Роковой секрет кэльпи (СИ), стр. 96

Антейлин покачал головой в ответ и по-доброму усмехнулся, покосившись на уже задремавшего больного в углу маленькой, бедно обставленной пещеры. Его речь, как всегда, звучала спокойно и чересчур витиевато, но именно в ту минуту Ви вдруг почувствовала небывалое раздражение и волнение от того, насколько медленно он подбирался к сути.

— Цветы душицы всегда считались символом радости. И благодаря своему исключительному упорству ты можешь возрадоваться в этот день, Виолетта: те двое, о которых зашла речь, остались целы и невредимы. Джейсон Лесли спит снаружи: ему необходимо отдыхать на свежем воздухе, ближе к земле и воде. Что касается кэльпи… Полагаю, Чёрная смерть бродит по безлюдной территории Райгха. Учитывая тот невероятный факт, что он оказался оправдан… — На секунду Антейлин замялся, будто подбирая правильные слова, и обычно тёплый взгляд невольно выразил явную озабоченность. — К тому же, стража попросту не желала связываться с ним после того… инцидента… с ослеплённым Веспером. Без правителя Райгх лишился значительной части защиты, да и кэльпи был весьма… убедителен, если можно так выразиться, когда вынудил отпустить себя на волю ещё до казни Лейлара. Сейчас почти все оставили дом из-за бесчисленных угроз с его стороны, до тех пор, пока Чёрная смерть сам не покинет священную землю.

Он чуть отвёл взгляд, переминая пальцы, и посмотрел на силуэт раненого эльфа, едва различимый в ласковом, обволакивающем полумраке вокруг.

— Так, с Джеем всё нормально, а большинство эльфов сбежали из-за Кэла. Это я поняла… Теперь давай по порядку: что насчёт Лили? Лейлара? Боже, ты сам-то как?.. — сбивчиво расспрашивала Ви, пока выбиралась из складок тёплого одеяла и спускала ноги на прохладный каменистый пол.

— Этим и вызвано возмущение многих: Лили удалось бежать. Белоснежную лошадь ещё не поймали, — Антейлин отвечал на все вопросы спокойно и последовательно, совсем не торопясь, как если бы спешить теперь стало некуда, но проблески тревоги всё же душили его изнутри — и Виолетта никак не могла понять, чем они были вызваны. — Зная её предусмотрительность, скажу лишь одно: она уже давно продумала пути отступления на случай непредвиденной беды, хорошо изучила нашу стратегию Охоты, привычки, преимущества и слабости. Лейлар, в свою очередь… был казнён по всем правилам. Утоплен в Проклятом озере, ещё позавчера. Единственную возможность пуститься в бега он потерял, помогая Лили уйти, однако, что куда печальнее, у него не осталось ни сына, ни дочери, которые могли бы занять престол. Теперь только Луна сумеет избрать следующего правителя, но когда это случится не знает никто. Нави’ирум Райгх вскоре погрузится в хаос, борьба за титулы вспыхнет, как хорошо просмолённый факел… Не стоит беспокоиться за мою душу на фоне грядущих проблем: эти раны вовсе не серьёзны, не опасны для жизни. Просто боль ненадолго вывела меня из строя тогда, на берегу.

— «Совсем не серьёзны»? Это не выглядело царапиной! — уже чуть громче выпалила Ви и пристально уставилась Антейлину в лицо. — И да, кто-то ведь тебе помог? А мне, когда я?..

— Ох, верно. Мои дети, Лау и Рау, — с горькой улыбкой заметил он и, увидев, как расширились зрачки Ви, сразу пояснил: — Сироты. Когда-то я не смог оставить их одних, несмотря на сложный характер, вечные капризы… Правда, должен признать: в этот раз их любопытство, непослушание и желание украдкой понаблюдать за казнью кэльпи, вопреки правилам Суда и моему запрету, стало бесценнейшей помощью из всех возможных. Наверное, другие дети на их месте и вовсе бросили бы тебя у озера и ушли, а потому мне остаётся лишь втайне гордиться тем, что я воспитал их правильно.

— Но почему только они? То есть, я могу понять, почему другие эльфы медлили, не решаясь помочь мне или Джею: мы тут чужие. Но почему, чёрт возьми, никто не помог тебе?! Ты же один из них!

Тот только легонько покачал головой и приложил палец губам, убедительно показывая ей вести себя тише и поумерить пыл.

