Безликий (ЛП), стр. 18

«Сдается мне, Иэн утаил от меня куда больше, чем я предполагал… Вводных данных настолько ничтожно мало, что не удалось выудить даже самого туманного, расплывчатого пророчества…» — Клейн задумчиво поджал нижнюю губу. Сделав пару шагов вперед, он наклонился и подобрал беглую монету.

…………

Тем же вечером, в предрассветные часы. Район Баклундского моста, Длинная улица Роз, дом 138.

Клейн облачился в дешевенькую светло-синюю рабочую робу, а его губы, подбородок и щеки густо заросли накладной черной бородой. На первый взгляд он теперь источал ауру откровенной, первобытной грубости.

На голову он водрузил темную кепку с козырьком, надвинув ее так низко, что та почти полностью скрывала глаза.

Изначально подобные головные уборы носили охотники Республики Интис, и они разительно отличались от традиционных лоэнских шляп для оленьей охоты. Однако в последнее время такие кепки стремительно вошли в моду среди низших и средних сословий Баклунда.

Затаившись в густой тени высаженных вдоль обочины интисских платанов, Клейн, пользуясь тусклым светом элегантных газовых фонарей, неотрывно изучал стоящий напротив особняк.

Это и был дом сыщика Зерила.

Сам детектив был родом из графства Южный Уэльс. Оставив всю родню и друзей в провинции, он в одиночку отправился покорять столицу и со временем действительно сумел сколотить себе весьма недурную репутацию.

Будучи закоренелым холостяком, он обходился услугами всего двух приходящих горничных. Они наведывались раз в три дня исключительно ради уборки, не требуя ни выделенной комнаты, ни хозяйских харчей.

Сейчас же арендованный им таунхаус безмолвно высился во мраке — ни в одном окне не горело ни лучика света.

Клейн стянул спрятанную в левом рукаве серебряную цепочку, позволив подвеске из цитрина свободно повиснуть в воздухе.

«Внутри таится опасность».

……

Беззвучно прокрутив фразу в уме ровно семь раз, он распахнул глаза и увидел, что маятник плавно вращается по часовой стрелке, однако амплитуда его движений была крошечной, а скорость — донельзя медленной.

— Угроза присутствует, но пустяковая, — вполголоса пробормотал Клейн, еще раз скрупулезно проверяя распиханные по карманам карты Таро, самодельные амулеты, «Порошок Святой Ночи» и прочий оккультный реквизит.

Покончив с приготовлениями, юноша огляделся и, пользуясь густой, безмятежной ночной тишиной, молниеносной тенью метнулся на противоположную сторону улицы.

Особняк Зерила был лишен как парадного крыльца, так и сада с зелеными лужайками — фасад упирался прямо в вымощенную брусчаткой обочину. Обогнув здание, Клейн нашел водосточную трубу и с обезьяньей проворностью без труда вскарабкался по ней на второй этаж, перемахнув через перила крошечного балкончика для сушки белья.

Не теряя ни секунды, он выудил из кармана карту Таро, виртуозно просунул плотный картон в дверную щель и одним ловким движением отжал замок створки, ведущей в коридор.

Держа в голове набросанный Иэном план особняка, парень абсолютно бесшумно, ступая мягко, по-кошачьи, подобрался к дверям спальни сыщика.

Дважды легонько стукнув зубами с левой стороны, он активировал духовное зрение и сквозь массивную деревянную преграду устремил взор внутрь.

Духовное зрение позволяло пронзать взглядом лишенные духовности преграды, выхватывая цвета аур, однако пробивная способность всецело зависела от уровня самого Потустороннего. Нынешних сил Клейна с лихвой хватало на деревянные двери, но каменные стены оставались для него непреодолимым препятствием, да и сама картинка за преградой всегда выходила слегка размытой.

В мутном мареве спальни он сумел разглядеть три призрачных, человекоподобных сгустка ауры. Расплывчатые силуэты замерли на своих местах, рассредоточившись по разным углам комнаты.

«Трое в засаде… Ждут, пока в сети угодит Иэн, или охотятся на кого-то еще? Сама спальня-то крошечная…» — застыв в густом мраке коридора, Клейн хладнокровно анализировал увиденное.

