Безликий (ЛП), стр. 299

'Заповеди Фокусника:

Никогда не выходи на сцену без подготовки;

Бросай вызов невозможному, даже если финальный триумф — лишь искусная иллюзия'.

В его понимании именно эти два постулата служили абсолютным стержнем. Ухватившись за них, он брал под контроль само ядро своей силы, а всё остальное оставалось лишь приятным дополнением и шлифовкой.

'3. Чаще бери инициативу в свои руки и устраивай шоу;

Изо всех сил стремись сорвать зрительские овации;

Виртуозно управляй вниманием своей цели'.

……

Отложив темно-красное перо, Клейн еще раз скрупулезно, от начала до конца пробежался глазами по списку, вынося окончательный вердикт:

«Если исправно отыгрывать роль в повседневной рутине, приправив это тремя-четырьмя масштабными, проактивными „выступлениями“, я стопроцентно переварю зелье „Фокусника“ еще до наступления Нового года. А если посреди этого пути выгорит еще один дерзкий бросок с вызовом невозможному, то процесс и вовсе пойдет вскачь… Что ж, именно на такие темпы я и рассчитывал».

До первого января 1350 года оставалось примерно пара месяцев.

Покончив с делами, юноша устало потер виски, морально готовясь к возвращению в суровую реальность.

Бережно рассовав карту «Темного Императора», флакончик с биологическим токсином и прочие артефакты по местам, он внезапно издал тихий смешок, щедро приправленный горькой самоиронией:

— Бросать вызов невозможному… Разве это не изощренный способ свести счеты с жизнью?

Пока эхо этих слов всё еще перекатывалось под сводами храма, силуэт Клейна бесследно растворился в чертогах над серой мглой.

В убогом, дешевом номере гостиницы в районе Баклундского моста парень резко распахнул глаза. Первым, что выхватил взор, было тусклое пламя свечи от того самого парадоксального ритуала призыва самого себя.

Сноровисто зачистив все следы таинства, сыщик натянул добротную рабочую куртку, на которую только что спустил четыре суля, и подошел к окну.

Подхватив заранее припасенный стаканчик сладкого чая со льдом, он устремил взгляд на собственное размытое отражение в темном стекле. Губы изогнулись в искренней, неподдельной улыбке, и он едва слышно прошептал:

— До дна.

С этими словами юноша легонько чокнулся стаканом о стекло, властно вздернул подбородок и залпом осушил напиток.

Вслед за этим он неспешно покинул гостиницу. Соседние газовые фонари уже вовсю полыхали светом, а снующие мимо пешеходы и экипажи были поглощены своей привычной суетой, ни сном ни духом не ведая о грандиозном взрыве на границе районов Джовуд и Западного.

Прогулочным шагом Клейн добрался до окрестностей бара «Храбрец». Слегка попетляв для отвода глаз, ровно в семь часов пятьдесят восемь минут он выбил условный стук на двери дома, где старец Око Мудрости проводил свои тайные сходки Потусторонних.

Нацепив на лицо неизменную железную полумаску и облачившись в просторную мантию с капюшоном, юноша виртуозно слился с толпой, всем своим видом изображая самого заурядного, ничем не примечательного гостя.

…………

Тем временем Сио, по своей неизменной привычке совершавшая вечерний обход тайных точек связи, наткнулась на знак, которого отродясь не видела в этих краях.

Этот символ принадлежал тому самому мужчине в золотой маске, который действовал через посредника на собрании мистера А и продал ей рецепт эликсира «Шерифа».

И это был знак экстренного сбора!

«До сих пор он ни разу не выходил на связь, да и я благополучно делала вид, будто мы вообще не знакомы… С чего бы вдруг такая спешка?..» — поразмыслив, девушка всё же рассудила, что стоит сходить на разведку.

— Тот самый мужчина в золотой маске клятвенно обещал подкидывать ей поручения, дабы она смогла скопить деньжат и выкупить у него соответствующие Потусторонние материалы.

Приняв решение, Сио сменила дислокацию и оставила ответную метку, назначив время и место для рандеву.

