Безликий (ЛП), стр. 465
Осознав всю тщетность атак, Клейн без секундных колебаний развернулся и бросился наутек. Мистер А же, тяжело и с присвистом дыша, вновь склонился к земле, жадно слизывая исторгнутые ранее ошметки внутренних органов.
Разрываемый приступами кашля и чихания, Клейн мчался как пьяный, спотыкаясь, кренясь из стороны в сторону и то и дело уходя в перекаты.
Наконец он добрался до самого края — впереди зиял отвесный, пятидесятиметровый обрыв.
Далеко внизу, на дне пропасти, несла свои мутные, но обманчиво спокойные и широкие воды река Тассок.
Не раздумывая ни мгновения, юноша с силой оттолкнулся от края и прыгнул в бездну.
Тело стремительно полетело вниз. В животе всё скрутило от дикого, пронизывающего чувства невесомости свободного падения.
Рассекая воздух, он отчаянно пытался сгруппироваться прямо в полете, выстраивая безупречную, эталонную позу для прыжка в воду.
Кхе! Апчхи!
Проклятая болезнь грубо оборвала его сальто в три с половиной оборота на самой середине. Руки и ноги наотрез отказались повиноваться, не позволив выпрямиться должным образом.
Шмяк! Сокрушительно впечатавшись в водную гладь, он в то же мгновение расплющился, обернувшись тонким листом бумаги.
Картонка стремительно намокла, безвольно закачавшись на волнах.
А чуть поодаль, в темной речной толще, соткался силуэт Клейна. Парня била мелкая, неудержимая дрожь.
Одежда насквозь пропиталась ледяной водой. Та же участь постигла и оставшихся бумажных марионеток, и пачку банкнот в бумажнике.
«Оторвавшись от мистера А, хвори вроде бы слегка отступили…» — с содроганием и липким страхом на душе мысленно констатировал он.
Не утихни кашель с чиханием в самую последнюю секунду, он бы попросту не успел пустить в ход подмену! Рухнул бы с такой высоты, отбил все внутренности и мгновенно испустил дух. Впрочем, при таком фатальном исходе шанс на воскрешение был бы практически стопроцентным.
Энергично работая ногами, Клейн силой мысли сформировал во рту невидимую полую трубку. Выведя её конец над поверхностью воды, он жадно глотнул свежего воздуха.
Тот самый коронный номер «Фокусника» — «Дыхание под водой»!
Юноша ритмично вдыхал ртом и выдыхал носом, пуская пузыри прямо в толщу реки, дабы не отравлять незримый канал отработанным воздухом.
Одновременно с этим он бесшумно, словно тень, заскользил к спасительному берегу, отчаянно уповая на то, что речные воды окончательно собьют мистера А со следа.
«Какая досада, что здесь глухая глушь, а не шумный город. Таланты „Безликого“ тут бесполезны, иначе, растворившись в толпе, я бы навсегда исчез с его радаров…» — на одних инстинктах, мерно рассекая воду, прокручивал в голове сыщик.
И эта мимолетная мысль вдруг вытащила на поверхность одну пугающую, упущенную деталь: мистер А ведь уже демонстрировал таланты управления ветром!
«Как правило, подобные фокусы — монополия Пути Повелителя Бурь… А эта стезя славится не только властью над ураганами, но и безупречным господством над водной стихией! Они непревзойденные мастера подводного боя… Подводного боя! Этот „Пастырь“ — воистину всеобъемлющий, непобедимый монстр!» От этого леденящего озарения сердце Клейна едва не остановилось.
Отбросив всякую маскировку, он изо всех сил, судорожным рывком рванул к поверхности!
Едва вынырнув и приблизившись к берегу, он тут же наткнулся на немыслимо прекрасное, до жути демоническое лицо мистера А. Вот только теперь его скулы сплошь покрывала рыбья чешуя, а на шее гротескно пульсировали жаберные щели.
Уголки губ мистера А, чья алая мантия раскинулась по водной глади, изогнулись в садистской ухмылке, а во взгляде полыхала первобытная, почти осязаемая ненависть.
«Биться! Остается лишь биться насмерть! Нужно продержаться до прибытия церковной подмоги или пока мистер Азик не вырвется из ловушки!» — почувствовав, что путы болезни слегка ослабли, Клейн без малейших колебаний вскинул правую руку, изготовившись щелкнуть пальцами.
