Безликий (ЛП), стр. 126
«Предмет, блокирующий прорицания… Уж не те ли это щедрые дары, что он выудил из того богомерзкого ритуала по призыву отпрыска? Крупица божественности самого Истинного Творца?» Клейн напряженно размышлял несколько секунд и наконец принял твердое решение: как бы там ни было, он обязан лично наведаться в этот чертов профсоюз докеров.
Существуют вещи, которые ты просто обязан сделать, даже если впереди маячит верная смерть!
«Раз уж эти две барышни умудрились вести скрытую слежку, не попавшись на глаза, то и мне это вполне по силам… Мне достаточно лишь на секунду столкнуться с Ланевусом лицом к лицу, чтобы получить зацепку и подтвердить его личность через карты…»
«Само собой, пороть горячку и лезть напролом нельзя. Требуется железобетонная подготовка. Во-первых, нужно забросить „Полностью черное око“ сюда, в чертоги над серой мглой, чтобы ментальная скверна Истинного Творца ненароком не вступила в резонанс с Его божественностью. Во-вторых, придется нарастить себе рост, чтобы тот громила Гигант не признал по габаритам вчерашнего ночного „прохожего“. Ну и в-третьих, необходима безупречная, не вызывающая ни малейших подозрений легенда. Хм… могу прикинуться журналистом, собирающим материал для статьи. Одолжу-ка я для начала фальшивое репортерское удостоверение у Майка Джозефа…»
Уголки губ Клейна плавно поползли вверх. Плотно укутавшись духовностью, он камнем рухнул обратно в реальный мир.
Глава 284
Инстинктивная дрожь
Три часа пополудни, док Восточного Балама, Профсоюз докеров.
Облачившись в плотный шерстяной свитер, поверх которого была накинута желто-коричневая куртка, и водрузив на голову непритязательную мягкую кепку, Клейн постарался придать себе вид самого заурядного репортера, рыщущего в поисках сенсаций, а не лощеного светского хроникера, завсегдатая званых ужинов и интервьюера сильных мира сего. На этот маскировочный гардероб пришлось дополнительно раскошелиться на один фунт и десять сулей.
На носу у него покоились очки в золотой оправе, а гладко зачесанные назад волосы щедро блестели от помады. Густая, неопрятная растительность на лице бесследно исчезла, уступив место лишь темной, отдающей синевой щетине, окаймляющей губы. Ко всему прочему, сыщик умудрился вытянуться как минимум на пять сантиметров, чтобы кардинально дистанцироваться от вчерашнего образа простого работяги и гарантированно сбить с толку любого, кто не знал его достаточно близко.
В карманах его одежды больше не таилось ни «Полностью черного ока», ни россыпи магических амулетов, ни склянок с эфирными маслами и травами. Весь его арсенал теперь сводился к колоде карт Таро, стопке блокнотных листов, перьевой ручке, бумажнику, горсти мелочи, связке ключей да фальшивому репортерскому удостоверению.
Юноша понятия не имел, в каком состоянии сейчас пребывает Ланевус, и совершенно не ведал, что за могущественные Потусторонние сплотились вокруг этого афериста. А потому благоразумно решил перестраховаться и избавился от любых улик, способных навлечь на него подозрения.
Бросив взгляд на высящееся впереди двухэтажное здание, Клейн неспешно пересек проезжую часть, мастерски делая вид, будто его обостренная интуиция «Клоуна» вовсе не бьет в набат, крича о десятке цепких, сверлящих его спину взглядов.
Толкнув парадную дверь, он обнаружил, что убранство Профсоюза докеров поражает своей откровенной бедностью. Здесь не было ни приветливой девушки за стойкой ресепшена, ни просторного, светлого холла. Прямо по центру громоздилась лестница на второй этаж, а по обеим сторонам разбегались узкие коридоры, густо усеянные дверями кабинетов. Голый бетонный пол не удостоился даже дощатого настила, не говоря уже о коврах.
Скосив глаза на дежурившего у входа мужчину, Клейн приблизился и уверенно заявил:
— Я репортер из «Баклунд Дейли». Желаю взять интервью у сотрудников вашего профсоюза, чтобы пролить свет на ваши чаяния и насущные проблемы.
