Путешественник (ЛП), стр. 278

— Чуешь? Какой умопомрачительный, пьянящий винный букет! — полуприкрыв глаза, с фанатичным восторгом возвестил Фрэнк Ли. — У этой крошки вместо крови по жилам течет чистейшее красное вино! А заодно эта выпивка до краев напитана целой россыпью полезных веществ!

«…» Клейн внезапно осознал, что у него банально нет слов.

Окинув толпящихся вокруг матросов сияющим взглядом, Фрэнк вновь повернулся к Герману Воробью:

— А знаешь, что самое паскудное в открытом море? Это когда бочонки с пойлом уже пусты, а до берега еще пилить и пилить! Стоит лишь добиться, чтобы эти рыбки плодились как кролики и заполонили весь океан, и проблема решена навсегда! Куда бы мы ни заплыли, выпивка всегда будет под рукой! Да, мы выведем целую кучу разных пород: одни будут сочиться Ланчи, другие — Нибосом, третьи — красным вином, а четвертые — элем! Правда, для эля придется скрещивать акул да китов, иначе объема не хватит, не напьешься!

«А разве самая страшная беда в море — не нехватка пресной воды? Ах да, вы же, корсары, всё равно глушите эль вместо воды, потому что он не так быстро тухнет… Бедные, несчастные рыбы…» Пока Клейн лихорадочно соображал, как бы поизящнее ответить этому безумцу, на палубу поднялась «Адмирал Звезд» Катлея. Обогнув сыщика, она обратилась к своему старпому:

— Нина готова?

— Так точно! Уже уговорила целую бутылку Нибоса! — Фрэнк ткнул пальцем в густую тень, отбрасываемую парусом.

«Выходит, вся ее подготовка сводится к тому, чтобы нахлестаться фейсакского дистиллята? Того самого ядреного Нибоса, о который можно спички чиркать?» Клейна внезапно осенило: та самая мадам Нина, о которой толковал старпом, почти наверняка имеет фейсакские корни.

— Капитан, откровенно говоря, я бы предпочла бутылочку сунийского кровавого вина! — из спасительного полумрака неспешно вынырнул высокий женский силуэт.

Ростом она вымахала за метр восемьдесят. Золотистые волосы были небрежно стянуты в высокий хвост. Черты ее лица не поражали изяществом, однако в них кристально ясно читалась суровая фейсакская порода: мертвенно-бледная кожа и донельзя светлые глаза.

Облачена эта леди по имени Нина была в сплошной, плотно облегающий гидрокостюм из черного материала, до боли напоминающего рыбью кожу. Наряд сидел на ней как влитой, бескомпромиссным образом подчеркивая каждый изгиб ее горячей, роскошной фигуры.

Подобный фасон сам по себе источал дикую сексуальность, а уж выдающиеся габариты груди Нины и вовсе пробивали все мыслимые рамки приличия. Одному богу было известно, какие именно мысли роились в сальных взглядах пялящихся на нее корсаров.

Клейн, почувствовав легкий укол неловкости, уже было порывался отвести взгляд, но вовремя вспомнил: прожженный авантюрист Герман Воробей ни за что бы не стушевался, словно зеленый юнец. Пришлось слегка расфокусировать зрение и с каменным лицом уставиться прямо на лицо Нины.

— Герман, знакомься! Это наш боцман, Нина! А по совместительству еще и помощник штурмана. Ха-ха, и ее Последовательность как раз так и зовется — «Мореплаватель»! — Фрэнк Ли, верный себе, вывалил всю подноготную без малейшей утайки.

«А этот „Эксперт по токсинам“, погляжу, парень донельзя простодушный, если дело не касается его извращенной селекции… Точно, вспомнил. Эта Нина стоит три тысячи шестьсот фунтов, а кличут ее „Подводной убийцей“. Эх, столько розыскных листов через мои руки прошло, немудрено, что некоторые лица сразу и не всплывают в памяти…» Клейн, не отрывая взгляда от глаз пиратки, ровно, безэмоционально кивнул:

— Доброе утро, мэм.

Нина, не стирая с губ дерзкой улыбки, неспешно, с ног до головы смерила Клейна оценивающим взором:

— Доброе утро, мистер Воробей.

— До смерти любопытно узнать: эта «Вице-адмирал Болезнь» и впрямь настолько обворожительна, как брешут матросские байки?

