Пять поросят, стр. 20
Пуаро кивнул.
- Хочу попросить вас ещё кое о чём. Элдербери примыкает к этому владению, так? Возможно ли съездить туда, своими глазами увидеть, где произошла трагедия?
- Я могу сводить вас туда прямо сейчас. Но, конечно, место сильно изменилось.
- Имение полностью перестроили?
- Слава богу, нет — всё не настолько плохо. Но это сейчас вроде гостиницы — какое-то общество купило его. Орды молодёжи стекаются туда летом, и разумеется, все комнаты разделены на секции и изолированы, и участок сильно изменился.
- Вы всё воссоздадите своим объяснением.
- Уж я постараюсь. Видели бы вы его в былые времена. Одно из красивейших поместий.
Они вышли во двор и начали спускаться по травянистому склону вниз.
- Кто его продал?
- Душеприказчики от имени ребёнка. Крэйл не составил завещания, имущество поровну разделили между женой и ребёнком. Завещание Кэролайн также отдавало её долю дочери.
- Ничего единокровной сестре?
- У Энджелы было некоторое состояние, оставленное ей отцом.
- Понятно… Но куда вы меня ведёте? Впереди побережье!
- Ах, вам надо объяснить нашу географию. Вы всё сами увидите через минуту. Вон там бухта, видите? Верблюжья бухта, как её называют, вдаётся вглубь побережья, выглядит как устье реки, но это именно море. Чтобы добраться до Элдербери сушей, надо идти от моря и вокруг бухты, но кратчайший путь — через этот небольшой залив. Элдербери прямо напротив. Вы можете увидеть дом через деревья.
Они вышли на маленький пляж. Напротив них виднелся лесистый мыс и белый дом, едва различимый за деревьями.
На пляже были оставлены две лодки. Мередит, с несколько неуклюжей помощью Пуаро, стащил одну в воду, и они погребли к другому берегу.
- Мы раньше всегда добирались этим путём, - объяснил Мередит. - Конечно, если ливень или шторм, тогда на машине. Но так около трёх миль.
Он вёл лодку в аккурат вдоль каменной пристани. Он пренебрежительно оглядел гостевые домики и бетонные террасы.
- Это всё новое. Раньше была лодочная станция — полуразрушенная, старая, - и ничего более. Можно было пройти по берегу и купаться за этими скалами.
Он помог гостю сойти, привязал лодку, и повёл его вверх по крутой тропинке.
- Не думаю, что мы кого-нибудь встретим, - бросил он через плечо. - В апреле никого нет — разве что в Пасху. Ничего, если пройдёмся. Я в ладах с соседями. Замечательный денёк для прогулки. Больше похоже на июнь или сентябрь. Сияет солнце — но дует прохладный ветерок.
Тропинка выбегала из лесочка и огибала обнажённые скалы. Мередит указал рукой:
- Вот то, что зовут Бэттери. Мы сейчас примерно под ней, огибаем её.
Они снова вошли под сень деревьев, тропа круто повернула, и они оказались перед дверью в высокой стене. Тропа дальше поднималась зигзагами, но Мередит толкнул дверь, они вошли.
Сначала Пуаро ошеломил резкий переход из тени на свет. Это была искусственно расчищенная площадка, огороженная зубчатой стеной с пушками. Она как будто нависала над морем. Позади и над ней - деревья, но со стороны моря ничего кроме ослепительно сверкавшей синевы.
- Привлекательный пейзаж, - прокомментировал Мередит. Он презрительно кивнул в сторону чего-то вроде павильона у задней стены.
- Тогда этого не было, конечно - только покосившийся навес, под которым Эмиас хранил свою мазню, бутылки пива и несколько шезлонгов. Площадка не была забетонирована. Здесь были скамья и стол, раскрашенные под сталь. И всё. Но всё-таки сильно место не изменилось.
В его голосе звучала беспокойная, тревожная нотка.
Пуаро сказал:
- И здесь это произошло?
Мередит кивнул.
- Скамейка была там — прямо напротив тента. Он откинулся на неё. Он иногда разваливался на ней, рисуя — откинется на спинку и смотрит куда-то вдаль – а потом неожиданно вскакивал и наносил краски на холст как безумный.
Он помолчал какое-то время.
- Вот почему он выглядел почти естественно. Как будто спал — просто вырубился. Но глаза были открыты… и он… буквально окаменел. Яд из сорта паралитиков, знаете ли. Никакой боли. Я… я всегда был рад этому…
Пуаро спросил то, что уже знал:
- Кто его нашёл?
- Кэролайн. После ланча. Мы с Эльзой, полагаю, последние кто видел его живым. Он… выглядел странно. Я бы не хотел об этом говорить. Я напишу в отчёте. Так легче.
Он резко развернулся и вышел из Бэттери. Пуаро безмолвно последовал за ним.
Они попетляли извилистой тропой. Выше Бэттери было ещё маленькое плато, накрытое густой тенью листвы, и там были скамейка и стол.
- Не много здесь поменяли, - сказал Мередит. - Но скамейка не была в стиле Рустик. Просто крашеное железо. Сидеть жестковато, но вид прекрасный.
Пуаро согласился. Сквозь раму деревьев можно было смотреть поверх Бэттери на залив.
- Часть утра я сидел здесь, - пояснил Мередит. - Деревья росли не так густо. Зубцы стены были видны совершенно чётко. Там позировала Эльза, как вы знаете. Сидела на зубце с повёрнутой в сторону головой.
Он слегка повёл плечами.
- Как сильно деревья выросли, подумать только, - пробормотал он. - Что ж, я старею… Пойдёмте к дому.
Они шли по тропе, пока она не вывела их из леса к дому. Красивое старое здание, в георгианском стиле. К нему были сделаны некоторые пристройки, а на лужайке рядом разместилось пятьдесят деревянных кабинок.
- Молодые люди спят там, а девушки в доме, - пояснил Мередит. - Я не думаю, что здесь есть что-то интересное. Все комнаты изолированы. Здесь была оранжерея. Эти люди пристроили лоджию. Полагаю, они наслаждаются отпуском. Не могут оставить всё как было — жаль, очень жаль.
Он резко повернулся.
- Пойдём другим путём. Это… это всё вернулось ко мне. Призраки прошлого. Они повсюду.
Они вернулись к причалу более длинным и извилистым путём. Никто не пытался заговорить. Пуаро уважал настроение спутника.
Когда они добрались до Хэндкросс-Мэйнор, Мередит обрывисто сказал:
- Я купил ту картину, знаете ли. Ту, что тогда рисовал Эмиас. Я не выносил мысли, что её продадут и выставят на обозрение грязных зевак. Хороший образчик мастерства. Эмиас говорил, лучше он ничего не писал. Я не удивлюсь, если он прав. Она практически совершенна. Он хотел поработать ещё денёк-другой, и всё. Вы… не хотите взглянуть?
- Да, очень, - немедленно отозвался Пуаро.
Блейк провёл его через холл и достал ключ из кармана. Он отпер дверь, и они вошли в просторное, пропахшее пылью помещение. Все ставни были наглухо закрыты. Мередит прошёл к окнам и отворил ставни. Затем, с небольшим усилием, раскрыл окно, и дыхание весеннего ветерка ворвалось в комнату.
- Так-то