Безликий (ЛП), стр. 323
«Характеристика покойного Потустороннего кристаллизуется, заменяя собой основные ингредиенты зелья?» — в этот миг в голове Форс словно полыхнула ослепительная молния, разом пролив свет на множество неразрешимых загадок прошлого.
«Так вот почему мадам Анлиса завещала мне тот браслет… Это была ее собственная Потусторонняя характеристика… Выходит, любой Потусторонний в глазах окружающих — не более чем ходячий, осязаемый набор редчайших ингредиентов… До чего же это жутко…» — Форс судорожно сжала кулаки, физически ощущая, как весь сверхъестественный мир с самого своего основания дышит первобытным, леденящим кровь безумием.
Впрочем, осознание того, что ее собственная сила произросла из поглощенного наследия покойной наставницы, не вызвало у нее отвращения. Напротив, на душе стало на удивление тепло и умиротворенно.
После смерти матери и до встречи с Сио мадам Анлиса оставалась единственным человеком, подарившим ей искреннюю заботу и тепло. А потому возможность унаследовать ее сокровище, позволив покойной наставнице навеки остаться частью ее собственной души, виделась ей грустным, но невероятно нежным опытом.
— Так вот в чем суть закона сохранения и неуничтожимости Потусторонних характеристик… Иными словами, то, что осталось после гибели «Шерифа», полностью покрывает все основные материалы для зелья этой ступени? — Форс поспешила озвучить вопрос, надеясь окончательно развеять последние сомнения.
— Именно так, — кивнула Одри, чьи мысли в этот миг тоже унеслись к Сио.
«Фокусник» Форс мгновенно поднялась с места и склонилась в глубоком, почтительном поклоне перед величественной сущностью, взирающей на них с недосягаемой высоты:
— Господин Шут, смею ли я просить вашего благословенного придержать характеристику «Шерифа»? Я всем сердцем жажду ее выкупить, но моих сбережений пока катастрофически не хватает. Могу я просить о недельной отсрочке?
— Дозволяю, — отозвался Клейн, всем своим видом демонстрируя абсолютное, божественное безразличие к столь ничтожным мирским делам.
Форс с облегчением выдохнула и поспешила спросить:
— Какую сумму в золотых фунтах желает получить ваш благословенный?
«Ингредиенты, соответствующие восьмой Последовательности, обычно стоят около трехсот фунтов за штуку…» — Клейн слегка улыбнулся и произнес:
— Шестьсот фунтов.
Назвав цену, он тут же перевел разговор на другую тему, всем своим видом демонстрируя полное равнодушие к Потусторонним характеристикам столь незначительного, восьмого ранга.
Окинув взглядом собравшихся, Шут взмахнул рукой и заставил материализоваться в воздухе несколько листов пергамента:
— Здесь приведена расшифровка некоторых сокрытых символов Рассела. Считайте это безвозмездным даром, который облегчит вам поиски и сбор его дневников.
На пергаменте были запечатлены обозначения цифр, а также структура записи дат: дней, месяцев и лет.
Клейн решил поделиться этими знаниями с членами Клуба Таро прежде всего для того, чтобы уберечь их от покупки подделок в будущем.
«Зная хотя бы структуру записи дат, они смогут мгновенно отсеять львиную долю фальшивок…» — мысленно усмехнулся юноша.
«Справедливость» Одри и остальные были несказанно удивлены и обрадованы столь щедрым и неожиданным даром под занавес встречи. И пусть они сразу заметили, что представленные символы — самые простые из всей системы Рассела, каждый из них свято верил: положено отличное начало. А раз случился первый шаг, то непременно последуют и второй, и третий!
Спустя еще некоторое время, когда обмен мнениями окончательно иссяк, Клейн неторопливо, с мягким умиротворением в голосе произнес:
— На сегодня наше собрание подошло к концу.
— Повинуемся вашей воле, — Одри, Элджер и остальные синхронно поднялись из своих кресел и почтительно склонились в прощальном поклоне.
Вспышки глубокого багрового света беззвучно растаяли в воздухе, и величественные чертоги над серой мглой вновь погрузились в свой первозданный, незыблемый покой. В опустевшем монументальном зале остался лишь Клейн, вальяжно восседающий в одиночестве на высоком кресле Шута.