Будучи пираткой, годами варившейся на самом дне иерархии, Нина привыкла рубить правду-матку, совершенно не стесняясь в делах любовных. Изначально она вообще собиралась в лоб спросить, неужто ее собственные прелести не впечатляют Германа Воробья, или же он попросту холоден как лед, раз стоит столбом и не пускает слюни. Однако, здраво рассудив, что перед ней стоит не кто иной, как чудовищно могущественный авантюрист, едва не снявший голову с самой «Девы Болезней», отбитый психопат, готовый в любую секунду выхватить ствол и открыть пальбу — она благоразумно прикусила язык. Проглотив сальные шуточки, девушка изящно свернула на тему «Вице-адмирала Болезнь».

«…И что прикажешь на это отвечать?» Клейн выдержал паузу и холодно процедил:

— Награда за ее голову воистину обворожительна.

Нина на долю секунды опешила, решительно не понимая, как парировать подобный выпад. Спасая положение, она повернулась к «Адмиралу Звезд»:

— Капитан, приступаем?

Катлея, в чьей голове внезапно, словно непрошеный гость, мелькнул размер ее собственной казенной награды, коротко кивнула:

— Приступай.

Едва это слово слетело с ее губ, как Нина в несколько широких шагов оказалась у фальшборта. Лихо оттолкнувшись правой рукой, она рыбкой сиганула прямо в океан. Словно исполинская черная рыбина, девушка мгновенно скрылась в пучине, стремительно уходя на глубину.

Вслед за ней с гулким плеском за борт обрушились еще несколько матросов, отправленных для боевого охранения.

«Надо же… Никакой тебе раскачки, нырнула как отрезала… А эта леди явно впитала в себя весь суровый дух Церкви Повелителя Бурь, истинный адепт Пути „Моряка“, ничего не скажешь…» — Клейн перевел взгляд на бушующие волны за бортом и вновь не удержался от пары глухих кашлей.

— Прихворнул? — в лоб поинтересовался Фрэнк Ли.

Клейн сдержанно кивнул:

— Немного.

Фрэнк на миг задумался и, даже не удосужившись бросить ни слова, с громким топотом умчался обратно в нутро корабля.

Стоящая поодаль «Адмирал Звезд» Катлея поправила на переносице тяжелую оправу очков и едва заметно усмехнулась:

— Фрэнк не только «Эксперт по токсинам», но и первоклассный лекарь.

«А я так и знал, что он шагает по Пути „Земледельца“…» — Клейн благоразумно не стал развивать тему. Застыв у борта, он приготовился дожидаться, пока Нина не завершит свою подводную разведку.

Катлея, почувствовав, как повисшая пауза наливается неловким напряжением, сделала пару шагов вперед и как бы невзначай обронила:

— Еще день, и мы окончательно сойдем с китобойного маршрута.

— Но ведь до тех самых вод пилить еще как минимум неделю, — немного поразмыслив, парировал Клейн.

— Это если тащиться строго по проторенной тропе. На деле маршрут забирает куда севернее, выписывая петли. Однако я знаю один потайной фарватер, который позволит нам добраться до нужного вам места всего за пару-тройку дней. — Взгляд Катлеи, пронзая толстые линзы, впился прямо в глаза Клейну, словно пиратка отчаянно пыталась выпытать, что именно ему известно об этих смертоносных пучинах.

Клейн выдержал паузу и бросил лишь две скупые фразы:

— Превосходно. Это именно то, что мне нужно.

— Вдобавок, тот океан соткан скорее из иллюзий, нежели из осязаемой тверди.

Катлея, глубокомысленно прищурившись, отвела взор и посмотрела на дверь, ведущую в трюм.

В этот миг оттуда с громким топотом вывалился Фрэнк Ли, сжимая в руке зеленоватое яблоко.

— А вот и еще один мой шедевр! Скрестил лекарственную микстуру с фруктом, чтобы лечение приносило одно удовольствие! — расплывшись в лучезарной улыбке, он всучил яблоко Клейну.

«…Боюсь, стоит мне откусить хоть кусок, и я прямиком отправлюсь на тот свет…» Клейн искоса покосился на «Адмирала Звезд». Заметив ее легкий, одобряющий кивок, он, скрепя сердце, но сохраняя на лице абсолютную невозмутимость, взял плод и отчаянно вгрызся в мякоть.

Вкус оказался на удивление заурядным, яблочным. Разве что сока было с избытком, да мякоть казалась слишком уж рыхлой.

Проглотив несколько кусков, сыщик с изумлением осознал: першение в горле бесследно улетучилось, да и кашель куда-то испарился.