Безликий (ЛП), стр. 27
Бам! Бам! Бам! Глаза Мерсо полыхнули первобытной свирепостью. Устремившись в погоню, он принялся яростно размахивать руками, осыпая юношу градом хуков слева и справа, обрушив на него настоящую бурю ударов.
В чистой физической силе Клейн безнадежно уступал противнику и выстоять в лобовом столкновении не мог. Лишь благодаря природной ловкости и интуитивным предвидениям ему чудом удавалось уворачиваться от этой смертоносной серии.
«Так дело не пойдет! Нужно использовать свои козыри!» — эта мысль молнией пронеслась в голове. Отбросив бессмысленные попытки вступить в рукопашную, Клейн резко пригнулся, оттолкнулся ногами и кувырком ушел в сторону.
Хрусть! Под мощным ударом ноги Мерсо стоящий неподалеку стул разлетелся в щепки.
Опершись рукой о пол и напрягши мышцы спины, Клейн продолжил перекатываться, отчаянно выискивая малейшую брешь, чтобы выхватить карты Таро или самодельные амулеты.
Топ! Топ! Топ!
Мерсо стремительно нагонял его. Выбрасывая ноги в непрерывных, чередующихся ударах, он ничуть не уступал своей жертве в скорости.
Этот ублюдок походил на исполинского медведя, наделенного дьявольской грацией, — машина для убийств без единого изъяна. Из-за этого непрекращающегося прессинга Клейну оставалось лишь кувыркаться и блокировать выпады, не имея ни секунды на то, чтобы пустить в ход магический арсенал.
Хрясь! Бам! Бам!
Стулья разлетались в щепки, столы переворачивались, вешалки с грохотом валились на пол. Клейн описал уже добрую половину круга по комнате, а ситуация становилась всё более гибельной.
«Дольше так продолжаться не может!» — непрерывно уходя от атак в бесконечных кувырках и перекатах, юноша лихорадочно искал хоть малейший шанс переломить ход боя.
Внезапно его взгляд выхватил стоящий в гостиной чайный столик, и в голове тут же созрел дерзкий план.
Бум! Выставив жесткий блок одной рукой и используя инерцию удара, Клейн, превозмогая тупую боль, перекатился прямо в гостиную.
В этот самый миг мышцы на ногах Мерсо внезапно вздулись буграми, словно их накачали воздухом.
Бам! Мощный толчок, от которого, казалось, содрогнулся сам пол, подбросил «Палача» в воздух. Подобно выпущенной пуле, он преодолел разделявшее их расстояние и обрушил на парня сокрушительный удар ногой.
Клейн с трудом успел выставить блок, но его вновь отшвырнуло прочь. С оглушительным грохотом он снес чайный столик. Фарфоровый сервиз брызнул осколками в сторону буфета, а пузатая перьевая ручка, бланки типовых договоров и ворох газет веером разлетелись по всей комнате.
Видя, что детектив в длинном черном двубортном сюртуке от мощного удара обмяк и не в силах ни подняться, ни перекатиться, Мерсо свирепо сверкнул глазами. Под звон разлетающегося фарфора он скользнул вперед, выбрасывая колено для смертоносного удара.
Глаза Клейна потемнели. Не отрывая взгляда от происходящего, он намертво сжимал в руке типовой бланк контракта.
Он метнулся в гостиную, наплевав на тревожные звоночки интуиции, и продолжил кувыркаться к чайному столику лишь ради одной цели — заполучить этот самый договор или хотя бы свернутую газету!
Глядя на то, как колено Мерсо неотвратимо приближается, запястье Клейна внезапно дрогнуло.
В этот самый миг перед его мысленным взором вновь вспыхнула картина: запрокинутая назад шея Мерсо.
Вжих!
Едва заметным движением кисти Клейн хлестко метнул зажатый в руке договор.
Вжих!
Плотная бумага, уподобившись выкованному из отборной стали сюрикену, со свистом устремилась прямо в горло Мерсо. Их разделяло меньше метра, а из-за стремительного выпада противника дистанция сокращалась с каждой долей секунды!
Белая вспышка мазнула по глазам. Повинуясь первобытному инстинкту, Палач резко запрокинул голову, пытаясь уйти от удара.
Чвак!
Типовой договор с ювелирной точностью вонзился в шею Мерсо, глубоко распоров трахею.
Из раны хлынула пенящаяся кровь. Мерсо рухнул прямо перед Клейном, с глухим стуком впечатавшись коленями в пол.
