Путешественник (ЛП), стр. 286

Фрэнк Ли медленно отнял руки от ушей и жадно, с хрипом втянул воздух, кое-как приходя в себя. Распластавшиеся по палубе матросы всё еще корчились в невыносимой агонии, однако их состояние хотя бы перестало ухудшаться.

— Мощь этого «Бессмертного Короля» поистине ужасает… Отразить ее попросту немыслимо. Немудрено, что он входит в Четверку Королей… — едва заметно нахмурившись, с тяжелым вздохом обронил Клейн.

И пусть за плечами сыщика имелся солидный багаж опыта и повидал он немало чертовщины, это был первый случай, когда он подвергся прямой, целенаправленной атаке полубога. Юноша с содроганием осознал: даже Агалито, замыкающий список Четырех Королей, заставил его сполна прочувствовать собственную хрупкость и абсолютную невозможность дать отпор.

«Учитывая отбитый нрав Агалито, не пустит ли он „Вестник Смерти“ в погоню? Конечно, скорее всего, этот ублюдок предпочтет дождаться возвращения „Мясника“ Гилхиса, но сбрасывать такой сценарий со счетов нельзя… А если он всё-таки сядет нам на хвост, я немедленно вознесу мольбу самому себе. Устрою ему через „Скипетр Морского бога“ знатную взбучку: скручу водоворот, нашлю ураган и устрою ковровую бомбардировку молниями…» — приняв это железобетонное решение, Клейн вновь устремил взор на «Адмирала Звезд» Катлею.

Лицо пиратской владычицы стало мертвенно-бледным, зато жуткие темные борозды исчезли без следа. Клубящийся вокруг нее ореол из звездных искр начал медленно, одна за другой, угасать.

Глава 645

Способ успокоиться

Едва мерцающий ореол из звездной пыли окончательно рассеялся, Катлея опустила голову и обратилась к только-только пришедшему в себя Фрэнку Ли:

— Успокой их.

Речь, разумеется, шла о матросах, всё еще корчившихся в невыносимой агонии.

Едва эти слова слетели с ее губ, как пиратка отступила назад, и створки окна с гулким лязгом захлопнулись.

В это самое мгновение Клейн краем глаза уловил, как снизу стремительно поползла ввысь изумрудно-зеленая лоза, слой за слоем пеленая фигуру «Адмирала Звезд».

Не почуяв ни малейшей угрозы или зловещей скверны, юноша инстинктивно рассудил: леди «Отшельник» просто пустила в ход некую мистическую технику для исцеления ран и восстановления сил.

«Таланты её собственного Потустороннего Пути? Или же в дело вступил один из её мистических артефактов? Она так безмятежно погрузилась в исцеление, спихнув всю эту кутерьму на палубе на Фрэнка… Неужто ни на йоту не боится, что „Вестник Смерти“ сядет нам на хвост? Как далеко, во имя всех богов, мы умудрились улететь во время того финального рывка „Будущего“?» — Клейн опустил затекшую шею и перевел взгляд на стоящего рядом старпома.

Этот «Эксперт по токсинам» и по совместительству первоклассный лекарь уже успел выудить из кармана брюк на подтяжках скрученную гибкую трубку. Один её конец венчал крошечный стеклянный флакон, а из другого торчала длинная, зловеще поблескивающая игла.

— Инъекционное успокоительное собственного разлива, — с вымученной усмешкой пояснил Фрэнк Ли, всё еще содрогаясь от пережитого ужаса.

«Помнится, я как-то закупался подобными штучками, но всё спустил „Живому мертвецу“ Маричу…» — бегло окинув взглядом палубу, Клейн заметил:

— Боюсь, на всех этого не хватит.

— О нет, это добро вовсе не для них. Сначала мне нужно привести в чувство одного помощника. А для остальных матросов у нас припасено пиво с отменным снотворным эффектом. Ха-ха, просто эти ребята, как напьются, вечно орут дурниной, вот я и взял за правило щедро сдабривать львиную долю бочонков кое-какими нужными добавками, — будничным тоном отозвался Фрэнк.

«Чуть что не так — сразу травит пойло…» — уголок губ Клейна едва не дернулся в нервном тике.

Именно в этот миг он наконец-то всем своим естеством осознал, насколько же титул «Эксперта по токсинам» бьет в десятку:

Только из-за того, что захмелевшие корсары слишком сильно шумели, этот безумец без зазрения совести накачал модифицированным транквилизатором почти все алкогольные запасы на судне. И ни грамма раскаяния, ни тени вины — словно это в порядке вещей, самая заурядная, обыденная рутина.