Глава 396
Братство Чистого Света
Вернувшись в реальный мир, Форс села за письменный стол и какое-то время отрешенно размышляла о семье Авраам, обретая совершенно новое понимание скупых обрывков сведений, разбросанных по оккультным записям.
«Так вот оно что… — тихо пробормотала Форс. — Неудивительно, что мадам Анлиса не захотела сообщать мистеру Лоуренсу о кончине своего мужа, да и о собственной смерти… Если подумать, семья Авраам воистину достойна лишь жалости и скорби…» Пошептав это себе под нос, она выудила из груды заурядных романов и справочников ту самую рукопись «Сведения о духовном мире», намереваясь переписать первую и вторую главы.
Чтобы приступить к работе, она погрузилась в медитацию и выровняла дыхание, стремясь привести себя в безупречное состояние. В противном случае даже простое переписывание «Сведений о духовном мире» грозило налить рассудок тяжелой раздражительностью и погрузить в хаос.
«Эти слова явно лишены всякой мистической силы, но стоит им сложиться в описание тех гротескных, абсурдных картин, как они тут же обретают пугающую способность влиять на человеческие эмоции… Буду отдыхать по пять минут после каждой пятиминутки работы. Меньше всего на свете мне хочется потерять контроль…» Вытащив изящные маленькие карманные часы, Форс аккуратно положила их на край стола перед собой.
…………
Город Серебра. Дом семьи Берг.
Деррик проснулся, и в его глазах отразились сполохи молний, озаряющих всё вокруг.
Оглядевшись по сторонам, он не почувствовал, что за ним наблюдают.
Однако безупречные умозаключения господина Повешенного и его непоколебимая, ледяная уверенность убедили Деррика: моряк стопроцентно прав. А значит, прямо сейчас, сокрытые в тени, за ним пристально следят один или несколько Потусторонних, наделенных специфическими способностями.
«К тому же господин Шут никак не оспорил эти слова…» — подумал Деррик. Сбросив одеяло, он поднялся с постели и принялся привычно разминать затекшие суставы.
Перед его мысленным взором мгновенно воскресли подробные наставления и советы господина Повешенного:
'Раз тебя до сих пор никто не побеспокоил и не бросил в темницу Круглой Башни, это доказывает лишь одно: ваш Вождь и остальные старейшины Совета Шести предпочитают выжидать. Они надеются, что Амон — первый живой человек, встреченный ими за две с лишним тысячи лет — поможет Городу Серебра вырваться из Земли, покинутой богами.
'Поэтому, пока ты не натворил глупостей и не перешел черту, они ни за что не станут действовать опрометчиво, дабы Амон не почуял подвоха.
'Из этого следует, что соглядатаи не посмеют подобраться близко — по крайней мере, пока ты бодрствуешь.
'Именно благодаря этой дистанции они, скорее всего, проглядели тот момент, когда ты выкашлял Червя Времени. Их дальнейшее поведение служит тому лучшим подтверждением.
'Точно так же они способны лишь зафиксировать сам факт проведения ритуала, но не в силах разгадать, к кому именно ты взываешь. Будь я на их месте, непременно заподозрил бы здесь руку Амона.
«Опираясь на эти выводы, ты можешь открыто провести ритуал дарования, а все последствия впоследствии свалить на Амона. Разумеется, действовать надлежит с предельной осторожностью. Будь готов к тому, что после завершения спектакля тебя отправят на проверку к Психоаналитику или иным Потусторонним смежных Последовательностей. И в этом вопросе ты вполне можешь уповать на милость господина Шута…»
Следуя советам господина Повешенного, Деррик сделал пару кругов вокруг стола, после чего с величайшей осторожностью прикрыл окно, запалил свечи и принялся обустроить алтарь для ритуала дарования.
…………
Чертоги над серой mглой. Величественный древний замок.
Клейн от безделья лениво разглядывал монументальные колонны, подпирающие величественные своды. Ему подумалось, что этот дворец, сотворенный его собственной волей, разительно напоминает афинский храм.