — он обязан исполнить одну мою просьбу.
— Да это же просто праздник какой-то! — Андерсон даже не подумал скрывать своего бьющего через край ликования. — Выкладывай, какую цену мне придется заплатить за этот банкет?
«А парень-то соображает, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке…» — Клейн умышленно выдержал пару секунд звенящей тишины, прежде чем изречь:
— Мне позарез нужен мистический артефакт с сокрушительной атакующей мощью. Есть зацепки?
— Если его ценник перекроет стоимость ритуала очищения, разницу я доплачу.
Брови Андерсона медленно поползли к переносице, но вскоре его лицо вновь разгладилось, уступив место привычной улыбке:
— Знаешь, есть на примете одна вещица, бьющая прямо в десятку. Обладает паранормальным даром наносить фатальные, разящие удары. Побочные эффекты тоже вполне сносные: ну, любит пожрать за троих, дрыхнет без задних ног, карма у него та еще — вечно притягивает к себе всяких тварей да головорезов. Ах да, порой у нее рот не закрывается, бесит жутко. Ха-ха, расслабься, шучу я.
— Если начистоту, мой «Короткий клык смерти» — точь-в-точь то, что ты ищешь. Вот только это мой последний ствол, так что расставаться с ним мне совершенно не с руки. Хм… Зато у меня есть одна наводка. Речь идет о весьма специфическом револьвере. Пули, вылетающие из его ствола, автоматически бьют по уязвимостям, наносят смертоносный урон и наделены эффектом «Резни». Вдобавок эта пушка превосходно жрет боеприпасы с самыми разными свойствами. Но есть и ложка дегтя: после каждого применения ты обзаводишься совершенно новым, несуществующим доселе страхом или слабостью. Скажем, начинаешь до одури бояться света, шарахаться от кораблей или паниковать при виде собак. И держатся эти фобии ровно шесть часов кряду.
— Если просто таскать эту бандуру в кобуре, негатива практически ноль. Разве что в горле пересыхает чаще обычного, но с этим вполне можно мириться. Не будь таланты этого револьвера калькой с моих собственных навыков и арсенала уже имеющихся у меня игрушек, я бы сам с потрохами купил его на месте. Тем более что барыга просил за него жалкие девять тысяч фунтов!
— Короче, расклад такой: полторы тысячи фунтов чистыми плюс наводка на этот револьвер в обмен на мое спасение. По рукам?
«Звучит более чем выгодно, да и к моему стилю боя подходит безупречно…» — Клейн благоразумно не стал бросаться на предложение с распростертыми объятиями, задав лишь один короткий встречный вопрос:
— Полторы тысячи фунтов?
— Ха-ха, я тут давеча прошвырнулся по кабакам и навестил с десяток корсаров. Надо признать, ребята оказались на редкость душевными: кто-то щедро отсыпал мне содержимое своих кошельков, а кто-то любезно одолжил собственные Потусторонние характеристики вкупе с головами. За одну-единственную ночь я настриг тысячу шестьсот монет! Дьявол, до чего же я обожаю эту пиратскую вольницу! — лицо Андерсона буквально лучилось искренним счастьем. — Сотню фунтов мне придется приберечь на билеты обратно в Туманное море, так что выложить могу лишь полторы тысячи.
«Тысяча шестьсот фунтов за одну ночь⁈ Местные пираты не только кишат тут, как тараканы, но еще и стоят баснословных денег, а то и сами набиты золотом под завязку?» — Клейна внезапно пронзило жгучее желание бросить якорь в этом городишке еще на пару-тройку дней.
Однако, здраво пораскинув мозгами и смекнув, что все легкодоступные и жирные мишени уже пущены в расход расторопным Андерсоном, он понял: повторить такой триумф будет задачей архисложной. Подавив укол горькой досады, юноша ледяным тоном поинтересовался:
— Устраивать кровавую баню в самом сердце пиратской вотчины… Вендетты не боишься?
— А с чего бы мне трястись? Даже будь они шестерками кого-то из адмиралов, мне глубоко плевать. Хе-хе, и сдается мне, тебе тоже. Если это псы Четырех Королей — тоже не беда. Мы вот-вот поднимем паруса и дадим деру. Пока слухи дойдут до их ушей, я уже успею сменить десяток посудин и столько же фальшивых личин! — беспечно отмахнулся Андерсон.
«Ну и какого дьявола ты опять накликаешь на себя беду…» — Клейн одарил его взглядом, полным затаенной жалости, и отрезал:
— По рукам.
— Ха-ха, вот тебе три сотни фунтов для ровного счета. Остальные тысячу двести придется немного подождать. Как только казна отстегнет награды за головы, а Потусторонние побрякушки уйдут с молотка, сразу же расплачусь. Не дрейфь, бабки будут уже сегодня, суммы там копеечные, — с этими словами Андерсон выудил из кармана внушительную, пухлую котлету банкнот, изрядно разбавленную сулями, и всучил ее Клейну.
Клейн, свято блюдя свою суровую личину, небрежно, лишь для вида пересчитал купюры. Распихав деньги по бумажникам и карманам, он без единой эмоции скомандовал:
— Ступай и купи два билета до Олави на завтрашний рейс.
Юноша благоразумно не стал разжевывать Андерсону прописные истины о маскировке. В конце концов, перед ним стоял матерый, прожженный жизнью Охотник, чей багаж опыта говорил сам за себя.
«Не будь у него за плечами солидного стажа и сокрушительной мощи, с его-то мерзкими повадками он бы уже давным-давно кормил крабов на дне какого-нибудь безымянного океана…» — не удержавшись, Клейн добавил едкую мысленную шпильку.
— Как скажешь. — Андерсон кивнул в сторону лестницы. — Составишь компанию за завтраком? Угощаю.
Клейн скупо кивнул, не найдя причин для отказа.
Спустившись на первый этаж, они направились к столику у самого окна. По пути им навстречу попался лакей, несущий на подносе белую фарфоровую чашку с ложечкой.
В то самое мгновение, когда они поравнялись, взгляд слуги внезапно остекленел. Выхватив чайную ложку, он без малейшего предупреждения, молниеносным и безжалостным ударом попытался вонзить ее прямо в горло Андерсону.
И хотя подобный выпад застал искателя сокровищ врасплох, реакция ничуть его не подвела. Резко отшатнувшись и отклонив корпус назад, парень виртуозно уклонился от этого сокрушительного удара.