Роковой секрет кэльпи (СИ), стр. 100

Ещё издалека Ви заметила выбитое окно пещеры, грубо оставленное нараспашку. Сорванные побеги бэйльфлоса привядшими листьями лежали на земле вперемешку с раскрошившимся витражным стеклом, указывая на чьё-то донельзя отвратительное расположение духа. Недолго думая, Виолетта всё-таки решилась войти через дверь — и направилась вперёд по тёмному коридору. Она шла мимо гостиной с исполосованными картинами и опрокинутыми шкафами, через пустую спальню, за отодвинутый гардероб в подвал, и вся её интуиция неусыпно твердила: Кэл был именно там.

Спустившись в комнату Лили, Ви не сдержалась и присвистнула, чуть сбавив темп. Все шкафы с разорванными платьями оказались перевёрнуты вверх дном, будто в порыве безудержной злости. Тут и там на полу находились сломанные и безнадёжно испорченные украшения, осколки дорогой посуды, разбитые игрушки. Балдахин у кровати был жестоко сорван, подушки — разодраны в клочья до самых перьев. На полу лежали сброшенные со стен портреты голубоглазых мальчиков, которые когда-то так и не успела поближе рассмотреть Ви, — и ближайшая к её ногам картина заставила взгляд зацепиться за подпись: «Неважно, как зовут. Неважно, когда умер. Не хочу запоминать, не хочу привязываться… И ненавидеть больше не могу!»

«Миленько. По ней так не скажешь», — мысленно прокомментировала Виолетта, сделала глубокий вдох полной грудью — и направилась дальше, к пруду.

«Вон! — ожидала услышать она, стоило ей увидеть Кэла в лёгком сиянии нейрида подземного леса. — Оставь меня в покое!» Но вместо этого кэльпи лишь коротко произнёс, не удосужившись даже взглянуть на Ви:

— Я ждал тебя, смертная. Есть разговор.

И что-то настойчиво подсказывало ей: ничего хорошего в неестественно спокойном тоне низкого голоса не было.

========== Глава 26. ==========

Почти не шевелясь, Кэл чуть покачивался на поверхности воды и с полным безразличием рассматривал утопавший во тьме потолок подвала. Его запылившаяся одежда, которую он не потрудился снять, насквозь промокла, прилипнув к телу. Чёрные, вьющиеся на концах волосы потяжелели, пропитались влагой и окончательно спутались, словно внешний вид внезапно стал последней вещью, которая только могла волновать кэльпи. Взгляд, направленный куда-то вверх, казался уставшим и отстранённым, в какой-то степени даже беззлобным.

Отбросив в сторону обычную язвительность, Кэл выглядел до странного опустошённым. И в то же время, как и следовало ожидать, в ровном тоне его голоса не сквозило ни капли дружелюбия или теплоты. Лишь холодность, равнодушие и полная отчуждённость.

Заметив кэльпи, Виолетта на секунду растерялась. Неожиданно она подумала: “А как вести себя с ним после всего, что случилось? О чём он хочет поговорить? Ни за что не поверю, будто в нём вдруг проснулась благодарность… Значит, это насчёт Лили? Или его секрета?”

Ответа на эти вопросы пока не было.

— Я тоже хотела пообщаться, — она неловко переминалась с ноги на ногу, толком не зная, что сказать, — но давай-ка сначала уйдём из Рэгнума, а все беседы припасём на потом? Серьёзно, по-моему, чем скорее свалим, тем лучше! Не хочу, чтобы мы надолго оставляли Джея одного.

— Наш договор всё ещё бессилен на этой территории, — отвечал Кэл с хриплым смешком, но его голос оставался острым и резким, как звон разбитого в порыве гнева стекла, — поэтому мы поговорим здесь. Разве ты не боишься меня после всего, о чём узнала? Не ненавидишь? Не против, чтобы я приблизился к Джейсону ближе, чем на сотню футов?

— Ну… нет. А в чём проблема? — Виолетта чуть нахмурилась, совсем не понимая его недоверчивого замешательства; между её бровей залегла напряжённая складка, а уголки губ слегка опустились. — С чего бы мне тебя бояться или ненавидеть, раз мы больше не враги? Да и с Джеем вы неплохо ладите… Ну, по крайней мере, так кажется со стороны.

Кэльпи полностью проигнорировал её ответ, но всё-таки повернул голову и вдруг смерил Ви очередным странным, до чёртиков пристальным взглядом. Во время их последней встречи он тоже смотрел на неё именно так, и скептическое, чуть раздражённое выражение его лица могло значить только одно: “Да неужели?” Наконец, Кэл подплыл к самому берегу и, подтянувшись, выбрался на узкую полосу песка у подземного леса.