На охраннике было накинуто ветхое, сплошь усеянное заплатами пальто, из прорех которого сиротливо торчала грязная вата. Под этой рваниной виднелась лишь тонкая льняная рубаха.
Едва заслышав слово «репортер», мужчина мигом подобрался, настороженно ощетинившись, и скороговоркой затараторил:
— Нет! Мы в последнее время никаких забастовок не устраивали! Ничего подобного!
— Полагаю, вы меня превратно поняли. Я всецело на вашей стороне. Моя цель — подготовить развернутый материал о том, как именно профсоюз отстаивает права работяг, и с какими суровыми препятствиями вы вынуждены мириться. Уж поверьте мне на слово. — Пустив в ход свои недюжинные таланты «Клоуна», Клейн вложил во взгляд поистине обезоруживающую, ангельскую искренность.
— Вот оно что… В таком случае вам к мистеру Лэнду. Он у нас за пропаганду отвечает. Повернете направо, второй кабинет по правой руке, — поколебавшись пару секунд, сбавил тон охранник.
— Премного благодарен, — Клейн, талантливо разыгрывая облегчение, отвесил учтивый поклон. Одновременно с этим он нутром почуял, как колючие взгляды, сверлившие его из темных углов, наконец-то растворились во мраке.
Чувствуя, как по спине струится липкий холодный пот, юноша свернул в правый коридор и гулко постучал в указанную дверь.
С протяжным скрипом створка подалась, и на пороге возник немолодой мужчина с изрядно поредевшей шевелюрой. Смерив гостя подозрительным взглядом, он поинтересовался:
— С кем имею честь?
— Мистер Лэнд? Я репортер «Баклунд Дейли» Стенсон. Вот мое удостоверение. Я вознамерился посвятить целый выпуск детальному обзору деятельности вашего профсоюза, дабы привлечь к вашим бедам внимание широкой общественности, — Клейн вошел в роль настолько виртуозно, что и сам уже едва ли не поверил в свою вымышленную профессию.
— Я Лэнд, — буркнул мужчина. Мазнув равнодушным взглядом по протянутым корочкам, он с явной неохотой процедил: — Свежо предание, да верится с трудом. С какой это стати газетчикам вдруг понадобилось нам помогать?
— Я сам родом из Восточного района и не понаслышке знаю, в какой беспросветной нищете прозябает рабочий люд. Если вы сомневаетесь в моей искренности, вольны ходить за мной попятам и контролировать каждое слово, — внезапно расплывшись в легкой улыбке, парировал Клейн. — Согласитесь, материал, подкрепленный живыми фактами и вашими прямыми цитатами, принесет куда больше пользы, чем высосанные из пальца байки. У вас хотя бы появится шанс донести до людей свою правду и направить общественное мнение в нужное русло.
Лэнд в задумчивости почесал свою плешивую макушку и нехотя протянул:
— Ладно.
— Но я буду следить за каждым твоим шагом.
— Премного благодарен! — Клейн чудом подавил рвущийся наружу ликующий возглас.
Заручившись поддержкой Лэнда, сыщик принялся методично обходить один кабинет за другим, задавая профсоюзным деятелям заранее заготовленные, выверенные вопросы.
Правый коридор — пусто. Левое крыло — ни единой зацепки… Сохраняя на лице маску невозмутимого профессионализма, Клейн ступил на деревянную лестницу и поднялся на второй этаж.
На этот раз Лэнд провел его прямиком в кабинет, расположенный аккурат напротив лестничного пролета, с порога бросив сидящим внутри:
— Это мистер Стенсон, репортер из «Баклунд Дейли».
— Он желает задать вам парочку вопросов. Впрочем, спешу напомнить: вы в своем полном праве хранить молчание, если сочтете тему неудобной.
Клейн расплылся в лучезарной улыбке и шагнул вперед, всем своим видом выражая готовность пожать руку каждому из присутствующих.
И в этот самый миг его взгляд споткнулся о до боли знакомый силуэт.
И пусть кожа этого человека налилась густым бронзовым загаром, заурядное круглое лицо обрело резкие, рубленые черты, а круглые окуляры сменились на изящную золотую оправу прямоугольной формы, безупречная интуиция «Провидца» безошибочно забила тревогу, выдав незримое, инстинктивное узнавание.
Тело юноши прошила мелкая дрожь, а дежурная улыбка на губах едва не треснула по швам.