Но именно в эту секунду они оба — движимые одним лишь первобытным инстинктом — резко вскинули головы, устремив взоры в небеса.
Прямо над ними стремительно соткался изящный, дышащий женственной мягкостью силуэт.
Незнакомка была облачена в темную мантию с глубоким капюшоном. Ее абсолютно пустой, застывший взгляд безотрывно сверлил мистера А.
И тут на глазах у ошеломленного Клейна сектант уподобился карандашному наброску, который невидимая рука безжалостно и стремительно стирает резинкой. Не в силах оказать ни малейшего сопротивления, мистер А просто исчез. Лишь его взгляд — дикая смесь растерянности, нежелания мириться с судьбой, первобытного безумия и глухого отчаяния — намертво впечатался в память единственного зрителя этой сцены.
«Это… это что за непостижимый уровень⁈ Что за первозданная мощь!» — едва эта мысль успела молнией пронестись в голове юноши, как призрачная фигура медленно повернула голову, посмотрев прямо на него.
Взору предстало невероятно красивое, но пугающе-застывшее лицо. Бездонные темные глаза казались глубокими, словно ночной океан, однако в них не теплилось ни единой искры разума.
Сердце Клейна забилось в бешеном, рваном ритме. Он уже приготовился к тому, что сейчас точно так же безмолвно сгинет в небытии, не имея даже призрачной гарантии на воскрешение. Как вдруг уголки губ незнакомки медленно, почти неуловимо дрогнули и поползли вверх, сложившись в тихую улыбку.
«Улыбка?» — юноша впал в полнейший ступор, всерьез усомнившись в собственной адекватности.
Не дав ему и шанса прийти в себя, таинственный силуэт мгновенно померк и растаял без следа. Вокруг воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь мерным, равнодушным плеском речной воды.
Снедаемый растерянностью и недоумением, Клейн доплыл до берега и с трудом выбрался на сушу. Окинув взглядом окрестности, он обнаружил себя в невероятной глуши: ни тропинок, ни единой живой души — лишь слегка мутные воды реки продолжали свой вечный, неизменный бег.
«Неужели всё кончено? Мистер А вот так просто испустил дух? И кто, во имя всех богов, была та леди? Стереть в порошок „Пастыря“ так стремительно, что тот даже пикнуть не успел… А потом она улыбнулась мне… улыбнулась… Быть может, это была не „она“, а „Она“? Но ведь в Трех Великих Церквях нет ангелов, ступающих по земле, кроме фигур уровня самих Пап! Да и Папе совершенно нечего делать здесь, в Баклунде…» — Клейн решительно отказывался верить, что смертельная угроза миновала столь легко.
Титаническим усилием воли усмирив бушующие мысли, он наконец-то нащупал твердую почву под ногами и осознал:
'Должно быть, это и впрямь могущественный мастер из Церкви. Подоспела как раз вовремя и вырвала меня из лап смерти.
'Не подкинь я заранее весточку мисс «Справедливости», церковные ищейки ни за что бы не поспели к развязке. И тогда я почти стопроцентно сложил бы голову от рук мистера А, даже не зная, сработает ли воскрешение…
'Впрочем, здесь есть и моя заслуга: я бился до последнего, оттягивая развязку и выигрывая драгоценные минуты.
«Неплохо сработано…»
С облегчением переведя дух и глухо кашлянув пару раз, Клейн принялся искать дорогу назад к цивилизации.
…………
— Изгнание!
Мужчина в золотой маске властно указал на Азика Эггерса, швырнув его силуэт прямиком в зияющую пустоту, отправляя в неизвестном направлении.
Вслед за этим он круто развернулся, встретившись с хмурым, недовольным взглядом Инса Зангвилла.
— Время вышло, нам ни за что не прикончить его так быстро! Нужно немедленно замести все следы, и изгнание — наш единственный выход! Или ты горишь желанием, чтобы церковники раскопали наши тайны? — раздраженно, с нажимом процедил обладатель золотой маски.
Инс Зангвилл, подавив сомнения, согласно кивнул. Развернувшись, он шагнул к прекратившему строчить перо «0–08» и мертвой хваткой сгреб артефакт.
Походка бывшего архиепископа была слегка неуклюжей и шаткой — у самых щиколоток гармошкой сбились изодранные в пылу схватки брюки.