Путешественник (ЛП), стр. 177
Завидев вошедшую рыжеволосую Элен, «Вице-адмирал Болезнь» Трейси приподняла левую руку и, с лукавой, едва уловимой усмешкой, поинтересовалась:
— Ну и как прикажешь тебя наказывать?
В пальцах пиратки зловеще покачивался черный кожаный хлыст.
«…Мэм, давайте обойдемся без этих ролевых игр…» — мысленно взмолился Клейн, отчаянно борясь с подкатывающей паникой с помощью внутреннего сарказма.
Он слегка вскинул глаза, а затем устремил на нее ледяной, лишенный малейших эмоций взор:
— Мое возвращение сюда — это уже величайшая кара. Всё остальное — лишь жалкие дополнения.
— Всё такая же строптивая, но вечно сомневающаяся… — Трейси грациозно поднялась. Ее высокая, точеная фигура, освещенная неверным пламенем свечей, казалась поистине дьявольски обольстительной, а пляшущие тени лишь подчеркивали каждый изгиб.
С затаенной, предвкушающей улыбкой она, поигрывая плетью, шаг за шагом приближалась к рыжеволосой Элен, не выказывая ни единой тени подозрений.
В это самое мгновение Клейн цепким взглядом выхватил одну деталь: на правом запястье пиратки сверкал тот самый, усеянный бриллиантами браслет.
Тот самый мистический артефакт, о котором упоминала Элен? Вещица, способная поглотить почти любой урон? Клейн, изначально планировавший броситься в атаку при первом же сближении, титаническим усилием воли заставил себя замереть и выждать.
— Надо же, они заковали тебя в кандалы. Как мило, мы ведь еще никогда не пробовали подобные игры, — с игривой улыбкой проворковала Трейси. Однако в ее лазурных глазах клубилась тьма, подобная океану перед сокрушительным штормом.
«Мэм, ваши реплики оставляют желать лучшего…» — Клейн лишь плотно сжал губы, предпочтя промолчать.
Трейси подошла вплотную. Плавно вскинув правую руку, она ласково провела пальцами по щеке пленницы, спускаясь всё ниже:
— Возвращение сюда — величайшая кара?
С этими словами ее взгляд затуманился пьянящей, гипнотической поволокой, источая запредельный соблазн:
— Сдается мне, в постели ты так не считала. И пусть поначалу ты вечно сопротивляешься, в итоге твоя страсть порой затмевает даже мою…
Не успели эти слова растаять в воздухе, как левая ладонь Клейна каким-то немыслимым, пугающим образом выскользнула из стального браслета. Молниеносным рывком он намертво вцепился в артефакт на запястье пиратки и с чудовищной силой сдернул его вниз!
В ту же долю секунды его руку окутало ослепительное золотое сияние, а в бездонно-изумрудных глазах, унаследованных от Элен, хищно сверкнули две разящие молнии.
В дело вступили «Ползучий голод» и «Ментальный прокол»!
А тот самый трюк с кандалами был не чем иным, как «Смягчением костей» из арсенала «Фокусника» — талантом, к которому сыщик прибегал крайне редко!
Юноша загодя выстроил безупречный, жесткий план действий: дождаться шанса остаться с «Вице-адмиралом Болезнь» Трейси один на один, а затем броситься в кровавую, беспощадную схватку, не сдерживая ни единого удара.
Лишь при таком раскладе теплилась робкая надежда одолеть пиратскую владычицу, нанести ей критический урон и захватить в плен.
Впрочем, если взять её живьем не выйдет, смерть пиратки его совершенно не расстроит. В спиритизме над серой мглой сыщик поднаторел изрядно, так что нужные сведения он выпотрошит из неё в любом случае. А уж работорговка никаких крох жалости и милосердия явно не заслуживала!
Вдобавок, дабы не посыпаться на обыске и не вызвать подозрений, из всего своего арсенала Клейн прихватил лишь «Ползучий голод» — вещь, идеально поддающуюся маскировке. Все остальные мистические артефакты остались дожидаться его в таинственных чертогах над серой мглой. Учитывая, что действовать приходилось в самом сердце «Черной смерти», в окружении целой своры вражеских Потусторонних, исход дуэли должны были решить секунды!
К тому же, молниеносный натиск был единственным способом обойти пугающие таланты «Девы Болезней».
