Вечные Пески. Том 12 (СИ), стр. 44
— Мало… — прохрипел Рахун, и с его губ потекла тонкая струйка крови. — Мало, но ты скажешь… Скажи, что с моими людьми… Ишер из Кечуна, воевода страшных ИйСовых воинов…
Когда я услышал последние слова, кусочки мозаики встали на места.
И мне стало страшно.
Глава 293
Дальние северные племена, сами пребывая в дикости, веками хранили знания, утерянные человечеством? Слишком наивно и неправдоподобно. И слишком опасно. В смысле, что обманывать себя опасно. Я этого делать не собирался.
Слово «ИйСа» я впервые услышал от Дарана, заставшего древние времена. Он же и объяснил мне, что оно означало: «начало и конец». Это первая буква древнего алфавита «Ий» и последняя «Са». Уверен, спросил я Рахуна о значении, он бы затруднился объяснить.
Ну и откуда вождь одного из местных племён знал это слово? Было одно очевидное объяснение. Очень простое, зато не сулившее ничего хорошего. И объяснение было простым: Рахуну кто-то сказал, а он — запомнил.
Кто мог такое сказать? Божества этого мира дружно уверяли, что тратят слишком много сил на прямую связь с одним-единственным человеком. Со мной то есть. Могли они врать? А зачем? Бессмысленно. Ну а последний до меня Защитник жил несколько веков назад. И если бы ему сказали про ИйСу, сейчас бы это знание нет-нет, да проскакивало повсюду.
Нет, со стороны богов Рахун узнать слово не мог. И откуда могло всплыть древнее название? Я знал только один источник. Благо сам лично вывез его из Святилища, схоронил на дне Озера Тысячи Ключей, а затем достал и привёз сюда, в Северные Пустоши.
Вот там, в документах, написанных очевидцами таких событий, как Катаклизм, ИйСовый голод и война с Диким Шёпотом, это слово наверняка было. Да, я не знал доподлинно, потому что мы ещё не весь огромный архив перевели, но… Логика как бы подсказывала.
А читали эти документы из ныне живущих трое: я, Меоли и тёмный шептун. Все, кто мог получить к ним доступ ранее, были давным-давно мертвы. А значит, за массовым нашествием северян к Новому озеру стоит тёмный шептун. От него пришлые узнали об «ИйСовых воинах», а уже от них, видимо, слово услышал Рахун.
Оставалось понять: а зачем тёмный шептун привёл на юг северные племена и натравил их на веисатов? И у меня было единственное объяснение… Ему надо было выманить меня с войсками из нашего поселения.
Зачем это тёмному шептуну? Что он планировал сделать? Для начала надо было пообщаться с умирающим Рахуном, пока есть возможность. А уже затем, по итогам разговора, думать и действовать.
Вот только, скорее всего, времени действовать не осталось.
Не зря же северяне выманивали меня к поселениям веисатов. И не зря даже в бой не стали лезть, поспешно отступив, едва я появился. Вероятно, не услышь я сейчас про «ИйСовых воинов», то спокойно отправился бы обратно, когда планировал и… Опоздал, не сумев предотвратить нечто такое, что хотел провернуть тёмный шептун в моё отсутствие.
— Рахун, у меня очень важный вопрос. От кого ты услышал про «ИйСовых воинов»? — спросил я, присаживаясь рядом и внимательно вглядываясь в лицо вождя.
— Сначала скажи… Скажи… Мои люди… Что с ними? — взмолился тот, и, как бы мне ни хотелось поспешить, я тревоги Рахуна понимал.
— Мы встретили беженцев из твоего поселения сегодня. Я возьму твоих людей к себе в город, помогу им устроиться. Неволить их не буду, если захотят потом жить отдельно, то пусть. Не беспокойся за них, правитель… Ты сделал всё, что мог, и многих спас… — я положил руку веисату на плечо. — А теперь помоги и мне спасти всех, кого могу. Откуда ты услышал про «ИйСовых воинов»?
— Пленные… Мы сумели взять пленных… Разговорили их… — Рахун тяжело дышал, но видно было, что пока умирать не собирается. — У подонков с севера был приказ… Кого-то, кого они называли Сильнейшим… Он приказал не вступать в бой с Ишером, воеводой «ИйСовых воинов»… А отходить, едва лишь ты появишься… Они должны были… Должны были вырезать наших людей и разграбить поселения… Тебя…
— Что меня? — спросил я.
