Безликий (ЛП), стр. 272
Его взор, казалось, пронзил насквозь и обшивку каюты, и бескрайние толщи вод, намертво прикипев к затерянному во мраке веков, первобытному острову.
Судьба собственной карьеры в иерархии Церкви Элджера совершенно не тревожила. Вот когда он исполнит свой сокровенный замысел — тогда и бросит все силы на покорение карьерных высот!
И тогда, будучи Потусторонним пятой ступени, он продолжит корчить из себя заурядную «семерку», после чего преспокойно опрокинет в себя порцию зелья «Благословенного ветром»!
Подобный финт щедро насытит его организм лишними Потусторонними характеристиками, в разы умножит боевую мощь и, пусть и притормозит процесс усвоения, ни на йоту не подвергнет рассудок риску фатального срыва.
Следуя той же логике, едва пятая Последовательность будет переварена без остатка, можно смело глушить еще один эликсир «Океанского Певца», имитируя плановое повышение. Да, это подведет его к самой опасной черте безумия, но и на этот случай имелась надежная лазейка.
Достаточно лишь обзавестись женой и сбросить излишки Потусторонней скверны на собственного отпрыска.
«Провернув этот трюк, я открою себе путь прямиком в кардиналы, в самые недосягаемые высшие эшелоны! Эта эпоха грандиозных перемен — мой звездный час!» — в голове Элджера уже кристально ясно вырисовывалась картина: он, облаченный в роскошную кардинальскую мантию, восседает на вершине церковного олимпа, играючи дергая за ниточки легионов Уполномоченных Карателей.
Вдоволь упившись этими грезами, моряк моргнул, возвращая себе ледяную ясность рассудка:
«…Чем дальше, тем круче подъем. Какое счастье, что за моей спиной стоят Клуб Таро и господин Шут. Да, союз с Ним таит в себе бездну угроз, но разве путь к вершинам могущества бывает устлан лепестками роз?»
«Нужно кровь из носу раздобыть свежие дневники Рассела. Выкупить право на вопрос и докопаться до истины: что же это за таинственная карта покоится подле господина Шута, повернутая рубашкой вверх?»
«Раньше ее там и в помине не было».
«Карта… дневники Рассела… Неужто это та самая легендарная вещица?»
Глаза Элджера округлились, а зрачки сузились в иглы.
…………
Улица Минск, дом пятнадцать. Клейн сладко зевнул, погасил газовую лампу и юркнул под теплое одеяло.
Изначально юноша вынашивал еще один план: пустить в ход прорицание, чтобы нащупать источник происхождения флакона с биологическим токсином, а заодно выудить из Потусторонней характеристики «Оборотня» рецепты первых трех эликсиров Пути «Мутанта».
Однако бессонная ночь, потраченная на беготню из-за Эмлина Уайта, дала о себе знать свинцовой усталостью. Сыщик благоразумно решил отложить визит в таинственные чертоги над серой мглой до завтра.
Но стоило лишь коснуться головой подушки и смежить веки, как парня вдруг окатило щемящим, тревожным чувством.
Так била в набат инстинктивная духовная интуиция истинного «Провидца»!
«Потусторонняя характеристика „Оборотня“ и склянка с отравой попали ко мне в руки уже несколько дней назад. И ведь за это время выдавались моменты, когда разум был свеж, а силы били ключом… Но я раз за разом откладывал гадание в долгий ящик, находя любые отговорки. Это же напрочь противоречит здравому смыслу!» — Клейн рывком сел на кровати. Лихорадочно перебирая в уме прошлое, он нащупал до боли похожий прецедент:
Когда судьба впервые столкнула его с Мегоз, он порывался тут же активировать духовное зрение, дабы прощупать ее ауру. Но внезапная, секундная заминка заставила момент уйти в песок, и намерение растворилось само собой. И лишь под самый занавес той кровавой драмы вскрылась леденящая душу истина: в утробе несчастной зрел отпрыск злого божества. Духовная интуиция «Провидца» тогда мягко, совершенно бесследно увела его от гибельного шага, спасши от мгновенного срыва в безумие и потерю контроля прямо на месте.
