Роковой секрет кэльпи (СИ), стр. 110

Каким глупым ни был молчаливый выбор Ви, она просто не могла поступить с Кэлом вот так. Только не с ним. Только не убить.

Леди Фелис разочарованно качнула головой, подняла локоть повыше и навела стрелу чуть точнее, без доли сомнений готовясь спустить её, не измени смертная решения в течении следующих десяти секунд. Однако Виолетта молчала. Губы пересохли, с разгорячённых щёк сошёл румянец, а вся отвага и надежда испарялись с каждым ударом сердца, эхом отдававшимся в ушах.

Их время истекло быстро, — слишком быстро, — но раньше, чем предводительница Охотников успела бы кивком скомандовать о начале боя, один из эльфов вдруг отбросил лук, выхватил широкий нож, лезвие которого пестрило особо пугающими на вид рунами, и метнулся вперёд; на его лице отчётливо читалось желание убить кэльпи самому. Первым вырезать едва бьющееся в груди сердце. Первым забрать всю славу себе.

Стать первым любой ценой.

Оскал кэльпи сам за себя сказал о непреодолимом желании кинуться на Охотника в ответ, вцепиться в горло, а может и вовсе сменить облик на лошадиный, разорвать на кусочки, заставить молить о пощаде, но Кэл дал Ви обещание — и вынужден был ему следовать. Никаких убийств.

В самую последнюю секунду кэльпи прищурился, выдохнул, будто внутренне борясь с уязвлённым чувством гордости, — и с быстротой молнии сделал шаг в сторону, не коснувшись воина и пальцем. Раздался вскрик, и эльф, не ожидавший отступления от самого чудовища Проклятого озера — Чёрной смерти, не успел затормозить. Его ступня споткнулась о край скалы, колчан, набитый стрелами, потянул бёдра вперёд, и Охотник, случайно сделав кувырок в воздухе, полетел в узкую речку с высоты всего обрыва, крыльями вниз.

Громкий свист, падение тяжёлого тела, удар о камни и выступы скал, последний оглушающий крик — и всё стихло, уступив место прежней гнетущей тишине.

— Назад! — запоздало выдохнула леди Фелис, на мгновение поддавшись растерянности, и ненароком спустила тетиву, но стрела, пущенная слишком слабо, просто воткнулась в землю у ног широко усмехнувшегося кэльпи.

— Не думаю, что он услышал. Или, может, это был очень, очень непослушный эльф…

Лицо Охотницы чуть порозовело от гнева и едва сдерживаемой ярости, но, больше ни на секунду не позволяя эмоциям взять верх над собой, она холодным и расчётливым движением вложила новую стрелу в лук и нацелилась Ви прямо в сердце.

— Ты сделала свой выбор, юное создание… Пришло время вам двоим умереть.

Теперь, когда за их спинами, в самом низу обрыва лежал один из Охотников, тихо стенавший и ещё пытавшийся ползком выбраться на берег, несмотря на бурное течение воды, шанса на сделку больше не было.

Виолетта зажмурилась.

— Или троим, — внезапно заметил мягкий певучий голосок, и Ви, вздрогнув, сразу распахнула глаза. Из-за ствола старого сухого дуба к эльфам, ни капли не беспокоясь о стрелах, выскользнула девушка и подошла чуть ближе под ошеломлённым взглядом Кэла. — Или пятерым. Или десятерым… Или никому.

— Ты. Приведи сюда отряд с соседнего участка, сейчас же, — скомандовала Охотница, но воин, которому она отдала приказ, был остановлен улыбкой Лили, выскочившей у него на пути.

— Не стоит. Глупейшая затея… Вы пытаетесь отнять чужие жизни, но так легко забываете о собственных. И всё же кэльпи бывают милосердны: мы дадим вам шанс сдаться, забрать раненого и отступить. Полагаю, он ещё жив…

— Сдаться? — Эльфийка коротко хмыкнула и приказала: — Сменить позиции.

Все Охотники мгновенно перестроились, и на каждого кэльпи припало по четыре противника; на совершенно беспомощную Ви уже не смотрел никто, да и она никак не изменила бы ход грядущей битвы.

— Леди Фелис… Я давно за вами наблюдала, как и вы — за мной, — продолжала Лили с азартным блеском в глазах, точно зная, что стоило сказать, чтобы выиграть время и заставить эльфийку дослушать её до конца. — Желаете заполучить силу исполнением старых легенд и стать достойной любимого чистых кровей, правда? Очаровательный Сейрс… Вы были никем, сиротой без капли чар — и не могли быть с ним. Стали лучшей Охотницей из всех, а его семья по-прежнему против вашего брака. Так скажите, какой вариант разумнее: задержаться здесь, но больше никогда не вернуться к нему в Райгх, либо же уйти сейчас и сохранить жизнь, отбросив глупые надежды?