— Крылья отрезаны, — грустно улыбнулся он в ответ, — а значит мне снова нет места в Райгхе. Совсем скоро послы Тихого Леса явятся за мной, как явятся за Веспером, и заберут прочь… Таково давнее соглашение между нами: калеки здесь ставятся вровень с преступниками, ведь и те, и другие никогда не принесут пользы нашему народу.

Сделав глубокий вдох, Ви попыталась взять себя в руки. Вопросов было слишком много, и она решилась задать только самые существенные из них:

— Что за Тихий Лес? И что именно случилось с этим… Веспером?

— По вине кэльпи Веспер ослеп и будет призван Тихим Лесом… — Он чуть задумался, словно пытаясь решить на ходу, как именно ему стоило ответить на вопрос Ви и какие детали можно было бы опустить из-за их ненадобности. — Это место, куда ссылают многих неугодных Райгху эльфов со времён первого короля. Страшное место, где реки алой крови текут днём и ночью, где жизнь превращается в существование, а смерь — в избавление. Величественное место, ставшее не тюрьмой, но кладезем позабытых знаний и правил, на которых держится весь наш мир… Калеки там учатся выживанию в любых условиях, убийцы и бунтари — покорности и смирению. Однако те, кто послушен воле Леса, иногда становятся хранителями, заплатив чересчур высокую цену, — Антейлин продемонстрировал болезненно выглядевшую вязь шрамов на коже, обвивавшую запястья, — и понимают суть силы, за которой гонятся столь многие. Нас учат ценить и любить жизнь всех невинных существ выше собственной. Мы присягаем на крови отделять смерть от жизни, а жизнь — от смерти, и тех, кто возвращается, уважают так же сильно, как правителей Райгха. Хотя бы потому, что, по обыкновению, в обители предков не выживает почти никто.

Похолодев, Ви на секунду попыталась представить себе подобное место. Картинки милой дружелюбной лесной полянки не получалось даже с натяжкой — только мрачная и жестокая дремучая чаща, пропитанная тяжёлой атмосферой тишины. Антейлин с долей неловкости усмехнулся, заметив её реакцию, — видимо, ему это было далеко не в новинку, — и на мгновение стал вполоборота, ожидая ответа. Она сумела увидеть множество перевязок на спине эльфа, прежде чем тот, перехватив направление пристального взгляда, осознал свою оплошность и поспешил развернуться к ней лицом.

— Это, наверное, очень… больно, — наконец шепнула Виолетта, не переставая думать о едва заметных обрубках, видневшихся под чистой тканью, смоченной в каких-то жидкостях. — Прости, что тебе пришлось…

— Нет-нет, не стоит извиняться. Эта боль не идёт ни в какое сравнение с тем… — Антейлин вдруг улыбнулся, быстро отведя глаза, и добавил: — Впрочем, неважно. Я не мог стоять в стороне, поэтому сделал свой выбор. Извинения неуместны.

Не в её привычках было просить прощения дважды. «Сказал, что неважно, — значит, так оно и есть… Не буду навязываться, иначе он почувствует себя только хуже», — решила Виолетта и, приказав тяжести на сердце не подавать голоса, резко перевела тему:

— Ты сказал, что Лейлара казнили позавчера. Тогда сколько примерно я спала? И почему вообще вырубилась? Хоть убей, не вспомню…

— Ты беспробудно спала около двух дней, — безмятежно ответил он, и Ви передёрнуло при мысли о том, как долго она не появлялась дома. — Когда контракт с кэльпи вступил в полную мощь, каждый отданный приказ начал отнимать твои собственные силы десятикратно. Такова цена истинной связи. Думаю, ты слишком уж… переборщила… Мне рассказали. Конечно, ты также поступила крайне опрометчиво насчёт зелья… — нежный голос Антейлина, став чуть вкрадчивым, впервые за всё время выразил явное недовольство. — Я же говорил: оно помогло бы тебе почувствовать себя лучше. Лучше, Виолетта, но это и близко не стояло со словом «выздороветь». Учитывая хрупкость смертных и тот факт, что ты бегала наперегонки с Лили по лесу в таком состоянии… Боюсь, мне даже нечего сказать. К превеликому счастью, отдых сделал своё дело. Ухудшений нет. Не в этот раз. И всё же не пренебрегай своим здоровьем впредь: то, что ты не чувствуешь признаков болезни, не значит, будто её нет. Тебе всё ещё нужен отдых, отважная безрассудная леди, ведь запас твоих сил вовсе не безграничен.