Безликий (ЛП), стр. 357
Стоило Клейну лишь бросить на него взгляд, как перед мысленным взором калейдоскопом заплясали самые низменные, самые удушающие страсти и желания живых существ:
Ужас, ярость, алчность, зависть, голод, вожделение — и многие, многие другие.
Апостол Желаний не стал упускать столь искусно выкованный шанс и без малейших промедлений ворвался в жилую комнату.
В этот критический миг из всей троицы Каслана пребывала в глубоком обмороке после эмоционального срыва, Айзенгер Стентон из-за перебитого позвоночника полностью лишился боеспособности, и лишь Клейн оставался цел и невредим.
Увы, за исключением верного револьвера и запаса Потусторонних патронов, все его магические артефакты остались в чертогах над серой мглой. А против него возвышался мастер пятой Последовательности — грозный Апостол Желаний, вырастивший адского пса!
И в этот самый миг уголки губ Клейна едва заметно дрогнули в легкой улыбке.
Его правая рука, бережно придерживавшая Айзенгера за спину, совершила резкое, неуловимое скользящее движение прямо по ране. И жуткая, глубокая вмятина на позвоночнике самым причудливым образом сместилась вбок, перейдя на одно из ребер!
Так сработал самый поразительный, самый спасительный фокус в арсенале Фокусника:
«Перенос урона»!
Эти чары позволяли сместить увечье в пределах собственного тела цели, превращая смертельное ранение в легкую травму — пусть и без возможности перекинуть боль на посторонние предметы или других людей!
Едва завидев раненого Айзенгера Стентона, Клейн в мгновение ока выстроил в голове безупречный план:
Сперва искусно разыграть панику и бессилие, дабы выманить Апостола Желаний на свет. А затем перенести рану сыщика, оставив ему лишь пустяковый перелом ребра. Клейн ни на йоту не сомневался: избавившись от парализующей агонии, Айзенгер на одних животных инстинктах самосохранения тут же ринется в бой против дьявола.
И тогда, даже почуй Апостол Желаний неладное, разорвать дистанцию он уже попросту не успеет! Клейну останется лишь завершить свой «фокус» и плечом к плечу с великим сыщиком связать врага боем, удерживая его на месте до прибытия подкрепления!
И в ту же секунду на перстне Айзенгера, по-прежнему направленном в сторону двери, вспыхнуло изумрудное, дышащее первозданной жизнью сияние. Тело великого сыщика окутала мягкая, призрачная аура, и раны принялись стремительно затягиваться.
Перелом ребра мгновенно сросся без следа.
Вся его агония мгновением ранее была чистейшей правдой, а вот полная беспомощность — лишь искусным блефом!
Увы, этот спасительный маневр наложился точь-в-точь на фокус самого Клейна.
Уже приготовившийся нанести добивающий удар Апостол Желаний опешил. Его леденящие синие глаза удивленно округлились, а сам он резко замер на месте.
Осознав, что его так никто и не связал боем, дьявол без секундного промедления крутнулся на пятках и пулей бросился к распахнутому окну.
Прямо на бегу его плоть и кости начали стремительно распадаться, плавясь и перетекая в вязкую черную жижу.
Впитавшись прямо в половицы и просочившись сквозь каменную кладку стен, черная слизь бесследно растаяла.
Клейн успел лишь вскинуть правую руку и громко щелкнуть пальцами.
Воздушная пуля со свистом прошила оконную раму и унеслась на улицу, высекши сноп искр на брусчатке, однако Апостол Желаний к тому моменту бесследно растворился во мраке.
«Удирает со всех ног, ни секунды не колебался… Тоже мне дьявол… Ну и кашу мы заварили…» — уголок губ Клейна предательски дернулся, и он обернулся к резво поднявшемуся с пола Айзенгеру Стентону.
Великий сыщик в этот момент как раз устремил на него ответный взгляд.
— Ты владеешь исцелением?
— Ты владеешь исцелением?
Оба спросили одновременно, выплюнув абсолютно идентичный вопрос.
Переглянувшись, Айзенгер сокрушенно покачал головой и горько усмехнулся:
— Кто бы мог подумать, что моя собственная ловушка в итоге и упустит этого мерзавца.
Пока перстень на его руке продолжал испускать тусклое изумрудное сияние, он быстро прочесал комнату цепким взглядом, окончательно убеждаясь, что Апостол Желаний скрылся далеко за пределами оцепления.
