Искатель 29 (СИ), стр. 33

Я предложил Селисии руку, и она, прежде чем принять её, поправила мне воротник. Инна уже ждала рядом с детьми, я кивнул ей и направился с женой к дверям обеденного зала.

Глава 15

К официальному ужину я успел проголодаться настолько, что перестал различать ранги блюд. Последний подарок унесли, распорядитель объявил рассадку, и я с искренней благодарностью посмотрел на человека, поставившего передо мной обычный хлеб.

Обычный? Ну, это я, конечно, погорячился. На корочке выложили герб, а масло подали в серебряной раковине, но хлеб хотя бы не требовал ответной речи.

Нас с Селисией усадили по разные стороны от короля, а моя семья устроилась за примыкающим длинным столом. Инна оказалась рядом с Ирен, и Глория немедленно объяснила тёте, какое из пирожных надо брать первым. До сладкого предстояло пережить ещё несколько перемен блюд, но дочь мыслила стратегически. Я прикидывал, как бы пересесть к жене, когда Дирик положил нож.

— Вы обдумали моё предложение о тракте от Тверда до Склепов Корогана, затем к Вольному.

Вежливая улыбка застряла у меня в зубах. После церемонии, поздравлений и подарков особенно сильно хотелось поговорить о камне, пошлинах и том, кто за всё заплатит. Прямо мечта жениха!

— Обдумал и предпочёл бы вернуться к делам после свадьбы.

— Свадьба закончится, расстояния останутся, — ответил король. — Ваш город растёт быстрее дорог, которые к нему ведут, не каждый груз можно везти через переход.

Довод был разумный и от этого раздражал ещё сильнее. Сказать «чушь» и спокойно доесть рыбу не получалось.

— Поэтому нужен расчёт, — сказал я. — Сколько груза пойдёт, кто содержит дорогу, кто обеспечивает безопасность, а не одно красивое название на карте.

— У меня есть люди, способные подготовить расчёт. Нет смысла держать их в ожидании, пока вы решите, нужна ли вам вообще связь с королевством.

Король говорил негромко, но ближайший к нам сановник вдруг чрезвычайно заинтересовался содержимым своего бокала, и я понял, что ответ слушают не только за нашим столом. Дирик не пытался перекричать музыку, ему хватало нескольких нужных ушей.

— Связь нужна, обязательство оплатить весь тракт нет, это разные вещи.

— Корона предоставляет землю и доступ к существующим дорогам.

— А Вольный получает расходы на строительство и очередь к порталам?

— Вольный получает торговлю, — отрезал Дирик. — Или вы предпочитаете, чтобы она шла в обход?

От тракта действительно можно извлечь пользу, и пользой очень удобно объяснять, почему счёт достаётся кому-то одному, а у меня тоже не бесконечная казна.

— Не предпочитаю, но ни расходы, ни право пропускать грузы через наши переходы я сейчас не подтверждаю. Пришлите предложение, мы его рассмотрим.

— Это я уже слышал.

— Значит, я последователен.

Селисия тихо поставила бокал. Я успел заметить, как напряглись её пальцы, и приготовился к продолжению спора, но она повернулась не ко мне.

— Отец, вы хотите получить ответ или согласие при свидетелях?

Дирик посмотрел на неё.

— Я хочу понимать намерения вашего города.

— Сегодня я могу сказать о наших намерениях на вечер: мы доедим ужин, поблагодарим гостей и уедем домой.

Слова прозвучали спокойно, без вызова, впрочем, «домой» король вряд ли пропустил. Я-то услышал отлично.

— Не стоит превращать простой вопрос в столкновение, Селисия.

— Тогда не нужно требовать решения сейчас. Артём не отказался обсудить ваше предложение, а вы не обязаны принимать его условия до того, как увидите их.

Она подвинула к нему блюдо с рыбой совсем немного, так, чтобы слуга мог подойти с другой стороны. Ужин продолжался, и именно это позволяло королю закрыть разговор, не уступая мне на глазах у соседей.

Я поддержал жену, хотя язык чесался добавить что-нибудь про стоимость гостеприимства.

— Пусть ваши люди пришлют расчёт обычным порядком, ответ вы тоже получите обычным порядком, а не свадебным тостом.

Несколько секунд Дирик разглядывал меня поверх бокала.