Спустя полчаса в глухом, но изобилующем путями к отступлению переулке девушка, добрых минут десять просидевшая в засаде и дотошно сканирующая округу, наконец-то выскользнула из укрытия и направилась к дожидающемуся мужчине в золотой маске.

Незнакомец всё так же щеголял в безупречном черном фраке. Его светло-карие глаза скользнули над макушкой миниатюрной девушки, и он произнес:

— Для вас появилась работенка.

— Уровень риска и размер гонорара? — деловито, со знанием ремесла уточнила Сио.

Мужчина легким жестом поправил свою отливающую тусклым золотом маску:

— С одной стороны, дело пустяковое. А с другой — может обернуться колоссальной, смертельной угрозой. Тут всё всецело зависит от того, насколько ювелирно вы сработаете.

— В качестве аванса предлагаю тридцать фунтов. Если же вам удастся раздобыть по-настоящему стоящие сведения, я готов выдать вам один из Потусторонних материалов для зелья «Шерифа» напрямую, минуя оплату монетой.

— И в чем же суть поручения? — Сио слегка сдвинула брови на переносице.

Взгляд мужчины в золотой маске мгновенно потяжелел, налившись свинцовой мрачностью:

— Пустите в ход все свои каналы. Мне нужно знать поименно: кто за последнее время пытался вынюхать хоть что-то о Капине.

— О Капине? О том самом работорговце? — ошарашенно переспросила Сио.

Собеседник коротко кивнул:

— Именно так.

— Я отказываюсь от этого заказа. Меня тошнит от одного только его имени! — без малейших колебаний, с отвращением отрезала девушка.

Мужчина напротив лишь издал тихий смешок:

— Речь идет вовсе не о работе на Капина.

— В конце концов, этот мерзавец уже мертв.

— Мертв? — Сио на долю секунды впала в полнейший ступор.

— Испустил дух прямо в собственном особняке. Весь труп был усеян картами Таро, а на глаза ему положили два аркана: «Суд» и «Император». Ах да, заодно держите ухо востро и поройтесь в памяти — не всплывали ли за последние годы какие-нибудь инциденты, в которых тоже фигурировали карты Таро, но дело так и не дошло до полицейских сводок, — невозмутимо пояснил мужчина в золотой маске.

Глава 382

Благородный разбойник

Район Джовуд, в доме, который снимали Сио и Форс.

Форс только-только закончила набрасывать вступление к новому роману и, пребывая в превосходном расположении духа, уже собиралась побаловать себя сигаретой, как вдруг дверь в кабинет распахнулась, и на пороге появилась Сио.

— Курение вредит здоровью, — шмыгнув носом, заметила она.

Заметив на лице подруги явную озадаченность, писательница не стала препираться и вместо этого спросила:

— Что-то стряслось?

Ероша непослушные светлые волосы, Сио с тяжелым вздохом плюхнулась на соседний стул:

— Тот самый тип снова вышел на связь. Ну, тот, который на собрании у мистера А через посредника продал мне рецепт «Шерифа».

— Он подкинул мне одно, на первый взгляд, плевое дельце. Аванс — тридцать фунтов. Вот только я понятия не имею, не кроется ли за всем этим какая-нибудь смертельная ловушка…

Форс на мгновение задумалась, воскрешая в памяти детали:

— Ах, этот… За его спиной определенно стоит целая организация. Вот только с какой стати им вербовать именно тебя? Неужто не боятся, что твой выдающийся интеллект потянет их всех на дно и развалит всю контору? Да и взять с тебя нечего: на личико, конечно, еще куда ни шло, но вот ростом не вышла. Пожалуй, единственное, что в тебе представляет хоть какую-то ценность — это твоя жизнь… Кхм, так что за поручение?

Сио, давно привыкшая к едким шпилькам подруги, пропустила издёвки мимо ушей и ответила по существу:

— Разузнать, кто в последнее время наводил справки о Капине.

— Капине? О том самом работорговце, которого мало вздернуть на виселице — его бы на костре сжечь! — возмутилась Форс. И хотя сама она охотой за головами не промышляла, профессиональное чутье писателя постоянно требовало свежего материала, поэтому она частенько расспрашивала подругу о столичных слухах и происшествиях.