Пять поросят, стр. 18
- Но мисс Грир считала такую точку зрения устаревшей?
- Да. Напомню вам, шестнадцать лет назад развод не был настолько в порядке вещей, как сейчас. Но Эльза считала, если двое несчастливы вместе, лучше разбежаться. Она сказала, Эмиас и Кэролайн не перестанут ссориться и для ребёнка лучше не расти в атмосфере дисгармонии.
- Её доводы вас не впечатлили?
- Меня не покидало ощущение, что она не понимает, о чём говорит. Она просто сыпала словечками, вычитанными в книгах или услышанными от друзей — как попугай. Она даже — странно говорить об этом — была довольно жалкой. Такая юная и такая самоуверенная…- он осёкся.- Есть кое-что в юности, месье Пуаро, она может быть ужасно трогательной.
- Я понимаю, что вы имеете в виду.
Мередит продолжил:
- Частично из-за этого я так наседал на Крэйла. Он был лет на двадцать старше её. Это не казалось честным.
- Увы — раз человек встал на твёрдый путь, его не так легко увести с него.
- Верно, - в голосе Мередита примешались нотки горечи. - Я определённо ничего не добился вмешательством. Я никогда не обладал даром убеждения.
Пуаро бросил на него быстрый взгляд. Он уловил в его голосе неудовлетворённость чувствительного мужчины недостатком характера. И он уяснил суть только что сказанного Блейком. Благожелательные попытки Мередита кого-то убедить или отговорить всегда отвергались — обычно снисходительно, терепливо, без гнева, но все равно отклонялись. Они не звучали весомо.
Пуаро поспешил уйти от больной темы:
- Лаборатория ещё у вас?
- Нет.
Слово прозвучало резко — и с какой-то мукой в голосе. Кровь прилила к лицу Мередита:
- Я всё это бросил — разобрал её. Я не мог продолжать это — после всего. Видите ли, всё это можно назвать м о е й виной.
- Нет, нет, мистер Блейк, вы слишком чувствительны.
- Но разве вы не понимаете? Если бы я не собирал эти чертовы снадобья! Если бы не хвастался ими, не привлёк внимания к ним тем утром? Но я и вообразить не мог… даже не подумал… как я мог…
- Действительно, как.
- Я им все уши прожужжал. Упиваясь своими скромными познаниями. Слепой, самоуверенный дурак. Я особое внимание уделили этому чёртову кониину. Я даже, дурень, провёл их в лабораторию и прочёл отрывок из Федона о смерти Сократа. Прекрасный образец прозы — я всегда восхищался им. Но теперь он меня преследует в кошмарах.
- На бутылке кониина нашли отпечатки? - спросил Пуаро.
- Её.
- Кэролайн Крэйл?
-Да.
- Не ваши?
- Видите ли, я не держал бутылку, только указывал на неё.
- Но всё же вы когда-то держали её?
- О, конечно. Но время от времени я протирал бутылки. Я не пускал туда слуг, и сам сделал это за 4-5 дней до того.
- Вы держали помещение закрытым?
- Постоянно.
- Когда же Кэролайн взяла кониин из пузырька?
Мередит ответил нехотя:
- Она покинула помещение последней. Помнится, я кликнул её, и она вышла второпях. Её щёки лишь слегка порозовели, а глаза были широко раскрыты и блестели. О боже, я и сейчас её такой вижу.
- Вы с ней в тот день вообще говорили? Я имею в виду — вы осуждали её ситуацию с мужем?
Мередит сказал медленно и тихо:
- Не совсем. Она выглядела очень подавленной. Я спросил, когда мы были более-менее наедине: «Что-то случилось, дорогая?». Она ответила: «Всё случилось...». Жаль, вы не слышали это отчаяние в её голосе. От этого не деться — Эмиас был для неё всем. «Всё кончено, Мередит. Мне конец, всему конец» Она засмеялась и неожиданно повернулась ко всем с дикой и неестественной весёлостью.
Пуаро медленно кивнул. Он походил на китайского мандарина.
- Да, понимаю — это было именно так…
Мередит вдруг стукнул кулаком по подлокотнику. Теперь он почти кричал:
- И говорю вам, месье Пуаро — когда Кэролайн в суде сказала, что взяла яд для себя — готов поклясться, она говорила правду! В её голове не было и мысли об убийстве в тот момент! Это пришло позже.
- А вы уверены, что это пришло вообще?
Мередит недоумённо воззрился на него:
- Прошу прощения? Я не совсем понимаю…
- Я спрашиваю, вы уверены, что мысль об убийстве вообще приходила? Вы точно убеждены, что Кэролайн намеренно совершила убийство?
Дыхание Мередита пресеклось.
- Но если нет… если нет… вы это предполагаете… тогда что — какой-то несчастный случай?
- Не обязательно.
- То что вы говорите, это что-то из ряда вон.
- Вы сами назвали Кэролайн мягким, нежным созданием. Такие разве способны на убийство?
- Она была нежным созданием — но постоянно случались жестокие ссоры.
- В таком случае, не такая уж она и нежная.
- Но она б ы л а — ох, как сложно объяснять такие вещи!
- Я пытаюсь понять.
- Она была остра на язык и страстна в речах. Она могла сказать: «Я тебя ненавижу. Чтоб ты сдох». Но это не предполагало действий.
- Так по-вашему, для неё крайне нехарактерно совершить убийство?
- У вас крайне необычный подход, месье Пуаро. Я только хочу сказать — да, мне это представляется несвойственным для неё. Я это могу объяснить лишь тем, что ситуация была чрезвычайной. Она обожала мужа. В подобных обстоятельствах женщина, чего греха таить, может и убить.
- Да, согласен.
- Я сначала онемел. Я не верил своим ушам. И это не было правдой — если вы понимаете, что я имею в виду. Тот, кто это сделала — это не настоящая Кэрол.
- Но вы совершенно уверены — в юридическом смысле — что она это сделала?
Мередит снова пронзил его взглядом.
- Дорогой мой, если нет…
- Что ж, если нет?
- Я не могу представить альтернативной разгадки. Несчастный случай? Крайне маловероятно.
- Совсем невероятно.
- В теорию самоубийства я также не могу поверить. Нужно было её выдвинуть, но она крайне неубедительна для всех знавших Крэйла.
- Совсем.
- Так что же остаётся?
Пуаро хладнокровно сказал:
- Что Эмиас Крэйл убит кем-то другим.
- Но это абсурд!
- Вы так думаете?
- Я уверен в этом. Кто мог хотеть убить его? Кто м о г убить его?
- Вам лучше знать, чем мне.
- Но вы же всерьёз не полагаете…
- Может быть и нет. Но интересно проверить возможности. Подумайте хорошенько. И скажите, если что надумаете.
Мередит с минуту глядел на него неподвижно. Опустил глаза, покачал