— Кх-х, кх-х, кх-х… — выдернув окровавленную бумагу, он обеими руками намертво вцепился в свое горло.
Однако остановить хлещущую сквозь пальцы кровь было уже невозможно, а его свирепый взгляд начал стремительно мутнеть.
В конце концов, забившись в нескольких коротких предсмертных судорогах, он окончательно затих.
Клейну потребовалось время, чтобы перевести дух. Лишь немного придя в себя, он нашел силы подняться на ноги. Зажав между пальцами несколько карт Таро, юноша настороженно озирался, готовый отразить предсмертный рывок врага или нападение скрытых союзников.
Активировав духовное зрение и окончательно убедившись, что противник мертв, Клейн окинул взглядом комнату. Других аур поблизости не наблюдалось.
Лишь теперь тугой узел нервного напряжения немного ослаб. Юноша наконец-то огляделся и оценил масштаб разрушений: два стула разбиты в щепки, чайный столик изрядно пострадал, пол усеян фарфоровыми осколками, а в гостиной, столовой и прихожей царит неописуемый разгром.
Опустив глаза, он также обнаружил, что рукава его длинного сюртука изрядно пострадали, а шерстяная ткань густо покрыта въевшейся пылью.
Внезапно Клейн тихонько, с горькой иронией пробормотал:
— И ведь эти убытки через бухгалтерию не возместить…
— Ха-ха, ха-ха-ха, ха-ха-ха.
Он расхохотался так заливисто, словно услышал самую уморительную шутку в своей жизни. Парень смеялся едва ли не до упаду, согнувшись пополам, и в разгромленной квартире эхом разносился лишь его надрывный смех.
Спустя полминуты Клейн наконец взял себя в руки. Стерев с лица улыбку и вернув ему мрачную серьезность, он подошел к трупу Мерсо.
Ему предстояло заставить мертвеца заговорить!
Проведя уже ставший привычным спиритический сеанс и воззвав к самому себе, Клейн, вдыхая тонкий, умиротворяющий аромат трав, пустил в ход искусство «гадания во сне» и прошептал:
— Тот, кто стоит за действиями Мерсо.
Вскоре его глаза налились беспросветным мраком, и юноша провалился в сновидение, очутившись посреди зыбкой, серой пелены.
В этом туманном мире вдруг закружилась игра света и тени, сплетаясь в четкие картины и образы:
Прямо перед Мерсо стоял мужчина средних лет с непокрытой головой. Воротник и манжеты его белоснежной сорочки были украшены сложным, многослойным кружевом в виде цветочных лепестков, что смотрелось донельзя роскошно. В сочетании с узким черным жилетом и облегающими брюками наряд выглядел кричаще пестро и даже вычурно.
У этого шатена с лазурными глазами было худощавое, слегка небритое, но весьма породистое лицо — из тех, что притягивают женские взгляды.
Глядя на Палача, он произнес низким, властным голосом:
— Делай что хочешь, но ты обязан отыскать Иэна Райта. В идеале — живым. Если же он погибнет, доставь его ко мне в течение часа, а лучше — уложись в пятнадцать минут.
— Как прикажете, господин посол, — не скрывая своей природной строптивости, Мерсо всё же покорно склонил голову.
Видение разлетелось вдребезги, а Клейн нахмурил брови:
«Господин посол?»
«Выходит, в это дело втянуты другие державы?»
«Судя по этому вычурному стилю сорочки, передо мной, скорее всего, предстал сам посол Республики Интис, расквартированный в Баклунде…»
«Но ведь Иэн — всего лишь мальчишка…»
«Тот господин разбирается в спиритизме, или, по крайней мере, в его окружении есть кто-то, кто им владеет…»
Поразмыслив, Клейн вновь сформулировал фразу для «гадания во сне»:
«Цель поисков Иэна Райта».
В зыбком, затянутом серой пеленой мире сновидений перед мысленным взором юноши вновь предстал тот самый джентльмен средних лет.
Устремив тяжелый взгляд на Мерсо, он произнес низким, глухим тоном:
— Тебе совершенно ни к чему знать причины. От тебя требуется лишь беспрекословно выполнять мои приказы.
— Я снабдил тебя зельем и отсыпал денег, позволив стать теневым заправилой банды Зманге, вовсе не для того, чтобы ты задавал вопросы. Ты нужен мне для дела!