Безликий (ЛП), стр. 239
Подобно сияющему столпу из самого царства солнца, этот луч нес в себе слепящее великолепие и святое очищение, целиком и полностью окутав фигуру сыщика.
Заклинание из домена Солнца — «Призыв святого света»!
В лучах этой благодати незримые, удушающие путы вражеского контроля с треском лопнули, и взор Клейна мгновенно обрел былую ясность.
Следом его силуэт ярко вспыхнул. Охваченная ревущим пламенем фигура обуглилась и иссохла, обратившись жалким обрывком тонкой бумаги.
А в это самое время в узкой щели между ангарами, прямо из бушующего после взрыва огня, выскочил истинный Клейн, всё так же облаченный в черный двубортный сюртук и шелковый полуцилиндр в тон.
Тяжелая трость давно затерялась в суматохе боя. Тот самый призрачный двойник, что парил у него над головой, тоже не выдержал напора пламени: осыпавшись серым пеплом, он бесследно развеялся по ветру.
Не успел юноша даже оценить обстановку, как чья-то невидимая, ледяная хватка намертво сковала его лодыжки.
Затем незримые путы впились в икры, обвили руки и с нечеловеческой силой потянули за одежду на груди и спине!
Сквозь уже активированное духовное зрение Клейн разглядел целую вереницу размытых, полупрозрачных силуэтов. Одни были жутко изувечены, другие — с ног до головы залиты кровью, третьи зияли обугленной плотью, а четвертые источали мертвенную бледность и могильную стужу.
У-у-ух… В затылок парню ударил ледяной сквозняк неизвестного происхождения. Волоски на теле встали дыбом, а самого сыщика пробила крупная, неудержимая дрожь.
Темно-золотая брошь в форме солнечной птицы на его груди внезапно полыхнула слепящим светом, и всё пространство вокруг вмиг усеяли мириады золотистых, иллюзорных искр!
Этот огонь, пропитанный первозданным жаром светила, сплетался всё плотнее, пока не превратился в сплошное ревущее море.
«Пламя света» прямиком из домена Солнца!
Облепившие Клейна жуткие фантомы один за другим растворялись в небытии, исторгая лишь беззвучные, агонизирующие вопли. А тот пронизывающий до костей ветер в затылок окончательно уступил место обжигающему, удушливому зною от артефакта.
Оказавшись под столь надежной защитой, юноша наконец-то получил секундную передышку и, содрогаясь от пережитого, мысленно выдохнул:
«И ведь я подготовился на все сто, да еще и прихватил идеальное противоядие… А всё равно: в дуэли против „Мстительного духа“ пятой Последовательности я балансировал на волосок от смерти! Мое „выступление“ едва не обернулось фатальным провалом прямо на старте!»
Тем временем неподалеку от Марича застыл облаченный в темно-красный плащ Стив. Его фигура стала чуть более эфемерной, а ревущее на левом предплечье святое пламя, не выдержав натиска непрерывно прибывающих волн черного тумана, вскоре угасло без остатка.
В мерцающем ядовитой зеленью взоре врага теперь плескались лишь концентрированная злоба и низменное вожделение. Казалось, рассудок покинул его, напрочь лишив способности трезво мыслить.
Воспользовавшись недавним выстрелом как отвлекающим маневром, Марич благоразумно разорвал дистанцию. Теперь он умело дирижировал восстающими из могил, ничего не выражающими живыми мертвецами, натравливая их на «Оборотня» Тайра. Сам же кукловод, нарезая круги по полю боя, то и дело щедро усеивал землю гладкой наледью и гнилостной, вязкой топью, отчаянно мешая врагу развернуться на полную.
«Оборотень» Тайр, сжимая в руке ту самую источающую багровое сияние миниатюрную луну, метался по пустырю без остановки. Лишь когда парочка жмуриков случайно преградила ему путь, он небрежным, ленивым взмахом полоснул их когтями.
Вшух!
Живого мертвеца мгновенно разорвало на шесть аккуратных кусков. Сгнившая плоть вперемешку с копошащимися, жирными опарышами фонтаном брызнула на брусчатку.
Тайр на долю секунды опешил, с искренним недоверием уставившись на собственные окровавленные когти.
Лишь теперь до него окончательно дошло: сокрушительная мощь «Багровой лунной короны» отнюдь не ограничивалась одной только скоростью.