Сыщик торопливо пояснил:
— Сегодня после полудня у меня не было ни единого шанса скопировать или воспроизвести хоть какие-то исцеляющие чары. Однако чуть позже я резонно рассудил, что могу использовать это бессилие как наживку. Решил притвориться тяжело раненым, дабы выманить Апостола Желаний на свет, а потому и велел наложить столь жуткую, пугающую повязку.
Он легонько ткнул пальцем в сторону ватной подкладки под рукавом пальто у левого плеча.
— Как видишь, спектакль сработал безупречно. Вот только я и представить не мог, что ты и сам виртуозно владеешь искусством исцеления, и в итоге… — Айзенгер тяжело, с надрывом вздохнул.
А в итоге оба в первую же долю секунды бросили все силы на «исцеление», напрочь позабыв о том, что врага необходимо связать боем. Дьявол мигом почуял неладное и без оглядки дал деру.
«И у меня, и у Стентона припасено по тузу в рукаве, о которых Апостол Желаний даже не догадывался. Каждый из нас отчаянно пытался обвести его вокруг пальца и заманить в капкан, но наши козыри просто взаимоуничтожились, подарив врагу свободу… Это и есть то самое знаменитое „плюс на плюс дает минус“?» — Клейн бессильно, с легкой досадой улыбнулся:
— Всё из-за того, что мы слишком плохо знаем друг друга. Нам банально не хватило слаженности.
— Нет, вина целиком лежит на мне, — искренне отозвался Айзенгер. — Заметив, что ты и не думаешь спасаться бегством или уходить в глухую оборону, а спокойно приближаешься подмогнуть, я обязан был дедуцировать истину. Должен был сообразить, что ты не паникуешь, уверен в собственных силах и у тебя припасен спасительный козырь. Увы, пока этот перстень красуется на моем пальце, мой мозг пашет на таких запредельных скоростях, что котелок буквально плавится. В подобном состоянии отвлекаться на сторонние мелочи невероятно трудно.
«Выходит, запечатанный артефакт „2–081“ ко всему прочему наделяет своего носителя еще и побочным эффектом в виде банального снижения интеллекта?..» — Клейн понимающе кивнул:
— Мистер Стентон, сейчас не время искать виноватых. Апостол Желаний ушел, и нам нужно как можно скорее решить, что делать дальше.
Айзенгер, стягивая перстень с пальца, повернулся к выходу из жилой комнаты и проговорил:
— Официальные Потусторонние будут здесь с секунды на секунду. Я спущусь вниз, чтобы утихомирить Стюарта и остальных, а затем мы вместе составим план. Ты присоединишься ко мне, или тебе нужно сперва уладить свои дела?
«Официальные Потусторонние… Ранее мистер Стентон упоминал Ночных Ястребов, Сердце Механизмов и военных… Умоляю о покровительстве Богини, хоть бы среди них не оказалось старых знакомых… Впрочем, интуиция молчит, так что прорвемся… А ведь старый лис Стентон умышленно дает мне драгоценные минуты, чтобы я успел припрятать все сомнительные вещицы и уберег себя от лишних вопросов недружелюбных ищеек закона…» — в голове Клейна за долю секунды пронеслось множество мыслей, и он деловито спросил:
— Мистер Стентон, когда вы только-только вычислили точные координаты Апостола Желаний, где именно он затаился?
Айзенгер ненадолго задумался и ответил:
— В твоей спальне. Устроился прямо за твоим письменным столом.
— … Какая запредельная наглость… — Клейн указал пальцем на дверь и спокойно произнес:
— Я поднимусь туда и всё осмотрю, вдруг там остались какие-то следы.
— Если мы сумеем выяснить истинный облик Апостола Желаний, выследить и поймать его будет несравненно проще.
— Всё остальное я оставляю на вас.
— Договорились, — Айзенгер отошел в сторону и бережно поддержал вконец обессилевшую Каслану.
Глядя на эту сцену, Клейн ощутил невольный укол иронии:
Они так долго и тщательно всё обсуждали, подготовили спасительные планы и даже искусно расставили капканы, а в итоге так и не смогли удержать Апостола Желаний, доведя дело до столь плачевного исхода… Непредвиденных случайностей всегда больше, чем приготовлений… Немудрено, что Фокусник — всего лишь седьмая Последовательность…