— Хорошо. Надеюсь, после праздников вы найдёте для него время.

— Постараюсь, — я удержался от колкости и взял хлеб.

Король подозвал слугу к своей беременной супруге, велев принести ей другую подушку под спину. Разговор закончился, а сама дорога от этого, разумеется, не построилась.

Селисия наконец съела кусок рыбы, потом посмотрела на меня и едва заметно улыбнулась. Я приподнял свой бокал с водой, молча предлагая тост за право спокойно поужинать. Очень недооценённое право, между прочим.

Когда слуги сменили тарелки, Селисия встала, обошла кресло отца и остановилась у моего плеча.

— Артём, подвинься.

— Прямо вместе с креслом?

— Прямо вместе с ним.

Я подвинулся. Слуга тут же буквально из ниоткуда возник рядом уже со стулом в руках стул, второй мгновенно переставил приборы. Король взглянул на пустое место по правую руку, но его дочь уже уселась рядом со мной и взяла вилку. До конца ужина мы теперь не услышим никаких речей о новой жизни, а ведь всего-то несколько шагов и лишний стул! Мне понравилось.

К концу ужина гости начали переходить от стола к столу. Дирик отправился к послам, и Селисия проводила его взглядом.

— Хочу попрощаться с отцом, нехорошо если он узнает о нашем отъезде от слуги.

Во мне ещё шевелилось желание отплатить королю хоть маленькой подлостью, но превращать её прощание в собственную победу было бы свинством.

— Подождём, — согласился я.

Зная, что после официальной части мы с Селисией отправимся в поместье, Ирен, Марона и Мэриголд заранее всё спланировали. Они организовали куда менее формальное, зато по-настоящему душевное торжество в кругу жителей Вольного.

— Кору и Белинда вышли к складскому двору, — сказала подошедшая Ирен. — Переход будет там. Корвин ждёт у служебных ворот, можно собираться.

— Ура! — обрадовалась Лейланна. Велисса у неё на руках захлопала в ладоши, хотя вряд ли поняла, чему именно улыбается мама. — Наконец-то! Я хочу танцевать без поклона на каждый третий шаг.

Инна поставила бокал на поднос проходящего слуги и подобрала лежавший возле тарелки телефон.

— Кто-то сказал «ещё танцевать»? Предупреждаю, мои ноги будут делать это только за отдельную плату.

Подбежавшая к ним Глория крепко схватила Инну за свободную руку.

— Мы идем домой! Будем веселиться со всеми нашими друзьями, тетя Инна! — пропищала моя маленькая зеленокожая дочка.

— О, это самые лучшие вечеринки в мире, кроха! — согласилась Инна. Не обращая внимания на свое дорогое платье, она присела на корточки и крепко обняла свою племянницу-гоблиншу.

Селисия, заметив, что король закончил разговор, повела меня через зал, остановилась перед отцом и подождала, пока тот повернётся.

— Мы уезжаем. Спасибо за церемонию и за приём.

— Гости ещё здесь.

— Я попрощалась с теми, кто пришёл к нам, некоторые останутся у тебя дольше.

Дирик перевёл взгляд на меня. Я поклонился ровно настолько, сколько требовали приличия.

— Благодарю за гостеприимство, Ваше Величество.

— Надеюсь, дорога не доставит вам неудобств.

Он не вернулся к вопросу о тракте, даже намёка не сделал, за что я был ему почти благодарен.

Селисия протянула руку. На мгновение мне показалось, что он ограничится кивком, но король всё же взял её пальцы. Крупный перстень упёрся в вышивку на её рукаве.

— Ты могла бы остаться до конца приёма, — сказал он тише.

— Сегодня меня ждут и дома.

— Ты уже называла то место своим домом, я слышал.

— Да.

Она не стала что-либо объяснять, и Дирик отпустил её руку.

— Что ж, счастливого пути.

— До свидания, отец.

Мы отошли, и я почувствовал, как крепко Селисия держится за мой локоть. Ничего хорошего я сейчас не мог сказать о Дирике, а дурного она и сама знала достаточно,поэтому просто шёл рядом. У выхода жена выдохнула и прибавила шаг.

Из парадной части нас вывели в служебный проход. Здесь пахло горячим хлебом и водой, слуги выносили опустевшие блюда, стараясь не задеть платье Селисии. У них впереди ещё очень много работы.