Внезапно он попятился назад, в сторону спасительного балкона. Его шаги по-прежнему оставались невесомыми и бесшумными.

Выбравшись на свежий воздух, Клейн выудил из внутреннего кармана тонкую серебряную пластинку.

Это был тот самый «Амулет Сна», который он выковал сегодня днем.

Во время ритуала он не стал возносить мольбы Богине Вечной Ночи. Вместо этого парень взывал к самому себе — к «Шуту, что не принадлежит этой эпохе», после чего воспарил в чертоги над серой мглой, дабы лично ответить на собственный призыв.

И поскольку подобный фокус не позволял в полной мере зачерпнуть сокрушительную мощь этого таинственного измерения, откликаться приходилось исключительно за счет собственной духовности. Как итог, новоиспеченный оберег заметно уступал по силе классическим талисманам, однако всё же превосходил те примитивные поделки, что создавались по принципу «я заклинаю своим именем». Для нынешней заварушки этого должно было хватить с лихвой.

Еще раз настороженно окинув взглядом окрестности, Клейн прикрыл рот ладонью и глухим, едва слышным шепотом выдохнул слово на древнем гермесе:

— Багрянец.

Едва почувствовав, как серебряная пластинка обжигает кожу могильным холодом, он молниеносной, бесшумной тенью метнулся обратно к дверям спальни Зерила. Левой рукой он намертво вцепился в дверную ручку, параллельно щедро вливая духовность в зажатый в пальцах металл.

Скр-р! С величайшей, ювелирной осторожностью провернув ручку, Клейн приоткрыл створку, оставив лишь крошечную, едва заметную щель.

В следующее мгновение он резким движением швырнул активированный «Амулет Сна» прямо внутрь.

Быстро отдернув руку, Клейн вновь плотно притворил дверь и принялся беззвучно отсчитывать секунды.

«Три».

«Два».

«Один».

Распахнув створку резким, хлестким ударом, он рыбкой скользнул внутрь и ушел в перекат.

Убедившись, что троица внутри не подает ни малейших признаков жизни, Клейн поднялся на ноги. В тусклом багровом свете луны, струящемся сквозь оконное стекло, он принялся оценивающе оглядывать убранство спальни.

Планировка оказалась самой что ни на есть заурядной: кровать, ряд платяных шкафов, письменный стол, пара небольших диванчиков да вешалка для одежды.

По ту сторону кровати распластался мужчина в черном пальто. Бедолага храпел так раскатисто и спал так сладко, словно не было в мире большей безмятежности.

Еще двое обнаружились чуть поодаль — один валялся у диванчика, другой застыл прямо перед шкафом. И оба точно так же провалились в беспробудный сон.

Окончательно удостоверившись, что засада надежно обезврежена, юноша неслышным, мягким шагом приблизился к изголовью. Склонившись над подушкой, он без труда отыскал несколько коротких желтовато-бурых волосков.

А если верить тем исписанным Иэном листкам, детектив Зерил был обладателем именно такой, желтовато-бурой шевелюры.

— Сомнений быть не может… — едва слышно прошептал Клейн. Зажав найденные волоски в руке, он подошел к диванчику и плавно опустился на сиденье. Устроившись в густом полумраке, едва подсвеченном багровыми лучами, он вознамерился пустить в ход гадание во сне, чтобы выведать точное местонахождение сыщика.

Откинувшись на мягкую спинку, он едва заметно скривил губы и с горькой, беззвучной самоиронией подытожил:

«Вот такая нынче дедукция…»

Глава 224

Оккультный детектив

Густой полумрак комнаты укрывала тонкая вуаль бледно-красного лунного света, размывая очертания предметов и превращая их в неясные, зыбкие тени.

Трое мужчин в черных куртках спали мертвым сном в разных углах спальни. Клейн же, устроившись на небольшом диванчике и смежив веки, казалось, наполовину растворился во мраке ночи, тоже провалившись в глубокое забытье.

Его сновидение представляло собой искаженный мир, затянутый серой пеленой, сквозь которую то и дело пробивались яркие вспышки света.