— Нашим жизням не угрожает ничего, кроме вас. Цельсь.

— Чтобы убить нас обоих, вам понадобится не один час, леди Фелис. А ведь время сегодня не на вашей стороне… Жизни каждого их вас могут приблизятся к концу куда раньше, чем пройдёт тридцать восемь секунд, — и ни мне, ни кэльпи не придётся пошевелить и пальцем.

Лёгким качанием головы Лили указала на тучи, застывшие в небе над лесом, и кто-то из Охотников, побледнев, возразил:

— Дождя не будет.

— Гроза может разразиться в любой момент, милый эльф, а потому забудь обо всём, что заставляет тебя ненавидеть или желать кэльпи, и спасай собственную жизнь. Как считаете, леди Фелис, вы бы успели вернуться в Райгх с целыми крыльями? Или потеряли бы их — последнюю вашу привилегию — и навеки отправились бы в Тихий Лес, осознанно отбросив прочь всё, чего когда-либо добились?

Будто в подтверждение словам Лили, с неба вдруг одна за другой стали срываться крупные холодные капли дождя.

— Быть не может!.. Сегодня ведь не должно… — изменившись в лице, шепнул третий Охотник — и леди Фелис скомандовала, опуская оружие, рывком расправляя крылья и поднимаясь в воздух:

— Отступаем. Живо. Вы двое — заберите раненого и марш вперёд. Остальные — дайте знать другим отрядам… Кровавая Луна!

Виолетта с открытым ртом смотрела удалявшимся эльфам вслед, чувствовала спасительную влагу, струйками уже стекавшую по волосам, а в голове крутилась всего одна мысль: «Неужели… Нам настолько повезло?!»

Хитрый озорной блеск жемчужных глаз Лили, в которых будто плясали тысячи маленьких чертят, говорил сам за себя: это никак не могло быть совпадением.

— Теперь в расчёте с вами обоими, — наконец засмеялась она, с какой-то мимолётной бездушной печалью взглянув эльфам вслед, повернулась к ближайшему старому дубу и вдруг сделала глубокий плавный реверанс на ходу. — Ах да, благодарю за помощь, любезный хэйрг… Твои чары и правда сильнейшие из всего Водного народа, раз ввели в заблуждение даже их. Эльфам давно стоило бы начать воспринимать тебя всерьёз.

Из едва заметного в густой кроне дупла появилась пара крошечных, сияющих голубым светом, глаз, оскал мелких острых зубок, беззащитное, маленькое, размером с ладонь, пушистое туловище — и довольное, будто кошачье, урчание, раздавшееся во мраке за шумом идеальной иллюзии грозы, точно говорило о симпатии хэйрга к Лили.

С самого её появления у обрыва Кэл даже не шелохнулся, смотря лишь вперёд, на озорную кэльпи, будто в тот миг невероятнейшей вещью во всём мире, которая имела значение, была она и только она одна.

— Зачем вернулась? — единственная фраза, которая сорвалась с его губ, прозвучала так же холодно и отстранённо, как обычно, но Ви на удивление ясно поняла: он был растерян, недоверчив, полон ненавистной им надежды и совершенно сбит с толку.

— За тобой, конечно же, — услышав её мягкие, полные неожиданной грусти, слова, Кэла шумно выдохнул, подошёл ближе, и Ви сжала зубы от внезапно нахлынувшей злости. — Пойдём со мной, кэльпи. Лишь ты и я.

Казалось, даже сейчас, после всего случившегося, одной искренней улыбки Лили, рискнувшей хоть чем-то ради Кэла и вернувшейся за ним сейчас, было достаточно, чтобы заставить его хотеть нарушить любые обещания, которые он когда-либо давал самому себе.

— Зачем? — эхом повторил кэльпи, не сводя глаз с копны её потускневших от пыли серебристых волос, пропитанных каплями дождя; с где-то раздобытого грязного платья и трепетавших на ветру ресниц; с опустившихся уголков пухлых, чётко очерченных губ.

— Так, точно незачем, — опомнившись, вклинилась Виолетта, подбежала ближе, схватила Кэла за рукав и чуть подтолкнула его в спину к зарослям утёсника. — Не думай, что Лили помогла нам просто так. Очевидно же, она пудрит тебе мозги, а ты пялишься на неё, как на любимую куклу! Давай, уход…