Безликий (ЛП), стр. 203
«Ну и угораздило же вляпаться…» — не успел он горестно вздохнуть, как пространство разорвал истошный, пробирающий до печенок вопль. Крик, исполненный невыносимой агонии и ужаса.
Густой черный туман вмиг рассеялся. Исполинский демонический пес с глухим стуком рухнул на брусчатку — его туша была разрублена надвое ровно посередине! А всё сияние в небесах сфокусировалось на одном-единственном предмете, который воспарил во мраке, уподобившись безупречно чистой, ослепительной луне, щедро заливающей светом это погруженное во тьму измерение.
Демоническая тварь, обладая воистину пугающей живучестью, испустила последний яростный рев. Ее разрубленное тело с грохотом взорвалось, и плоть вкупе с душой обратились топливом для ревущего, сплетенного из багровых и бледно-синих языков пламени.
Но едва этот инфернальный столб огня рванул ввысь, как мгновенно померк, бесследно поглощенный той самой сияющей, подобной луне реликвией.
Пламя растворилось в абсолютном безмолвии, а демонический пес просто сгинул в небытие. Его стерли в порошок так обыденно и легко, что не осталось даже горстки жалкого пепла.
«Чудовищная мощь…» — благоговейно выдохнул Клейн, но тут же похолодел: а не срисуют ли эти казенные инквизиторы, что в омнибусе прячется какой-то левый, неучтенный Потусторонний, чья аура полыхает на фоне пустых фантомов⁈
Сердце парня ушло в пятки. Задохнувшись от липкого страха, он молниеносно выхватил бумажного человечка и хлестким движением обратил картонку в собственного двойника — абсолютно пустую куклу без ауры и эмоций.
Сам же он, пустив в ход уникальные таланты своего заклинания подмены, бесплотной тенью просочился прямо в «тень» этой марионетки.
И в этот самый миг до слуха Клейна донесся едва уловимый, приглушенный смешок, раздавшийся с противоположной стороны улицы.
И в этом смешке явственно сквозили ледяная ярость и бессильная злоба.
«Кто это? На казенных ищеек не похоже…» — озадаченно нахмурился сыщик, однако высунуться из своего укрытия и развеять подмену так и не рискнул.
Следом по вагону мазнули несколько чужих, пронзительных взглядов, но, не найдя зацепок, тут же скользнули дальше.
Когда напряжение наконец-то спало, Клейн увидел, как само пространство вокруг покрывается паутиной трещин и со звоном разлетается вдребезги, словно хрупкое стекло.
На него вновь нахлынула плотность и осязаемость материального мира — он кристально ясно осознал, что вернулся в реальность.
Бесшумно рассеяв иллюзию, юноша вновь оказался на своем сиденье. Пассажиры омнибуса всё так же шуршали газетами, меланхолично жевали хлеб и распекали отпрысков — ни единая деталь не изменилась.
Вот только теперь в глазах Клейна каждый из них вновь обрел свои неповторимые переливы аур и эмоциональный фон.
Вдобавок, пока он блуждал в том зазеркалье, рельсовый экипаж успел отмахать весьма приличное расстояние.
«Выходит, в том искусственном поле боя и время, и пространство текли синхронно с реальностью. Затянись та мясорубка хоть немного — и карета просто выкатилась бы за пределы печати, а я бы так и остался болтаться посреди улицы в гордом одиночестве… И вот тогда-то меня бы срисовали с потрохами… Хвала небесам, Баклунд — это вам не Тинген. В Столице столиц, на этой Земле надежды, у всех трех Церквей хватает спецов высших эшелонов…» — с запоздалым, липким холодком по спине проанализировал ситуацию Клейн.
Он наивно полагал, что даже взяв след, Ночным Ястребам и Уполномоченным Карателям потребуются дни, чтобы загнать в угол этого демонического пса. И это при условии, что тварь не даст деру из города — хотя в этом он как раз не сомневался: побег за пределы Баклунда означал бы автоматический срыв ритуала. А для «Демона», и без того балансирующего на тонкой грани жажды крови, провал возвышения гарантированно обернулся бы фатальной потерей контроля.
