Вечные Пески. Том 12 (СИ), стр. 61
А я отпустил шёпот и покачал головой.
«С арифметикой у ребят не очень… Сто семьдесят пять мне»
«Да ну какая разница, в твоём-то возрасте?» — ехидно осведомился внутренний голос.
И ведь не поспоришь с этим иухом. Нельзя же самому с собой спорить.
Иногда я рассказываю свою историю людям. Когда ночую у чужих костров, когда сижу в гостевом доме, пережидая непогоду. В старости шептуна есть свои плюсы: почти нет старческой немочи. Можешь ехать, куда хочешь, и делать, что хочешь. В последние пятнадцать лет я, бывает, езжу по всему Краю Людей. Собираю последние отзвуки Дикого Шёпота.
Силы-то давно уже не те. Как ни обманывай себя, годы берут своё. И вскоре настанет День Одарения, когда я раздам дар целиком. Всё равно не могу его больше использовать. Даже на тысячную часть: тело больше не выдержит. Да и Меоли ушла из жизни. Пятнадцать лет как ушла. Вечное Дитя обещала, что даст ей дождаться меня, и дальше мы пойдём вместе. Решим стать богами — так, значит, тому и быть. Решим уйти в следующую жизнь — тоже неплохо. Всё неплохо, лишь бы рядом. И не останавливаться.
А пока у меня есть силы, я буду собирать последние отзвуки Дикого Шёпота. Слух-то у меня по-прежнему отличный. Сделаю училищу последние дары. Глядишь, и пригодятся потомкам.
Долгая у меня была жизнь. Долгая, интересная… Тогда, в песках под Илосом, я даже представить подобного не могу. Думал, останусь одиноким наёмником, помру лет в тридцать-сорок. С тех пор я понял, что сдаваться нельзя. Иногда ведь счастье и под старость приходит.
И всё же моя история не про то, сдаваться или нет. Она больше про людей. Про храброго Ситраниса и рассудительную Алану, которые, кстати, поженились и нарожали ребятишек. А ещё про ворчливого, но надёжного, как камень, Ферта. Про смелого Мирима и деятельного Ашкура. Про робкого, но упрямого Сашия, что возвышал голос, лишь заботясь о товарищах. Про хитрого, но доброго Тадара, который не потерял веры в Законы, когда остальные кочевники подтирали ими задницы. Про Истора, который рос избалованным сынком из знатной семьи, а стал моей правой рукой и лучшим в Новом Крае хозяйственником. Про юного Гвела, которого мне подсунула Виссария, чтобы заботился о нём, и который сам заботился обо мне, когда моё тело стала одолевать старость.
Про илосцев и приозёрцев, про приреченцев и пригорцев, про кочевников и междуреченцев… Про самых разных людей, которых я встретил и повёл за собой. Ну или оставил в прошлом.
Они не были известными героями или избранными защитниками. Зато шли со мной до конца, невзирая на сложности. И даже никаких знаков от богов не получали. Иногда я думаю, если бы меня не было — разве не нашёлся бы среди них тот, кто повёл бы людей за собой? Мне кажется, нашёлся бы. Просто я тогда чуть больше подошёл на эту роль. Но… Думаю, это лишь стечение обстоятельств.
Чтобы идти дальше, когда всё рушилось, необязательно было быть героем. Нужно было всего лишь верить. И можно даже не во что-то большое, глобальное… А хотя бы, что завтрашний день будет лучше предыдущего.
Что тебе найдётся место у костра, и ты не замёрзнешь. Что демон, против которого ты вышел на бой, сдохнет, а ты выживешь. Что в обезлюдевшей деревне найдётся пара мешков зерна, и твои люди не лягут спать голодными.
А если сомнения загрызают, надо просто дожить и проверить. Заглянуть в завтрашний день, и ещё на один, и ещё на один… Может, и вправду окажется, что будущее лучше прошлого?
Вечные Пески когда-нибудь закончатся, но люди, уверен, переживут их. Когда-нибудь они забудут имена нынешних богов, забудут меня и Меоли, забудут всех, кто стоял у истоков новой истории. И даже новую историю когда-нибудь назовут старой. А вот люди останутся, в них я больше не сомневаюсь.
Честные и лживые, жадные и щедрые, подлые и благородные, ленивые и работящие, любящие и ненавидящие. Люди, что живут вопреки жаре и хладу, что идут вперёд, перешагивая любые препятствия. И даже если забывают что-нибудь важное, то лишь для того, чтобы выдумать что-то новое, но настолько же важное.
И путь этот никогда не закончится. Пока есть вера в завтрашний день.