— Тебя они надеялись этим выманить… Почему-то были уверены… Что ты придёшь к нам на помощь… А ведь мы так и не вступили с тобой в союз… — Рахун судорожно вздохнул. — И всё равно это не помогло…
— Вы знали, что такое может случиться? — уточнил я. — Знали, что союз со мной может быть опасен?
— Не знали точно… Гуахар говорил… Приходил к нему как-то торговец, предупреждал о тебе… Говорил, что врагов у тебя много… Что не стоит с тобой водить дружбу… — прикрыв глаза, проговорил Рахун.
— Торговец? А это было до того, как демоны пришли? Или после? — задал я важный вопрос.
— После… Прошлой весной… — пробормотал Рахун, не открывая глаз.
Ох, сколько всего мне хотелось высказать… Для начала приблизить своё лицо к лицу веисата и спросить: откуда же, демоны вас побери, взялся в Северных Пустошах торговец, когда орда по ним прокатилась и на юг ушла? Хотелось трясти Рахуна за грудки, указывать пальцем вокруг и кричать, что, мол, видишь трупы своих? Вот если бы рассказали сразу, когда мы с вами переговоры вели — и всего этого можно было бы избежать.
Но я сдержался. Просто запомнил, в числе прочего, важный факт. Тёмный шептун как-то просчитал моё переселение к озеру.
— Как торговец выглядел, Гуахар не говорил? — скрипнув зубами, спросил я.
— Говорил, что одежда на нём странная… С тобой приезжал пожилой воин, почти старик… Вот на нём была похожая… — Рахун, видимо, говорил про Тадара.
Не то чтобы одежда кочевников кардинально отличалась от нарядов северян и южан, но различия были. Свободный крой, более плотная ткань, широкие штаны, особые халаты. И рукава, перехваченные на запястьях и лодыжках ремнями, чтобы не пропускать воздух снаружи.
— Сколько людей пришло с севера, выяснить удалось? — задал я вопрос.
— Удалось… От двенадцати до четырнадцати тысяч… — проговорил Рахун, слегка приоткрыв глаза. — И ещё наших почти тысяча…
— Наших? — удивился я.
— Арвей… Арвей решил переметнуться, чтобы спасти людей… — проговорил Рахун. — Предал нас, веисатов… Попытался выманить людей Гуахара… Под видом прорыва… Но твои люди помогли… Мы потом узнали… План был выманить из посёлка и перебить… Пленные…
Рахун замолчал, морщась и судорожно хрипя. Силы Сашия не хватало, чтобы справить со всей болью, которую испытывал умирающий веисат. И пусть кровь из ран больше не текла, но раны-то никуда не делись. Рахун жил лишь потому, что Саший напитывал его тело жизненной силой.
— Пленные сказали что-то ещё? — уточнил я, когда мой собеседник перестал дёргаться и задышал спокойно.
— Пленные много чего говорили… Говорили, ещё шесть тысяч воинов идут с севера… — слова срывались с губ Рахуна уже тише, и я наклонился ближе, чтобы разобрать сказанное. — Говорили, Сильнейший и сам умеет делать ИйСовых воинов… Но мало… Сказали, ты можешь делать их тысячи… А Сильнейший сотен пять… Ещё говорили, что демоны не тронут их… Что Сильнейший заставит тебя не делать ИйСовых воинов… Что заставит тебя прийти… И тогда они нападут на твоё поселение… И там перебьют всех… А кого не перебьют, возьмут в рабство… Говорили, у Сильнейшего есть план… Предлагали присоединиться, но я… Я отказался… Никогда бы я не стал бок о бок с красными лентами… Никогда… Слишком много крови между нами…
— Спокойнее, Рахун, спокойнее, — я постарался прервать поток слов, видя, что веисату становится всё больнее и больнее.
— Не затыкай меня, Ишер… Поздно меня затыкать… Моя жизнь уходит, я чувствую… — Рахун поморщился. — Я слышу её… Слышу её голос… Такой звонкий… Она готова меня увести… Но говорит сначала помочь Защитнику Людей… Это ты Защитник Людей, Ишер?
— Так меня назвали боги, — честно ответил я. — Но я просто делал свою работу.
— Боги не ошибаются… Ты Защитник… Избранный богами… Против демонов… Я должен тебе помочь… Сильнейший очень силен, Ишер… Очень… К нему не подойти с оружием… Чужой шёпот стекает с него, как песок со скалы… Он многое знает… Он хочет тебя убить… Он обещал эту землю северянам… Разве это справедливо, Ишер?