«Сходство просто пугающее, причем на сей раз сопротивление оказалось куда более явным… Вспоминаются слова мисс Шарон: „Школа Розы“ держит своих адептов в ежовых рукавицах, превосходящих любое воображение. Тело и душа каждого сектанта словно скованы незримыми цепями, и именно поэтому тайны Пути „Мутанта“ практически не просачиваются наружу… Они истово поклоняются „Скованному Богу“… Выходит, попытайся я выудить рецепты эликсиров через характеристику „Оборотня“, это напрямую задело бы саму злую сущность, обрушив на мою голову невыносимые последствия?» — Клейн всерьез призадумался, наткнувшись в этой логической цепи на одну вопиющую нестыковку:
«Но позвольте… Когда я раскидывал карты на „Мутировавшую Священную Эмблему Солнца“ или на то самое гротескное ухо, оставшееся от „Слушателя“, интуиция даже не пискнула! Неужто „Скованный Бог“ превосходит своим могуществом и „Вечное Пылающее Солнце“, и „Истинного Творца“?»
«Или же сама Его природа служит идеальным противовесом серой мгле, позволяя играючи пробивать ее защитный барьер?»
«Хотя… нельзя сбрасывать со счетов и другой вариант: смертоносная угроза таится именно в происхождении флакона с токсином…»
Придя к такому выводу, вечно чтящий осторожность сыщик твердо решил: завтра он рискнет прощупать исключительно склянку с отравой. И заодно проверит, взобьет ли интуиция «Провидца» очередную волну сопротивления.
Глава 367
Письмо с угрозами
Ранним утром вторника погода оставалась такой же промозглой и хмурой, как и всегда в это время года.
Клейн поплотнее запахнул воротник шерстяного пальто, водрузил на голову шляпу и распахнул входную дверь.
Юноша направлялся к почтовому ящику на углу улицы, чтобы отправить письмо детективу Стюарту. Путь был отнюдь не далеким, и особой нужды кутаться в столь теплые и плотные вещи не было, однако Клейн, лишь недавно оправившийся от простуды, решил перестраховаться и укутался по самый нос.
Должно быть, из-за бушевавшего всю ночь шквального ветра, воздух в Баклунде оказался на удивление чистым. Поддавшись порыву, Клейн бессознательно сбавил шаг, с наслаждением вдыхая свежесть этого редкого ясного утра.
Проходя мимо дома Юргена, он уловил тихий скрип открывающегося эркерного окна и на одних инстинктах повернул голову.
У окна стояла мадам Дорис. На голове старушки красовалась мягкая черная фетровая шляпка, а шею укутывал плотный серо-голубой шарф. В сравнении с их прошлой встречей цвет ее лица стал еще хуже, а фигура казалась еще более сгорбленной и хрупкой.
— Доброе утро, детектив Мориарти. Премного благодарна за то, что присматривали за Броуди всё это время. Он передает, что вы чудесный человек. Не так ли, Броуди? — старушка Дорис наклонилась и подхватила на руки зеленоглазого черного кота.
Броуди отчаянно забил всеми четырьмя лапами, силясь вырваться из ее объятий. Наконец ему это удалось, и он с кошачьей грацией спрыгнул на подоконник.
Впрочем, убегать он не стал. Вместо этого кот принялся нарезать круги, ласково тереться о мадам Дорис головой и боками, даже не удостоив Клейна и мимолетным взглядом.
«Неужто меня только что зафрендзонил кот?» — с легкой самоиронией подумал Клейн, после чего искренне рассмеялся:
— Для меня это было лишь в радость. Но куда больше греет душу тот факт, что вы, мадам Дорис, наконец-то пошли на поправку и вернулись домой.
Перекинувшись еще парой дежурных фраз, он учтиво откланялся и с улыбкой на губах продолжил свой путь к концу улицы.
Едва юноша успел сделать пару шагов, как в спину ему донесся оклик мадам Дорис:
— Как только Юрген вернется, я велю ему занести вам гонорар!
«…Я что, похож на человека, который взялся за это исключительно ради денег?» Улыбка на лице Клейна мгновенно заледенела. Обернувшись вполоборота, он лишь махнул рукой, давая понять, что услышал.
Отойдя от дома Юргена на приличное расстояние, парень заметно помрачнел, и с его губ сорвался тихий, тяжелый вздох.
Буквально минуту назад, незаметно активировав духовное зрение, он прощупал ауру мадам Дорис. И картина вырисовывалась отнюдь не радужная. Сказывался не только преклонный возраст старушки, но и губительное влияние местной погоды: промозглый холод и удушливый, едкий смог Баклунда наносили сокрушительный удар по ее больным легким.