И кто бы мог подумать, что ищейкам хватит всего одной ночи да половинки дня, чтобы выследить, выпотрошить и испепелить эту псину!
Поистине пугающе! Вот она — истинная мощь Баклунда… Вот она — сокрушительная сила трех великих Церквей! Монстр, стоящий на пороге прорыва с шестой Последовательности, лишь самую малость засветился, оставил крохотный след — и всё, его играючи выследили и стерли в порошок… А ведь это «Демон», наделенный даром чуять угрозу за версту! Видимо, в арсенале властей нашлась реликвия, способная наглухо заглушить этот радар… Впредь придется действовать с параноидальной, маниакальной осторожностью! Юноша почувствовал, что этот наглядный урок вбит в его память каленым железом.
В этот момент он вновь вспомнил тот странный, полный бессильной ярости смешок.
«Неужто подельник этой твари? Или же ее двуногий хозяин? И надо же, он умудрился не попасться в лапы инквизиторов! Вполне вероятно, что тот последний суицидальный взрыв демонического пса был делом именно его рук… Хотя, не исключено, что это просто кто-то из подполья, затаивший зуб на казенных Потусторонних…» — Клейн резко скосил глаза на противоположное окно, но за стеклом мелькали лишь самые заурядные прохожие в твидовых пальто, полуцилиндрах да пестрых платьях. Ни малейшего намека на чертовщину.
.
Глава 328
Часто гуляя по берегу
Колеса с лязгом вминались в рельсы, лошади с натугой, но уверенно тянули за собой тяжелый вагон омнибуса. Экипаж вскоре покинул ту самую улицу, где словно бы ровным счетом ничего не произошло.
Клейн с абсолютно невозмутимым лицом сжимал в руке трость. Выждав, пока рельсовый омнибус минует две остановки, он благоразумно сошел заранее. Сделав изрядный крюк, юноша неспешным, прогулочным шагом направился обратно к тому самому месту, где была повержена демоническая псина.
Возвращался он вовсе не ради поиска выделившейся Потусторонней характеристики. Мастера высших эшелонов Церкви попросту не могли упустить подобное из виду и наверняка уже давно прибрали трофей к рукам. Не собирался сыщик выслеживать и источник того загадочного фырканья — минуло слишком много времени, по улице то и дело громыхали экипажи и сновали прохожие, напрочь стерев любые возможные зацепки. В таких условиях даже гадание оказалось бы бессильным.
Истинная цель Клейна заключалась в ином: опираясь на едва уловимые, остаточные детали в окрестностях улицы, он жаждал прощупать особенности того самого запечатанного артефакта, способного выстраивать столь диковинные барьеры для поля боя. Подобные знания были жизненно необходимы, чтобы подстелить соломку на случай возможных будущих столкновений.
«В этом и кроется суть „отыгрыша“ Фокусника…» — шагая под свинцовым небом вдоль кромки тротуара, освещенного тусклыми газовыми фонарями, беззвучно, с тяжелым вздохом констатировал он.
А выжидать две остановки и закладывать такой крюк пришлось исключительно из-за параноидальной осторожности: Клейн всерьез опасался, что на месте бойни всё еще рыщут официальные Потусторонние, зачищая следы. Пересекаться с ними ему категорически не улыбалось.
Облаченный в приличный костюм, с тростью в руке и поблескивающей на лацкане золотой часовой цепочкой, Клейн, потратив изрядное количество времени, наконец-то добрался до «места гибели демонического пса». Увы, брусчатка не сохранила ни единого следа недавнего побоища. Снующие мимо горожане тоже явно ни сном ни духом не ведали, что здесь только что отгремела ожесточенная сверхъестественная битва.
«До чего же поразительный артефакт… Куда эффективнее любого массового, масштабного гипноза», — Клейн незаметно активировал духовное зрение, сбавив темп до вальяжной, праздной прогулки, словно настоящий джентльмен, выбравшийся подышать свежим воздухом, а не по делам.
Этот неспешный променад отнял у него добрых полчаса. К величайшему сожалению, духовное зрение так и не принесло плодов — в целевом квартале не наблюдалось ровным счетом никаких аномалий.
Впрочем, обостренная интуиция всё же позволила ему нащупать одну деталь — границы и радиус действия.