Оборотень нутром почуял, что в его арсенале появились поистине пугающие, жуткие заклинания!
Резко затормозив, Тайр развернулся всем корпусом, устремив хищный взор прямо на мертвенно-бледного Марича.
А в это самое время «Живого мертвеца» Джейсона всё ближе подтягивало к тем таинственным, призрачным вратам. Его туловище намертво оплетали сине-черные лианы, сплошь усеянные плачущими младенческими лицами, а десятки склизких рук — то усыпанных кривыми клыками, то и вовсе содранных до мяса — с чудовищной силой тащили его во тьму.
Лицо живого мертвеца оказалось в жалких дюймах от щели в бронзовых створках. Его взгляд лоб в лоб столкнулся с мириадами немыслимых, гротескных глаз, что роились в непроницаемом мраке небытия.
Казалось, именно там, за этой гранью, и таилось его истинное, первобытное пристанище.
— Нет!
Изувеченная плоть, напрочь подчиненная жажде резни и крови, вдруг исторгла из себя этот нечеловеческий, истошный вопль!
Тайр, уже изготовившийся для смертоносного броска, замер как вкопанный. До хруста стиснув челюсти, он с силой швырнул зажатую в ладони миниатюрную багровую луну прямиком в «Мстительного духа» Стива.
Оборотень прекрасно понимал: лишь вернув рассудок и даровав сокрушительную мощь мастеру пятой Последовательности, они смогут молниеносно покончить с врагами и вырвать Джейсона из лап пустоты!
Наблюдая за этой сценой, Клейн едва не просиял. Не теряя ни доли секунды, он вскинул руку и звонко щелкнул пальцами.
Щелк!
Бум!
Аккурат на траектории полета «Багровой лунной короны» с оглушительным ревом рванула заранее заложенная мина. Взрывная волна взметнула ввысь комья земли, окатив пространство шквальным ветром и ослепительным багровым пламенем.
Приняв на себя этот удар, артефакт слегка изменил курс, отлетев совершенно в другую сторону.
Бах!
Раздался еще один взрыв, и в небеса взметнулся очередной сноп огня. Под прикрытием этой вспышки сыщик выскочил из укрытия, хищным рывком бросившись к упавшей неподалеку реликвии.
И в этот самый миг прямо на траектории падения короны из пустоты соткалась мертвенно-бледная ладонь, намертво перехватившая артефакт в полете.
То был не кто иной, как Стив — тот самый «Мстительный дух», успевший невесть когда развеяться во мраке и теперь вновь обретший плотность!
Сами первобытные инстинкты погнали его в погоню за манящим лунным светом!
Хрясь! Едва пальцы Стива сомкнулись на «Багровой лунной короне», как в его полыхающих злобой и ядовитой зеленью глазах вновь вспыхнула искра осознанности. Проклятая вещица в один миг вытащила его из состояния слепого, обезумевшего призрака, вернув статус грозного мастера пятой Последовательности.
Уголки его губ поползли вверх, и он с ледяной, издевательской усмешкой смерил Клейна взглядом.
Впрочем, тратить время на столь жалкую мошку он не стал. Его силуэт вновь подернулся рябью и бесследно растворился в воздухе.
Клейн, уже находившийся в прыжке, виртуозно ушел в перекат. Его левая рука молниеносно нырнула в карман, откинула крышку железного портсигара и намертво вцепилась в «Полностью черное око» Росаго.
Под аккомпанемент сводящего с ума, разрывающего череп бреда, от которого из глаз брызнули слезы, а лицо исказила гримаса невыносимой муки, Клейн вновь узрел мириады призрачных черных нитей. Проследив их путь к источнику, сыщик безошибочно вычислил точные координаты исчезнувшего Стива.
Тот на всех парах мчался к распластавшейся по земле, обессиленной Шарон. Ублюдок явно вознамерился взять ее под контроль, вырвать «Живого мертвеца» Джейсона из лап пустоты и одним махом поставить в этой бойне кровавую точку!
Ведь именно Шарон и была их истинной, первостепенной мишенью в этой облаве!
Клейн резким движением отдернул левую руку. Повинуясь молниеносной мысли, он вновь влил духовность в «Солнечную брошь».
Два! Один!
С небес обрушился столп первозданно чистого, святого света, накрывая пространство прямо за спиной Шарон.