«С одной стороны — рубаха-парень, душа нараспашку, а с другой — монстр, от которого кровь стынет в жилах куда сильнее, чем от встречи с истинным дьяволом. Ведь он даже не способен взять в толк, что творит сущее зло… О милосердные боги, как Церковь Матери-Земли вообще умудрилась выкормить такого „сумасшедшего ученого“?» — титаническим усилием воли удержав ледяную маску, Клейн проследовал за старпомом. Вскоре в густой тени у переборки они отыскали корчащуюся боцмана Нину.

Пиратка, чьи выдающиеся формы сейчас извивались в невыносимой агонии, распласталась по доскам. Ее ногти с остервенением скребли палубу, издавая такой пронзительный, скрежещущий звук, от которого сводило зубы. Под пальцами девушки уже проступили глубокие, сочащиеся кровью борозды.

От одного лишь этого зрелища Клейн физически ощутил тупую боль в собственных руках.

— Герман, будь другом, подсоби! Прижми ее как следует, чтобы не дергалась, — Фрэнк многозначительно помахал зажатой в руке иглой с трубкой.

Сыщик не стал отнекиваться. Храня суровое молчание, он невозмутимо опустился на корточки и потянулся к плечам Нины, намереваясь намертво пригвоздить ее к палубе.

Но стоило его ладоням коснуться плоти, как пальцы предательски заскользили. Казалось, под руками бьется не женщина, а покрытая склизкой, омерзительной чешуей исполинская рыбина, удержать которую было попросту невозможно.

Впрочем, юноша мгновенно сориентировался. Пустив в ход идеальную координацию «Клоуна», он намертво вцепился в плечи боцмана.

Однако сила, с которой отчаянно вырывалась пиратка, оказалась поистине чудовищной, на голову превосходя возможности самого Клейна. Хватка стремительно слабела, пальцы начало сводить болезненной судорогой, и удерживать бьющуюся жертву становилось невыносимо тяжело.

«Как-никак, седьмая Последовательность Пути „Моряка“. А я-то отродясь не блистал грубой физической мощью… Эх, кабы этот проклятый „Ползучий голод“ не требовал регулярной кровавой дани, сейчас самое время было бы спустить его с цепи. Переключился бы на душу „Стального“ Маквити, врубил бы таланты „Живого мертвеца“ — и дело в шляпе…» — пока эти мысли молнией проносились в его голове, Фрэнк Ли шагнул вплотную, тяжело присел и со всего маху впечатал оба колена прямо в спину Нины.

Под тканью его рубашки буграми вздулись литые мышцы, и этот грубый, первобытный захват вмиг подавил любые попытки пиратки вырваться.

«А силенок у адептов Пути „Земледельца“, погляжу, тоже хоть отбавляй… Вот только, мистер Фрэнк Ли, с такими первобытными, дуболомными манерами обращения с дамами вам вовек не сыскать себе спутницу жизни… Хотя, кого я обманываю? Тебе на это глубоко плевать. Ты же, чего доброго, способен вырастить собственных отпрысков прямо на грядке…» — беззвучно потешаясь, Клейн наблюдал за тем, как старпом хладнокровно вгоняет иглу в тыльную сторону ладони Нины.

По мере того как спасительный транквилизатор вливался в вены, судороги Нины мало-помалу сошли на нет. Клейн разжал затекшие пальцы и выпрямился во весь рост.

Спустя пару секунд боцман, кое-как поправляя растрепанные волосы, неуклюже перевернулась и поднялась на ноги. Бросив на Фрэнка злой взгляд, она с досадой выплюнула:

— Какого дьявола ты вечно ведешь себя как неотесанный медведь⁈ Неужто нельзя было помягче?

С этими словами девушка брезгливо стряхнула руки, совершенно не пытаясь скрыть исказившую лицо гримасу боли.

В отличие от недавней подводной вылазки, теперь на ней была надета плотная льняная сорочка вкупе с коричневой курткой, из-за чего она ничем не выделялась на фоне заурядной портовой матросни.

Фрэнк, пропустив эти стенания мимо ушей, с искренним недоумением парировал:

— И в чем же я груб?

— Ладно, к черту эти пустые препирательства. Пора вытаскивать остальных.

— Тащи сюда бочонки с пойлом, будем заливать это снотворное им прямо в глотки.