Ведь в схватке с этой бестией время работало против него: чем дольше длится бой, тем тяжелее становятся симптомы и тем смертоноснее зараза!
В то самое мгновение, когда усыпанный бриллиантами браслет соскользнул с запястья Трейси, а в изумрудных зрачках Клейна полыхнули разящие искры, ослепительно прекрасная «Вице-адмирал Болезнь» застыла в секундном ступоре, лишь на чистых инстинктах попытавшись отшатнуться назад.
Пиратка попросту отказывалась верить, что покорная Элен посмеет поднять на нее руку, и что в арсенале беглянки таятся столь чудовищная реакция и могущество.
Глава 582
Провокация
Трейси увидела, как в прекрасных, подобных изумрудам глазах «Элен» внезапно вспыхнули две ослепительно-серебристые молнии, полностью заполонив всё ее поле зрения.
Ее изящно очерченный подбородок резко вздернулся вверх, словно она готовилась исторгнуть душераздирающий вопль.
Однако пиратка лишь застыла на месте, после чего разлетелась вдребезги, подобно иллюзии. Стоящее в комнате ростовое зеркало с оглушительным треском раскололось, стремительно осыпавшись на пол сверкающей крошкой.
Магия подмены через зеркало!
Силуэт Трейси, облаченной в белоснежную сорочку, кремовые брюки и лакированные сапоги, соткался в углу по ту же сторону, где стояло зеркало. Не успела она даже перевести дух, как слух резанул тяжелый, гулкий топот. Рыжеволосая Элен, чьи юбки развевались позади, подобно неумолимой боевой колеснице неслась прямо на нее. Перчатка на левой руке нападающей отливала мертвенной бледностью с легким зеленоватым оттенком.
Клейн уже переключился на душу «Живого мертвеца». Его мышцы налились свинцовой твердостью, а физическая мощь многократно возросла.
Взметнув кружева на манжетах, он намертво сжал кулак и, подобно кузнечному молоту, обрушил его на «Вице-адмирала Болезнь».
Бам! Бам! Бам!
И пускай сыщик по-прежнему сохранял женственный облик, двигался он с первобытной яростью дикого зверя. Жесткие, безжалостные удары руками и ногами сыпались один за другим, заставляя Трейси уйти в глухую оборону. У нее банально не оставалось ни единой секунды, чтобы пустить в ход иные Потусторонние таланты.
Не будь фундаментом «Демонессы Боли» девятая Последовательность «Ассасин», наделяющая владелицу поистине немыслимым мастерством рукопашного боя и уклонения, этот шквал атак уже гарантированно нанес бы ей сокрушительный урон.
Бам! Бам! Бам!
Кулаки Клейна источали морозную дымку. Каждое соприкосновение заставляло «Деву Болезней» мелко содрогаться, а на ее коже стремительно нарастала ледяная корка.
Так проявлялась власть «Живого мертвеца» над стихией мороза!
Физически ощущая, как стынет в жилах кровь, Трейси отбросила колебания и намеренно приняла один из ударов на себя.
Ее побледневшие губы приоткрылись, исторгнув пронзительный, беззвучный визг.
Вслед за этим воплем из недр ее тела вырвался иллюзорный, призрачно-синий ореол. Всюду, где он прокатывался, пространство стремительно сковывало многослойным льдом.
За какие-то жалкие секунды они оба оказались заперты в эпицентре ледяного царства. Со всех сторон их обступили толстые, прозрачные глыбы льда, щедро припорошенные мягким белым инеем. И пускай противников разделяли считанные дюймы, чтобы добраться друг до друга, теперь требовалось проломить эту монолитную преграду.
На ослепительно прекрасном, дышащем дерзкой красотой лице Трейси расцвела торжествующая улыбка, а ее тело от самых костей до кончиков пальцев окуталось безмолвным черным пламенем.
Этот огонь принялся стремительно плавить сковавший ее лед, прокладывая дорогу для ответного удара «Девы Болезней» и позволяя ей перехватить инициативу.
Но в этот самый миг она увидела, как вечно робкая и безвольная Элен с абсолютно невозмутимым лицом звонко щелкнула пальцами.
Неприметная спичка внезапно вспыхнула. Ввысь взметнулся ревущий багровый поток, в мгновение ока поглотивший силуэт в длинном платье.
Зрачки Трейси сузились в иглы, а духовная интуиция забила в набат, пророча неминуемую беду.