— Я удивлён, девочка, — хмыкнул он и, тряхнув головой, принялся выжимать копну спутавшихся прядей. — Ты либо совершенно бездушна, — что маловероятно, — либо безнадёжно глупа… Всё-таки ты помогла той, кто дважды пыталась добиться твоей гибели, бежать. Не бросила друга. До сих пор не произнесла вслух мою часть секрета, что само по себе удивительно. Значит, скитаясь в сумраке заблуждений, ошибочно выстроенных тобой, ты отказываешься открыть глаза, увидеть очевидное и принять истину… Безнадёжная глупость.

— Ну спасибо. Ты умеешь делать комплименты, — замявшись, съязвила Виолетта, но в уме уже прикинула, насколько странными казались его слова по десятибалльной шкале. Это относительно положительное заявление тянуло как минимум на “шестёрку”, по крайней мере, из-за явной беззлобности и — во что Ви особенно сильно хотелось верить — доли скрытого уважения. Загадочную фразу про безнадёжную глупость она предпочла игнорировать: колкие замечания всегда были в духе кэльпи, независимо от переменчивого настроения, да и ссориться с ним казалось тем ещё безрассудством. — Ты правда считал, что я смогла бы бросить тебя и Джея и забиться куда-нибудь в угол? Не сделать ничего и остаться в стороне, пока вам грозила казнь? Ну уж нет, ни за что! А насчёт Лили… Да, наверное, она и правда должна была понести наказание за предательство, за её махровый эгоизм, за сговор с Лейларом, в конце концов, но смерть?.. Нет. Я не смогла, Кэл. Какой бы тварью она ни была, не мне её судить. Не мне решать, кому умереть, и даже когда эльфы предложили убить Лили… Само решение оставалось за мной. Я просто поняла, что могла поступить только так, как поступила, и я ни о чём не жалею! Это их разборки, не мои.

— Не желала марать руки? — оценивающе переспросил Кэл, как всегда, слыша только те фразы, которые хотел слышать.

Ви сразу поняла, к чему он клонил, и на одном дыхании выпалила, сделав шаг вперёд и уперев руки в бока:

— Ох, нет конечно! Просто не хотела новых смертей. Завязывай уже с этим, правда!

— Увы, но смерть придёт снова и совсем скоро. — Кэл помолчал, чуть поморщился и кончиками пальцев коснулся собственного обезображенного горла. Глубокие раны уже затянулись и, по крайней мере, перестали кровоточить, но огрубевшую кожу на запястьях и шее всё ещё покрывали действительно страшные шрамы — метки жестокой расплаты за непослушание. — Ты знаешь секрет Лили. Значит, знаешь и мой секрет. В таком случае, у меня есть одна… просьба.

Сделав глубокий вдох, Виолетта мысленно исправила “шестёрку” на “десятку”.

— Просьба? Если ты намекаешь на месть эльфам, то серьёзно, хватит! — горячо возразила она, замотав головой, и рукавом отбросила пару прядей со лба. — Лейлар получил по заслугам, да и Лили, думаю, достаточно испугалась, чтобы во всём раскаяться… Я, кстати говоря, не собираюсь искать её или стараться помочь, даже не проси! Может быть, она и правда скучала по тебе, — сам посмотри на это “озеро”, — но хватит за неё цепляться. И хватит пытаться отомстить, если мстить больше некому!

Кэл только покачал головой со снисходительным смешком, не отводя от неё тяжёлого взгляда. От тихих, отрывистых слов кэльпи разгорячённая кровь на секунду заледенела в жилах, и Ви опустила голову, запоздало осмысливая услышанное.

— Я больше не желаю мести. Мне нечего хотеть. Убей меня, Виолетта Кэйтлин Ривс. В тот же миг, когда мы покинем Райгх.

Ви мысленно досчитала до двадцати перед тем, как ответить. И ещё раз. И ещё.

— Так, сделай глубокий вдох и скажи: какого чёрта?.. — только и сумела выдавить она, когда поняла, что не ослышалась.

— Я всегда хотел умереть, — бесстрастно продолжал Кэл, словно уже давно всё для себя решил и не собирался принимать возражений. — Если ты не сделаешь этого — заставлю. Или начну убивать эльфов одного за другим, пока они не доведут свою казнь до конца… По-твоему, меня могли бы привести на Суд так просто, без единой смерти, если бы я жаждал жизни?